Ольга только что отмотала смену на скорой и чувствовала себя такой уставшей, словно её целый день крутили в центрифуге — пятнадцать вызовов, и каждый требовал полной отдачи. Она припарковала машину у больницы, где находилась их база, и пошла внутрь, чтобы отметить в табеле конец рабочего дня. За эти сутки они с напарниками исколесили весь город раза три, если не больше, переезжая из района в район, и теперь она уже мысленно видела, как доберётся до своей квартиры, где сын наверняка ждёт её с каким-нибудь вопросом или просто обнимет на пороге.
— Ольга, ты уже освободилась от дел? — спросила дежурная медсестра, протягивая табель.
— Да, наконец-то, — ответила Ольга, проставляя время и кивая в ответ. — Эти сутки казались такими длинными, я уже начала думать, что они никогда не закончатся.
Рассвет уже потихоньку пробивался на горизонте, когда машина скорой помощи, на которой Ольга работала фельдшером последние четыре года, медленно заехала в гараж станции. Дежурство выдалось особенно тяжёлым, и она искренне радовалась, что может наконец отправиться домой, где сын, наверное, уже проснулся и занимается своими утренними делами.
— Ольга, не спеши пока собирать вещи, — сказала медсестра, чуть отводя взгляд в сторону. — Там тебя ещё Иванов поджидает.
— А ему-то опять от меня что понадобилось? — спросила Ольга, недовольно сдвинув брови.
Коллега только плечами пожала, как бы показывая, что ей откуда знать такие подробности. Иванов был заместителем главврача в терапевтическом отделении и в последнее время начал проявлять к Ольге довольно навязчивые знаки внимания, которые ей самой были совсем не по душе. Она уже пару раз пыталась объяснить ему прямо и ясно, что не подходит для его краткосрочных романов, но он упорно продолжал свои попытки.
— Вызывали, Андрей Петрович? — спросила Ольга с заметной сдержанностью в голосе, заходя в кабинет.
Иванов сидел, удобно расположившись в мягком кресле, и делал вид, что полностью погружён в какие-то документы.
— Присаживайтесь, — коротко кивнул он, указывая на стул напротив себя. — Я слышал, вы в последнее время показываете хорошие результаты, можно сказать, даже перевыполняете все ожидания.
— Если под результатами понимать количество спасённых жизней за смену, то это не только моя заслуга, — ответила Ольга, глядя на него с прохладцей. — Вся наша бригада работает слаженно, без этого ничего бы не вышло.
Ей хотелось поскорее завершить этот странный разговор и уйти, но она ждала, что он скажет дальше.
— Зачем же скромничать? — спросил заместитель, глядя на неё проницательно, словно пытаясь разглядеть что-то за её словами. — Я думаю, такой ценный сотрудник, как вы, заслуживает дополнительной мотивации для своей работы.
— Что именно вы имеете в виду? — уточнила Ольга, стараясь сохранять спокойствие.
Андрей Петрович усмехнулся хитро и протянул ей какой-то лист бумаги.
— Вот, посмотрите, это запрос из министерства на ваше повышение, — сказал он. — Зарплата вырастет в два раза, и это персонально для вас.
Ольга на миг растерялась. Уже три года прошло с тех пор, как она развелась с бывшим мужем, не выдержав его постоянных измен, и всё это время растила сына одна, даже не рассчитывая на алименты, которые отец и не думал платить регулярно. С одной стороны, такая прибавка пришлась бы очень кстати для их скромного бюджета, но с другой — она чувствовала, что здесь скрывается какой-то подвох.
— Что-то я не верю в вашу внезапную щедрость, Андрей Петрович, — ответила Ольга, возвращая документ. — Вы же не просто так решили поднять мне зарплату, наверняка хотите что-то взамен.
Иванов встал и медленно обошёл её стул, одновременно коснувшись её плеча ладонью.
— Ну зачем ты всегда такая неприступная, точно ледяная стена? — сказал он тихо, наклоняясь ближе.
Ольга резко сбросила его руку и строго посмотрела на него.
— Мне кажется, мы уже всё обсудили по этому поводу, — произнесла она. — Если вы думаете, что сможете купить моё расположение этой прибавкой, то сильно ошибаетесь. Я вам повторяю: между нами ничего нет и быть не может.
Она быстро поднялась, бросила бумаги обратно на стол и направилась к двери.
— Смирнова, не будь такой упрямой! — крикнул он ей вслед. — Кому ещё нужна женщина за тридцать, да ещё с ребёнком на руках? А я предлагаю нормальное дело. Мне много не надо — встречаться пару раз в неделю. Для этого даже квартиру сниму отдельную. Ну что, тебя от этого убудет? Зато сыну своему лишний раз игрушек купишь или что-нибудь полезное для него.
Ольга остановилась как вкопанная. Такого хамства она не собиралась терпеть ни от кого, даже от начальника.
— Андрей Петрович, — медленно повернувшись, произнесла она. — Вы сейчас говорите все эти вещи, а откуда вы знаете, что у меня в кармане не включён диктофон? На телефоне ведь запись может вестись.
Иванов побледнел, и его лицо исказилось от злости.
— Ты не посмеешь! — прошипел он.
— А как вы думаете, в министерстве обрадуются, узнав, какой вы на самом деле? — продолжила Ольга, опуская руку в карман куртки и делая вид, будто выключает запись. — Если вы ещё раз попробуете приставать ко мне или делать такие аморальные предложения кому-то из наших медсестёр, то эта запись попадёт куда следует, и проблем у вас будет предостаточно.
— Пошла вон! — заорал он, брызжа слюной. — Только попробуй, Смирнова, потом неприятностей не оберешься!
— Это мы ещё посмотрим, — ответила Ольга храбро, глядя ему прямо в глаза, и вышла из кабинета с высоко поднятой головой.
Но как только она спустилась в ординаторскую, ноги её подкосились от пережитого напряжения. Конечно, она понимала, что этот блеф может дорого ей обойтись, но терпеть такое поведение от этого наглеца она больше не собиралась. Сколько ещё коллег пострадало от его приставаний, и сколько из них молчали об этом? Ей было страшно даже представить, что творится в голове у этого человека. Но теперь появилась хотя бы небольшая надежда, что он на время оставит свои выходки, пока она не придумает, как собрать доказательства и передать их главврачу. Сердце колотилось так сильно, что воздуха в лёгких стало не хватать.
К счастью, с остальными коллегами на станции у Ольги были нормальные, даже дружеские отношения. Она не сомневалась, что если попросит кого-то помочь в этом деле, ей не откажут. Приехав домой, она застала сына уже проснувшимся и собирающимся в школу. Мальчик спокойно относился к её ночным отсутствиям, понимая, насколько важна мамина работа. Несмотря на свой возраст, он невероятно гордился ею, ведь она каждый день помогала людям в беде.
— Привет, мой родной, — обнимая сына, сказала Ольга, взъерошив его русые волосы. — Ты уже поел?
— Да, каша на плите осталась, — с улыбкой ответил он. — Мам, я в школу побегу, а то опоздаю. Ты сегодня дома останешься? Проверишь вечером мою домашку? У нас через два дня контрольная, и одну тему я не очень понял.
— Конечно, проверю, — кивнула Ольга. — Только вечером напомни мне, ладно? А то по дому дел накопилось.
Она устало оглядела их скромную квартиру. Сын помогал ей во многом, но мыть полы она ему не позволяла, оставляя эту работу себе. Не хотела, чтобы ребёнок чувствовал отсутствие матери дома. Да и ей самой нравилось иногда размяться таким образом — после тяжёлой смены уборка её успокаивала. Попрощавшись с сыном, Ольга прошла в ванную. Взглянув на работающую стиральную машину, она снова подумала, как же ей повезло с мальчиком. Хоть она и была готова порвать его отца за то, что он так легко бросил их ради очередной пассии, но всё равно была безмерно благодарна именно за сына. Он стал её главной радостью и той опорой, в которой она могла быть полностью уверена.
Через несколько дней случился весьма необычный вызов. Необычный потому, что на этот раз их бригада ехала не в город, а чуть дальше, на большое кладбище. Этот огромный погост располагался в лесу за городской чертой, недалеко от элитного коттеджного посёлка, который застройщики назвали, по иронии, Тихая гавань. Помощь требовалась пожилой женщине, которая участвовала в церемонии прощания со своим сыном. Известный в регионе предприниматель Сергей Козлов лежал в гробу, окружённый цветами, а его мать едва не падала в обморок, не в силах проститься с родным человеком.
— Вот, понюхайте это, не отворачивайтесь, мне нужно увидеть вашу реакцию, — говорила Ольга женщине, поднося к её носу ватку с нашатырём. — Я сейчас сделаю вам укол, не бойтесь, это успокоительное. А есть кто-то, кто сможет отвезти вас домой?
Элегантная пожилая дама тут же протестующе покачала головой.
— Нет, я не могу уехать, — сказала она. — Не могу оставить Серёжу здесь одного.
— Это не обсуждается, — прервала её Ольга деловым тоном. — Как медработник, я обязана убедиться, что вас доставят домой в безопасности. Вам сейчас нужен полный покой.
Из толпы собравшихся на прощание вышел молодой мужчина, который согласился отвезти Елену Ивановну обратно в их дом.
— Это моя тётя, — объяснил он. — Она всегда была очень чувствительной, а сына любила больше всего на свете.
Ольга кивнула своим напарникам, двум парням из бригады, и они помогли усадить ослабевшую мать предпринимателя в машину. Когда племянник с тётей уехали, Ольга засобиралась на следующий вызов, но услышала за спиной странный разговор.
— Ой, Дмитрий, если бы ты знал, как я устала от всего этого, — шёпотом говорила молодая женщина своему спутнику. — При жизни я терпела его выходки, терпела, а теперь даже на тот свет он не хочет уходить спокойно. Ещё и мать свою чуть не утащил за собой. Хотя я бы не возражала, эта старушка мне все уши прожужжала про детей. Уже сил нет выносить такое.
— Не переживай так сильно, Татьяна, — тихо ответил мужской голос. — К счастью, твой муж вот-вот окажется в земле, и мы наконец сможем без проблем продать половину его акций нашим друзьям из Эмиратов.
— Ой, да поскорее бы, — тихо ответила она. — Я ему ещё тогда говорила: нечего упрямиться, принимай предложение, пока такие деньги дают. А он всё твердил какую-то чушь про патриотизм. Решимости у тебя, Серёжа, никогда не было, вот в чём дело!
Гневно прошептав последние слова, вдова покойного только сейчас заметила Ольгу, которая в это время делала вид, будто не может закрыть свой медицинский чемоданчик.
— А вы почему ещё здесь? — громко спросила она, окликнув фельдшера.
По раздражённому тону Ольга поняла, что вдове не нравится, что бригада скорой до сих пор на кладбище. Она указала на чемоданчик, и спутник вдовы, молодой мужчина, сам решил помочь. Когда он потянулся за ним, из его кармана выпала маленькая синяя визитка.
— Дмитрий Александрович Соколов, нотариус, — прочитала вслух Ольга, подавая её обратно.
— Можете оставить себе, — отмахнулся он. — Там на обратной стороне адрес и телефон, если что понадобится, обращайтесь.
Продолжение: