Вечер спускался на землю густыми, сиреневыми сумерками. Последний луч солнца цеплялся за верхушки сосен, вытягивавшихся вдоль бесконечной ленты федеральной трассы.
За рулём старенькой, но верной «Лады» Сергей чувствовал себя капитаном, возвращающимся в родную гавань после долгого рейса. До дома оставался час, максимум полтора. В багажнике лежал подарок жене – огромный, дурацкий, но такой же тёплый, как и этот осенний вечер, плед с оленями.
Внезапно мотор чихнул,кашлянул и захлебнулся. Лампочка давления масла загорелась с таким красным и наглым видом, будто это был сигнал конца света.
Сергей вывернул руль, чудом успев прижаться к обочине на пустынном участке дороги.
Тишина, наступившая после глухого стука в недрах двигателя, была оглушительной.
— Ну вот, — тихо выдохнул он, ударив ладонью по рулю.
— С Днём автомобилиста, Серёга. Поздравляю.
Он вышел из машины. Вокруг простирались поля, темнеющий лес вдали и ни души. Ветер свистел в проводах.
Первой мыслью была жена, вторая – эвакуатор, стоимость которого съедала бы ползарплаты. Он достал телефон – «нет сети». Идеально.
Прошло минут сорок. Мимо пронеслись несколько машин, ни одна даже не сбросила скорость. Сергей уже мысленно готовился ночевать в салоне, когда вдали появилась одинокая фара.
Нет, не фара. Мотоцикл. Чёрный, мощный, с низким басистым рокотом. Байкер в заляпанной комбинезоне, в шлеме-интеграле, похожем на голову гигантского жука, плавно притормозил перед его «Ладой».
«Ну вот, — подумал Сергей с опаской, глядя на внушительную фигуру, — или ангел-хранитель, или полная противоположность».
Мотоциклист поднял забрало. Из-под шлема на него смотрело обветренное лицо с седыми усами и спокойными, умными глазами.
— Проблемы? – голос был хрипловатым, но без агрессии.
— Да вроде мотор, — развёл руками Сергей.
— Стучал, а потом... тишина.
— А, — байкер заглушил двигатель и слез с железного коня.
— Давай посмотрим.
Он снял перчатки, достал из кофра небольшой фонарь и склонился над открытым капотом. Сергей стоял рядом, чувствуя себя бесполезным.
— Цепь ГРМ, — заключил байкер через пару минут, вытирая руки тряпкой.
— Перескочила. Клапана, ясное дело, встретились с поршнями. Тут уже не на тросе дотащить.
Сергей мрачно кивнул. Всё было ещё хуже, чем он предполагал.
— Эвакуатор вызывать? — без особой надежды спросил он.
Байкер усмехнулся:
—Тут до зоны покрытия километров двадцать. А мой оператор молчит, как партизан. Так.
— Он решительно захлопнул капот. — У меня друг в Серпогове, в пятнадцати километрах. Гараж, запчасти есть. Дотащим твою ласточку туда.
— Как дотащим? — не понял Сергей.
— А вот так. — Байкер достал из кофра прочный трос с карабинами. — Цепляемся. Я буду тянуть, ты – рулить и тормозить. Главное – не дёргай, смотри в оба. Договорились?
Они ехали медленно, словно в странном траурном кортеже. Чёрный мотоцикл, словно муравей-тяжеловес, вёл на буксире безнадёжно поникшую «Ладу». Сумерки сменились кромешной тьмой, которую прорезал лишь одинокий луч фары байкера.
Сергей, вцепившись в руль, ловил каждое движение троса, боялся даже моргнуть. В зеркале заднего вида он видел лишь тёмный силуэт своего спасителя, озарённый красным светом габаритов.
Гараж друга байкера, дяди Васи, оказался тем самым мужским клубом, где пахло бензином, машинным маслом и уютом.
Через три часа, под аккомпанемент неспешных разговоров о жизни, дорогах и «правильных» двигателях, мотор Сергея был реанимирован.
Когда всё было закончено, Сергей, испачканный в масле, но невероятно счастливый, достал кошелёк.
— Сколько я вам должен? За работу, за запчасти...
Дядя Вася махнул рукой:
—Пустяки.
— Не могу я так, — настаивал Сергей.
Байкер, уже надевая шлем, положил руку ему на плечо.
—Ты нам ничего не должен. Ты должен следующим. Увидишь на дороге человека в беде – остановись, помоги.
Это наш кодекс.
Неписаный.
Они обменялись крепкими рукопожатиями. Сергей сел в свою ожившую машину, завёл двигатель. Здоровый, ровный звук наполнил салон.
Он ехал по тёмной дороге, но внутри было светло. Он не просто вёз домой сломанный автомобиль и подарок. Он вёз с собой частичку того самого тепла, того братства, которое не знает марок и моделей, а знает только одно: на дороге мы все – одна семья.
И он знал, что теперь у него есть долг.
Самый важный долг.
Долг водителя, который он с радостью вернет в следующий раз, увидев на обочине человека с аварийкой и растерянными глазами.
С Днём автомобилиста, братья и сёстры по рулю. Пусть ваш кодекс дороги всегда будет честным.