50 лет назад, в октябре 1975 года вышел любимый всеми советскими, и не
только, детьми мультик «Ёжик в тумане», снятый Юрием Норштейном на
студии «Союзмультфильм».
В основе произведения — одноимённая сказочная
повесть Сергея Козлова, существенно переработанная во время написания
сценария. Фильм рассказывает о Ёжике, который по дороге в гости к
Медвежонку, заблудившись в тумане, попадает в загадочный мир, где
обитают Филин, Улитка, Летучая мышь и белая Лошадь…
Мерцающие звёзды цветово перекликаются со
слоистой белизной густо распустившегося тумана, погружаясь в который,
Ёжик словно совершает метафизическое исследование человеческой сути…
Ёжик — человечек: мягкий, интеллигентный, проходящий кругами испытаний; и
туман, налитый тайнами, будто даёт варианты пути потустороннего
путешествия: после перехода через Калинов мост. Но нет: всё здесь, на
этом свете, где ещё снимаются мультфильмы?
Впрочем, этот, которому исполняется полвека, словно утверждает,
насколько взаимопроницаемы миры: наш, с конкретикой кирпича и асфальта, и
тот — с зыбкостью сна, в который точно и погружается ёжик… Чудища ли
покидают туманную пелену, дабы испытать верность Ёжика — цели, дружбе,
вектору судьбы?
Страшно распялится, огромны перепончатые крылья, Летучая мышь; а Улитка
вдруг превратится во Слова — босхиана какая-то! Мультик живописен
чрезвычайно: нечто от задумчивых японских и китайских пейзажей
просматривается в нём, пейзажей, волнисто-волшебно тронутых туманом,
что-то от Ван Гога проскользнёт, наползая на выдуманный, фантастический
мир Пауля Клее. Многое собрано в живописи таинственного Ёжика, всё
глубже и глубже уходящего в туман.
Всплеск!
Падение.
Ничего страшного.
Конкретика рыбы, хотя она и обозначится, как «кто-то», очевидна, а рыба символична сама по себе.
Звезды смотрят вниз: иные собираются… в
рыбу, в манящие огоньки, раз медвежонок собрал уже можжевеловых веточек —
для ароматного дымка, и — и креслица пододвинул… Варенье из малины:
малиновым был первозданный рай (если поверить строке Арсения
Тарковского); чай, драгоценно согревающий сердца, бьющиеся дружбой…
Беленький такой узелок Ёжика, который возвращает ему белая же собака,
высунувшаяся из тумана. Белый — символ чистоты. Кошмарный Филин,
крадущийся за Ёжиком, заглядывающий в колодец, что обращается в символ
бездонности; или, причудливо соединённый с небом, выведет к звёздам,
которые и собираются считать друзья.
Ёжик, преодолев все преграды, доберётся.
Много будет трактовок мультика, буквально дышащего ассоциациями:
разнообразными, метафизическими, культурологическими. «Ёжику в тумане» —
пятьдесят; полвека свершает вновь и вновь свой путь, показывая, как не
просто выйти к счастью, сколько всего может быть нагромождено на пути.
Но идти необходимо.
Ибо мерцают звёзды.