"Реальные упыри" реж. Д.Клемент, Т.Вайтити
Жизнь вампиров, представленная в жанре док. Забавно. Истории кровопийц в кино воплощались и в избыточно- чувственном романтическом ключе , и в леденящем кровь хорроре. А как шел вампирам немецкий экспрессионизм с его колеблющимся светом, острыми углами , быстроменяющейся реальностью! В последнее время истории про нечисть по большей частью определяются как комедии. В самом деле, в современном мире уже мало кто испытывает дрожь в коленях, увидев кровавые острые клыки. Де факто наши современники шутят ведь не над вампирами, а над теми образчиками жанра, которые стали частью истории. Ведь не граф Дракула нынче комический персонаж. Брэм Стокер , который поведал историю трансильванского упыря на полном серьезе- теперь объект культурно- исторических насмешек.
Жанр, который когда-то заставлял наших бабушек трепетать, теперь с пьедестала низвергнут. Его приемы и ходы пародируют наши современники. Это естественно. Королей всегда хочется опустить ниже плинтуса. Новозеландский малобюджетный проект «Что мы делаем в тени» ( таково оригинальное название) ключ к этой задаче нашел в меру оригинальный. Оправданием малого бюджета стала виньетка, в которую заключено повествование- мы видим своего рода фильм в фильме: съемки документального проекта о бытовании вампиров. Ни режиссера, ни оператора мы не увидим- они за кадром. А значит, их роль отведена нам, зрителям. Это мы наблюдаем через объектив за буднями кровопийц. Документ- значит жирная материальная составляющая. Так и есть. Кровь бьет рекой, кости реально гниют, зубы на самом деле вываливаются, грязная посуда вся в жидкости цвета бордо. Дом, где обитают четверо упырей, затрапезный и обшарпанный. Столица Новой Зеландии город Веллингтон подозрительно похож на Бузулук. К черту чувственность и романтизм! Да здравствует бытовой реализм в изображении, снабженный стебными репликами и комментариями.
Сам по себе стеб ни хорош, ни плох. Имеет право на жизнь. Другое дело, что это право дают ему только изысканно-отточенные шутки, приправленные блеском ума. И такие аттракционы в фильме есть. Чего стоит только уморительный эпизод с инспекцией службы спасения, пришедших расследовать дело о дыме и шуме и в упор не видящих парящих в воздухе обитателей и гору кровавой посуды, зато шокированных отсутствием системы пожарной сигнализации. Но, честно сказать, есть и другого качества шуточки, рожденные их неловкой импровизации, сколоченные на бегу дурно- пахнущие сегодняшним КВНом. И, положа руку на сердце, их в фильме больше.
Фактически «Реальные упыри» обстебывают не классику жанра, а уже пародийные образцы. Во всяком случае, каркас «Семейки Адамс» просматривается на раз. А ведь и сама «Семейка» является модернистским экзерсисом. Модернизм обоммажил, обстебал, отрефлексировал все возможные стили и жанры. Постмодернизм, не родив ничего принципиально нового, обстебывает чужой стеб. Декаданс и маньеризм всегда правят бал накануне вселенских катаклизмов. Это тревожит. С другой стороны, можно только позавидовать жителям Новой Зеландии. «Реальные упыри» могли родиться исключительно в стране, где никаких проблем и противоречий нет в помине, все проблемы решены и абсолютно нечего делать. И жители дальней мировой окраины насмехаются над теми дураками, которые остались в центрах цивилизации. Лучшие люди, а точнее нелюди, давно покинули старый свет, живут в Новой Зеландии и говорят с дебильным европейским акцентом. Чисто поржать, местами с удовольствием – это сюда. Но пародия на пародию, которая тоже пародирует пародию- это уже чересчур. В конце концов, модель вампирского сообщества в фильме дает и тревожный гудок. Ведь если не останется смертных ( читай: самобытных фильмов с собственной эстетикой и стилем), то чьей же кровью будет питаться постмодернистское сообщество. Оно уже и так само себя пытается укусить в главную шейную вену. Увы, собственная кровь ведет к несварению желудка даже у вампиров.