- Бедняжка! Выйти замуж за калеку! – шептались гости, с сочувствием поглядывая на бледную невесту, дрожащими руками сжимающую свадебный букет.
- Как ловко они провернули… - пробормотала пожилая женщина в красной шляпке сидящему рядом молодому супругу. – Думается, герцог Бирек тоже в этом замешан. Ни одна уважающая и благородная семья не отдаст за него свою дочь, несмотря на его несметные богатства и родство с императором.
- Почему же? – удивился юноша, и понуро склонил голову. Женясь на богатой и очень старой вдове, он планировал и сам вскоре овдоветь. Но прошло два года, а старушка никак не хотела покидать бренный мир, отчаянно цепляясь за жизнь и выжимая все соки из его молодого тела. Несмотря на возраст, аппетит в постели у нее был, прямо сказать, ненасытный.
- Прости, постоянно забываю, что ты вырос в провинции. – старушка насмешливо улыбнулась, быстро прикрыв рот веером. Герцога отравили, но лекарь успел дать противоядие. Однако его дракон умер, а сам он превратился в немощного калеку. Скорее овощ, ведь он не может ни говорить, ни пошевелить руками или ногами. Столько лучших лекарей приезжало по просьбе его друга, графа Алекса Штолли, но безрезультатно.
- Лучше смерть, чем так... – равнодушно пожал плечами юноша, бросая заинтересованный взгляд в сторону сидящей в соседнем ряду через проход молодой дочери аптекаря с соблазнительными сочными формами.
Пожилая графиня перехватила его взгляд и покачала головой, продолжая наблюдать за происходящей душераздирающей драмой возле алтаря.
- Ваша светлость! – грозно произнес отец невесты, обращаясь к несостоявшемуся жениху. – У нас с вами была договоренность, мы подписали брачный контракт, и там черным по белому написано, что мужем моей дочери являетесь вы – герцог Ксавьер Бирек.
- Вы заблуждаетесь. – с легкой улыбкой на устах возразил молодой герцог, искоса поглядывая на невесту. Его план удался! Старый барон не заметил подвоха и с удовольствием подписал договор, польстившись на титул герцогини для своей младшей дочери.
- Я глубоко убежден в своей правоте. В связи с чем, прошу вас, ваше сиятельство, до конца исполнить принятые вами обязательства и жениться на моей Адель.
- Вы заблуждаетесь, уважаемый барон Рочестер. – повторил статный мужчина в дорогом камзоле и достал документ с императорской печатью. – Это выписка из родового храма нашей семьи. Мой дорогой и любимый кузен – герцог Бирек, при рождении был наречен Ксавьер Бирек, в честь нашего великого и прославленного предка. Спустя десять лет после этого события родился я, тоже названный в честь великого полководца.
Отец невесты побледнел и осунулся. Он начал догадываться о хитроумном плане, который провернул этот нахальный и наглый молодой юноша.
- Но вы же сами подписали договор, лично, при мне! – упрямо заявил старый барон, продолжая надеяться на благоприятный исход.
- Вот, держите. – герцог протянул старику доверенность, где указывалось, что ввиду недееспособности герцога Ксавьера Бирека его опекуном назначается кузен – герцог Ксавьер Бирек Второй с правом подписи документов на куплю-продажу имущества и заключением деловых договоров и брачных контрактов.
- Старый дурак! – сокрушался барон, сетуя на жестокую судьбу и свою неосмотрительность. Это же он не стал проверять документы герцога, проявившего внимание к его дочери, тем самым обрекая ее на позорный и несчастный брак.
- Вы ввели меня в заблуждение. – нервно теребя жилет, продолжил отец. – поэтому я расторгаю договор и разрываю наши договоренности.
Герцог торжествующе рассмеялся.
- В таком случае смею напомнить про последний пункт договора. В случае его расторжения вы обязаны выплатить мне неустойку и подарить моему подопечному свой замок и земли.
- Но тогда у моей семьи ничего не останется… - растерянно прошептал барон. – только старенький домик в провинции, а у меня еще две дочери на выданье.
Герцог Ксавьер Бирек Второй равнодушно пожал плечами и громко произнес, чтобы слышали последние ряды:
- Барон Рочестер, вы подтверждаете, что расторгаете брачный договор с моим кузеном?
Барон молчал, в волнении кусая губы.
- Ахх. – воскликнула невеста и упала в обморок на каменный пол. Молодой герцог и отец стояли вдали и не успели ее подхватить. Настоящий муж, из-за которого и начался весь этот сыр бор, сидел на первой лавке возле алтаря, заботливо поддерживаемый рослым слугой. И он как две капли воды был похож на своего кузена, только чуть старше.
Он первым заметил, как рвано вдохнула воздух очаровательная и нежная, словно бутон лилии, невеста и стала заваливаться на пол. Он хотел крикнуть, но из его рта не вырвалось ни звука, тело тоже не слушалось.
Как он себя ненавидел! Его сильный дух, заключенный в эту беспомощную оболочку жутко страдал и требовал освободить его и дать спокойно отправить к праотцам, но кузен упорно поддерживал его существование.
Поэтому ничего не оставалось, как плотно сжав зубы, наблюдать за отвратительной сценой, происходящей на его глазах. Бедная несчастная девушка, он не желал ей такой ужасной судьбы рядом с собой.
Очнулась от ноющей боли в районе затылка. Что случилось? Почему так сильно болит голова? Последнее воспоминание – укладываю раненого солдата на носилки вместе со Стасом, таким же военным медиком, как и я, и бежим все вместе к машине. А дальше – громкий звук, вспышка и боль. И темнота… ничего…
- Лапушка, моя, родненькая, очнулась. – женский старческий голос звучал где-то неподалеку, и мешал провалиться обратно в сон. Скорее кошмар, а не сон.
Помню, снилась чужая свадьба, много гостей, счастливая молодая невеста с огромными лучистыми глазами, ее отец, нежно поддерживающий под руку. Вот идет красивый мужчина, высокий, статный, остановился в двух шагах от нее и жестом попросил ввести жениха.
В проеме между скамьями показались двое рослых мужчин, несущих на руках одетого в свадебный камзол видного и весьма привлекательного мужчину лет тридцати пяти. Его лицо можно было назвать образцом величия и мужской красоты, если бы не мертвенная бледность и пугающая неподвижность.
Лишь глаза, прожигающие душу, казалось пылали огнем, но это были ни гнев, и не страсть, в них затаилась боль.
Невеста задрожала и замерла в страхе. Гости перешептывались друг с другом и то тут, то там раздавалось одно и то же ужасное слово – «калека».
Несмотря на жаркие споры и перебранку, свадьба продолжилась. Едва отошедшей от обморока невесте священник надел кольцо на палец, так как ее муж не мог сделать это самостоятельно, затем произнес торжественную речь и возгласил, что объявляет новобрачных мужем и женой.
Гости не сдвинулись с места. В полном молчании они провожали сочувствующими взглядами молодую девушку до кареты, а когда дверца захлопнулась, начали жарко спорить и ругать герцогов, посмевших так жестоко поступить с бедняжкой.
Девушка была древнего и весьма знатного рода, но обедневшего. Получив предложение самого завидного жениха столицы сыграть свадьбу, ее отец, долго думал и не давал согласия на брак, размышляя, что муж, избалованный женским вниманием, не принесет счастья его любимой дочери.
Но невеста была счастлива и со всем упрямством умоляла отца одобрить их брак. Она видела красавца Ксавьера в прошлом месяце на своем первом балу в императорском замке, и смуглый красавец с первого взгляда покорил ее нежное и такое наивное сердце.
После долгих уговоров отец сдался. Но кто бы знал, что молодым герцогом руководила не влюбленность, а уязвленное самолюбие, задетое отказом девушки уединиться с ним в беседке и познать радости плотской любви.
- Прошу прощения, ваша светлость. – смущенно краснея робко произнесла Адель. – но я не могу последовать с вами в беседку. Честь – высшая добродетель девушки и я готова ее подарить лишь будущему мужу.
Герцог хорошо запомнил ее слова и решил, что обязательно возьмет свое, организовав свадьбу со своим искалеченным кузеном. А сломить бедняжку и склонить к близости в доме, где кроме нее и мужа-калеки никого нет, дело решенное.
Жениться на девушке он не планировал. Ее отец беден, а к нему неравнодушна дочь Главного министра Империи. Но вот поразвлечься хотелось. Больно зацепила его ее смазливая хрупкая внешность и этот чистый наивный взгляд. В котором он хотел видеть раскаяние и полное подчинение.
- Адель, лапушка, попей водички, авось полегчает. – продолжал упрашивать голос. Нехотя я повернулась и открыла глаза. Перед глазами все разбегалось.
- Очнулась, очнулась, радость какая! – радостно зашептала старушка, обнимая и прижимая к себе мою руку.
- Ты только молчи девонька, и глазки закрой, если кто войдет. Ирод приехал, до утра пробудет. Да чтоб ему пусто было, окаянному.
Я прикрыла глаза и снова провалилась в сон.
Девушка стояла на лестнице и смотрела вниз на своего душегуба. Молодой герцог заливисто смеялся и вовсю обнимался с двумя жгучими брюнетками в весьма фривольных нарядах. После вкусного и обильного ужина они уединились в соседней с ней гостевой спальней и до самого утра оттуда доносились характерные стоны, шлепки и крики.
Адель зажимала уши руками, но легче не становилось. Как так получилось, что она стала заложницей в доме собственного мужа и вынуждена прислуживать ненавистному герцогу и его легкомысленным женщинам, накрывая стол и убирая комнату после последствий жаркой и бурной ночи, словно обычная служанка.
- Одно твое слово, и я сделаю тебя хозяйкой этого замка, будешь купаться в драгоценностях, мехах, твои холеные ручки не будут знать тяжелой работы. Но пока ты напрасно упрямишься, придется отрабатывать право жить и оставаться здесь.
- Но я замужем за герцогом, вашим кузеном, и я тоже имею право жить здесь в его доме!
- Ошибаешься. – недобро прищурился мужчина и его лицо приобрело хищное выражение. – Здесь командую я, его единственный опекун, и каждый в этом замке выполняет то, что я прикажу. Учти, мое терпение не безгранично. Как только мне наскучит твоя игра и твое упрямство, я возьму тебя сам, только предложение мое больше не будет в силе. Так и останешься до конца своих дней обслугой, исполняющей все мои прихоти.
Девушка зарыдала, и размазывая слезы кулаком умчалось в свою комнату. Закрыла дверь на задвижку, которую сама же втайне и сделала, боясь посягательств страшного герцога, и в смятении упала на кровать.
Как ей вырваться из этого ада? Она была уверена, все записки, что просила служанок передать ее отцу, уничтожались и не доходили до адресата. Девицы, бывавшие здесь в сопровождении Ксавьера ни за что не соглашались выполнить ее просьбу. Оставалась одна надежда, что отец приедет сам, чтобы навестить свою несчастную дочь. И заберет с собой.
Но дни шли, а никто не приезжал. Надежда на счастливый исход таяла с каждым днем. Лишь нянечка, старая мадам Берта, единственная, кого разрешил кузен мужа привести с собой в этот дом, поддерживала ее и всячески уговаривала не сдаваться и не мучить понапрасну свое сердце.
- Девонька моя, не открывай глаза, ирод идет. – услышала будто сквозь шум воды ставший знакомым мне голос.
- Выйди вон! – спустя пару минут раздался властный мужской окрик. В нем слышалась жестокость и злорадство, и я сразу догадалась, кто пожаловал. Но почему я слышу его наяву? Это же сон?!
Послышалось какое-то шевеление, видимо женщина покинула комнату. И наступила тишина. Я молчала и не двигалась, помня наставления пожилой женщины.
Вдруг резкая боль пронзила мою руку. Словно кто-то сделал порез ножом. Я не двигалась.
- Не дури! Я знаю, ты притворяешься, думаешь меня обмануть? Запомни, ты у меня в капкане. Стоит мне пошевелить пальцем, и я тебя раздавлю. Так что в твоих интересах меня слушаться, Адель. Даю тебе семь дней, чтобы прийти в себя и добровольно раздвинуть ноги, иначе пожалеешь, горько пожалеешь. Ты же знаешь, я свое слово держу.
Шаги удалились, а я лежала и не шелохнулась. Что со мной происходит? Где я?
- Теперь ты – это я.
Раздался тонкий девчачий голос в моей голове.
- Прости, что оставляю одну с этим чудовищем. Я не хотела этого. Прощай. Я так устала, наконец-то я обрела покой.
И снова я провалилась в сон, такой реалистичный и правдивый, и теперь я видела все своими глазами, будто все случившееся происходило со мной. Либо же я была в теле этой несчастной.
***
Если вам понравилась история, рекомендую почитать книгу, написанную в похожем стиле и жанре:
"(не) Моя Жена", Елена Байм ❤️
Я читала до утра! Всех Ц.