Время и место: 1928 год, лаборатория Александра Флеминга в лондонской больнице Святой Марии. Флеминг, человек не отличавшийся особой любовью к чистоте, вернулся из отпуска.
Флеминг исследовал бактерии стафилококка. Перед отъездом он оставил на лабораторном столе несколько чашек Петри (Чашка Петри — это один из самых узнаваемых и фундаментальных инструментов в биологии, микробиологии и медицине), с выращенными колониями этих бактерий. Вернувшись, он принялся разбирать свои забытые образцы. Большинство из них были испорчены и покрыты плесенью — обычная история для не самого аккуратного учёного.
Одну из чашек он уже было собрался выбросить в дезинфицирующий раствор, но заметил нечто необычное. Вокруг участка плесени колонии стафилококка не просто погибли — они исчезли, образовав прозрачный, чистый круг. Бактерии растворились, как будто их и не было.
«Вот чёрт, — должно быть, подумал он, — интересно...». Вместо того чтобы просто вымыть чашку, он присмотрелся. Плесень была не обычной, а редкой вида Penicillium notatum (Penicillium notatum — это конкретный вид микроскопической плесени, грибка). Флеминг отбросил версию о простом истекшем сроке жизни бактерий и сосредоточился на единственном отличии этой чашки — на этой конкретной плесени.
Научный метод и война с микробами.
Любой другой на его месте пожал бы плечами и продолжил уборку. Но Александр Флеминг был не таким. Его озарила догадка: а что, если плесень вырабатывает некое вещество, которое убивает бактерии?
Эксперимент №1: Он аккуратно отделил кусочек этой плесени и начал выращивать её в чистой колбе, чтобы получить больше «бульона», в котором она росла. Затем он капнул этот бульон в пробирку с густой взвесью различных болезнетворных бактерий. Через несколько часов мутная жидкость стала прозрачной — бактерии погибли. Лаборанты, вероятно, были в шоке.
Флеминг понял, что столкнулся с мощнейшим антибактериальным агентом. Он назвал его «пенициллин». Однако его ждало разочарование. Выделить чистое вещество и создать стабильный препарат оказалось невероятно сложно. Его работы были встречены научным сообществом с прохладным интересом. Пенициллин оставался любопытным лабораторным феноменом почти 10 лет.
Настоящий звёздный час пенициллина наступил в 1940-х годах, в разгар Второй мировой войны. Говард Флори и Эрнст Чейн, отчаянно ища способ борьбы с инфекциями в ранах солдат, наткнулись на забытые работы Флеминга. Они смогли наладить массовое производство пенициллина.
Правда, первые партии были на вес золота, и их хватало лишь на самых тяжелых раненых. Но идея была запущена! Со временем технологии производства были усовершенствованы, и пенициллин стал широкодоступным, положив начало эре антибиотиков. Он спас и продолжает спасать десятки миллионов жизней, навсегда изменив медицину.
И всё это — потому что один не самый аккуратный учёный не вымыл чашку Петри перед отпуском.
Вывод:
Великие открытия часто рождаются из случайностей. Суть не в самой удаче, а в готовности ума заметить необычное в обычном, превратить "ошибку" в открытие и не сдаваться перед скептицизмом. Пенициллин напоминает: следующее великое открытие может скрываться в самом невзрачном провале.