«Это что, торт? Милочка, не позорь меня перед приличными людьми! Убери эту свою… самодеятельность со стола!» — голос свекрови, Тамары Львовны, звенел, как натянутая струна. Я смотрела на свой трёхъярусный шедевр из шоколадного бисквита с вишнёвым конфи, над которым трудилась две ночи, и чувствовала, как земля уходит из-под ног. Мой муж Игорь лишь виновато отвёл глаза. Тогда я ещё не знала, что этот унизительный вечер станет началом моего пути к успеху, а те, кто втоптал меня в грязь, однажды придут просить о помощи.
***
— Убери это немедленно! Ты что, решила опозорить меня перед гостями?
Голос свекрови, Тамары Львовны, разрезал весёлый гул нашего новоселья, как острый нож — масло. Я замерла с десертными тарелками в руках, не веря своим ушам.
— Что убрать, Тамара Львовна? — тихо спросила я, хотя уже всё поняла. Её брезгливый взгляд был прикован к моему торту. К моему «Королевскому трюфелю», который я с такой любовью и трепетом готовила к этому дню.
— Вот это! — она ткнула в него пальцем с идеальным маникюром. — Эту твою «стряпню». Марина, я пригласила сюда серьёзных людей, партнёров твоего мужа! А ты выставляешь на стол какой-то домашний кружок «Умелые руки»?
Щёки вспыхнули, будто мне дали пощёчину. Вокруг стало тихо. Гости, ещё минуту назад оживлённо болтавшие, замолчали и с любопытством уставились на нас.
— Но… я думала, всем понравится. Это мой фирменный рецепт, — пролепетала я, чувствуя себя маленькой провинившейся девочкой.
— Ты думала? — ядовито усмехнулась она. — Милочка, в нашем кругу не принято «думать». В нашем кругу принято соответствовать статусу. Игорь! — рявкнула она, поворачиваясь к мужу. — Неси торт, который я привезла. Настоящий, из кондитерской «Версаль».
Игорь, мой любимый муж, который ещё утром восхищался моим творением и клялся, что я лучший кондитер в мире, виновато пожал плечами и поплёлся в кухню. Через минуту он внёс в гостиную белоснежную коробку с золотым тиснением.
— Вот! — торжествующе провозгласила Тамара Львовна. — Учитесь, молодёжь, как надо принимать гостей.
Она с грацией королевы открыла коробку. Оттуда на нас воззрился стандартный, бездушный торт, украшенный масляными розами. Он не шёл ни в какое сравнение с моим «Трюфелем», покрытым зеркальной глазурью и украшенным свежими ягодами.
— Тамара Львовна, но ведь торт Марины… он такой красивый, — робко попыталась вступиться за меня Света, моя лучшая подруга.
— Красивый? — свекровь смерила её уничтожающим взглядом. — Красиво — это когда дорого и со вкусом. А это — дешёвка. Игорь, убери с глаз долой это недоразумение.
Игорь, не глядя на меня, взял мой торт и понёс его на кухню. Я слышала, как хлопнула крышка мусорного ведра. В этот момент что-то внутри меня оборвалось. Весь вечер я сидела с каменным лицом, механически улыбалась и отвечала на вопросы, пока гости нахваливали безвкусный покупной десерт. Я чувствовала себя чужой на собственном празднике, в собственной квартире, деньги на которую, к слову, по большей части дали мои родители.
Когда последний гость ушёл, Тамара Львовна удовлетворённо откинулась в кресле.
— Ну вот, всё прошло пристойно. Слава богу, я вовремя вмешалась, а то был бы позор на мою седую голову.
— Мама, ты была слишком резка, — всё-таки выдавил из себя Игорь.
— Резка? Я спасла репутацию твоей семьи! И запомни, Марина, — она впилась в меня своими холодными глазами, — если хочешь быть женой моего сына, забудь про свои провинциальные замашки. Твоё место на кухне, но только для того, чтобы варить борщ, а не для этих… кондитерских экспериментов.
Она ушла, оставив за собой шлейф дорогих духов и звенящую тишину. Я посмотрела на Игоря, ожидая поддержки, извинений, чего угодно.
— Марин, ну не обижайся. Мама просто… она перфекционист, — промямлил он. — Она хотела как лучше.
— Как лучше? Игорь, она выбросила мой торт в мусорку! Она унизила меня перед всеми нашими друзьями!
— Ну, она немного перегнула, да. Но согласись, её гости — люди статусные. Может, и правда не стоило…
Я не стала дослушивать. Молча развернулась и ушла в спальню. Слёзы душили меня. Я поняла, что в этой семье моё мнение, мои таланты и мои чувства не значат абсолютно ничего. Я была лишь приложением к её идеальному сыну.
***
Утро не принесло облегчения. Игорь делал вид, будто ничего не произошло. Он весело насвистывал, собираясь на работу, и даже попытался меня обнять.
— Ну чего ты дуешься, котик? Подумаешь, торт. Испечёшь ещё. Главное, новоселье отметили.
— Главное? Игорь, твоя мать назвала моё любимое дело «дешёвкой» и «позором»! А ты просто стоял и молчал!
— А что я должен был сделать? Скандал устроить? Марин, это моя мама. Она всегда такой была. Просто нужно научиться не обращать внимания.
— Не обращать внимания? — я вскипела. — То есть, я должна позволять ей вытирать об себя ноги?
— Ну почему сразу «вытирать ноги»? Она просто человек старой закалки, для неё важны условности. Ну, не понравился ей торт, с кем не бывает?
Я поняла, что разговор бесполезен. Он никогда не поймёт. Для него это «просто торт», а для меня — часть души. Я молча налила себе кофе. Вчерашняя обида сидела в горле комом.
В обед, когда я бездумно листала ленту в соцсетях, раздался звонок с незнакомого номера.
— Алло, это Марина? Здравствуйте, меня зовут Оксана, я помощница фуд-блогера Алины Вольской.
Я чуть не выронила телефон. Алина Вольская была настоящей звездой, гуру ресторанного бизнеса.
— Да, это я, — хрипло ответила я.
— Алина видела фотографии ваших тортов в сети. Она в восторге! Скажите, вы не хотели бы поучаствовать в одном проекте? Она организует большой благотворительный вечер и ищет кондитера для кэнди-бара. Это огромное мероприятие, будет вся пресса, телевидение!
У меня перехватило дыхание. Это был не просто шанс — это была мечта. Возможность заявить о себе на всю страну.
— Конечно! Я… я с радостью! — выпалила я.
Мы договорились о встрече. Повесив трубку, я минут пять просто сидела, глупо улыбаясь. Вот он, знак! Шанс доказать всем, и в первую очередь себе, что я чего-то стою.
Вечером я встретила Игоря с горящими глазами.
— Представляешь, мне позвонили от самой Алины Вольской! Меня пригласили делать кэнди-бар для её вечера!
Игорь нахмурился.
— Вольской? Это не та, что вечно по телевизору светится? Марин, а это серьёзно?
— Более чем! Это такой шанс, ты понимаешь?
— Понимаю, — протянул он. — Только… это же огромная ответственность. А вдруг не получится? Опозоришься на всю страну. И меня заодно.
От его слов у меня всё похолодело.
— Почему это я должна опозориться? Я уверена в своих силах!
— Да я не сомневаюсь, — поспешно сказал он. — Просто… может, не стоит так рисковать? Ты же только начинаешь. Это уровень для профессионалов.
В этот момент у него зазвонил телефон. На экране высветилось «Мама». Игорь вышел на балкон. Я не слышала, о чём они говорят, но когда он вернулся, лицо его было мрачнее тучи.
— Я так и знал, — сказал он глухо. — Мама уже в курсе. Кто-то из её знакомых работает с этой Вольской. Она в ярости.
— В ярости? Почему? — я не понимала.
— Она сказала, что если ты в это ввяжешься, она со мной знаться не будет. Сказала, что «эти блогеры — сплошной срам», и если жена её сына будет «обслуживать эту публику», то это конец репутации нашей семьи.
Я смотрела на него, и во мне поднималась ледяная ярость.
— Репутации вашей семьи? А моя репутация, мои мечты — это не в счёт?
— Марин, ну пойми, это серьёзные вещи! Бизнес, связи… Моя мама всю жизнь выстраивала этот круг. Она не может позволить, чтобы какая-то… кондитерская авантюра всё разрушила.
— Авантюра? — закричала я. — Да это дело всей моей жизни! А твоя мать просто завистливая, деспотичная женщина, которая хочет всё контролировать!
— Не смей так говорить о моей матери! — рявкнул он. — Она желает нам добра!
— Добра? Выбрасывать мой торт и запрещать мне заниматься любимым делом — это добро?! Игорь, ты вообще на чьей стороне?!
Он молчал, и его молчание было страшнее любого ответа.
***
На следующий день Тамара Львовна явилась к нам без предупреждения. Я как раз обсуждала по телефону с Оксаной детали кэнди-бара: количество гостей, стилистику, вкусы.
— Я так и знала! — прогремел её голос от порога. Я вздрогнула и быстро свернула разговор. — Продолжаешь свои игры? Я тебе, кажется, русским языком всё объяснила!
Она прошла в комнату, как хозяйка, и сбросила на кресло кашемировое пальто.
— Тамара Львовна, здравствуйте. Игорь на работе.
— Плевать я хотела где Игорь! Я с тобой пришла говорить! — она села напротив меня, сверля взглядом. — Значит, ты всё-таки решила ослушаться? Решила пойти против семьи?
— Я не иду против семьи, — стараясь сохранять спокойствие, ответила я. — Я просто хочу заниматься тем, что люблю и умею. Это прекрасная возможность.
— Возможность? — она расхохоталась. — Возможность выставить себя и своего мужа на посмешище? Ты будешь стоять там, как прислуга, подавать пирожные каким-то расфуфыренным фифам, а они будут обсуждать, какая у Игоря Соколовского жена-простушка? Ты этого хочешь?
— Это моя работа! И я буду не прислугой, а приглашённым шеф-кондитером.
— Шеф-кондитер? — она скривилась. — Не смеши меня. Ты — девочка из провинции, которая научилась печь тортики по рецептам из интернета. Не более. И я не позволю тебе тянуть моего сына на дно, в свой мещанский мирок!
— Мой мир вас не касается! И моего мужа тоже!
— Ошибаешься, деточка. Очень даже касается. Игорь — часть серьёзного бизнеса. У него репутация. А жена, которая якшается с этой… богемой, — это пятно на репутации. Поэтому слушай сюда. Ты сейчас же звонишь этой своей блогерше и говоришь, что всё отменяется. Придумай что-нибудь: заболела, уезжаешь, что угодно.
— Я не буду этого делать! — отрезала я.
— Будешь! — её голос стал ледяным. — Если ты не откажешься от этой затеи, я сделаю так, что Игорь с тобой разведётся. Поверь, у меня хватит на это влияния. Он сын своей матери. И он выберет семью и благополучие, а не твои глупые амбиции.
В этот вечер, когда вернулся Игорь, я пересказала ему наш разговор. Я надеялась, что уж это-то переполнит чашу его терпения. Но я ошиблась.
— Марин, может, мама права? — сказал он, избегая моего взгляда. — Ну зачем тебе эти скандалы? Живём спокойно, у нас всё есть. Ну, пеки для себя, для друзей…
— Игорь, ты серьёзно? Ты предлагаешь мне сдаться? Отказаться от мечты, потому что твоя мама так хочет?
— Я предлагаю тебе выбрать семью! — повысил он голос. — Я не хочу разрываться между тобой и матерью! Неужели так сложно просто уступить?
— Уступить в чём? В праве дышать? В праве заниматься любимым делом?
— Хватит пафоса! Это всего лишь тортики! — закричал он. — Так что выбирай: или я, или твоя дурацкая кондитерская!
Я смотрела в его глаза, которые ещё недавно были для меня целым миром, и видела в них только отражение его властной матери. В них не было ни любви, ни поддержки. Только страх и слабость.
— Хорошо, — тихо сказала я. — Я выбираю.
***
— Я выбираю себя, — закончила я фразу, и в комнате повисла тишина.
Игорь смотрел на меня так, словно не верил своим ушам. Он, видимо, ожидал слёз, мольбы, обещаний всё бросить.
— Что? Что ты сказала? — переспросил он.
— Я сказала, что выбираю себя. И своё дело. А ты… оставайся с мамой. Ей ты, видимо, нужнее.
Я развернулась и пошла в спальню. Открыла шкаф и достала чемодан. Руки дрожали, но в голове была звенящая ясность. Это конец.
— Ты… ты что делаешь? Ты уходишь? — он вошёл следом за мной, растерянный и злой одновременно. — Из-за какой-то ерунды? Ты рушишь семью!
— Семью разрушил ты, Игорь. Когда позволил своей матери унижать меня. Когда предал мою мечту. Семья — это когда вместе, а не когда один прогибается под другого.
Я стала швырять в чемодан свои вещи. Платья, джинсы, свитера. Всё то, что мы покупали вместе, в другой, счастливой жизни.
— И куда ты пойдёшь? К мамочке с папочкой, в свой Мухосранск? Жаловаться, что тебя, бедняжку, обидели?
— Это не твоё дело, — отрезала я, застёгивая чемодан.
Я пошла на кухню. Мой новенький планетарный миксер, профессиональная печь, наборы форм, дорогие шпатели… Всё это мы покупали на деньги, которые подарили мои родители на свадьбу. Это был мой рабочий инструмент. Моё будущее.
— Это я забираю с собой, — твёрдо сказала я, указывая на технику.
Игорь злобно рассмеялся.
— А вот с этим не выйдет. Всё, что в этой квартире, — общее имущество. И я не позволю тебе ничего отсюда вынести, кроме твоих шмоток.
— Но это же мои инструменты! Их купили на деньги моих родителей!
— Докажи! — усмехнулся он. — Чеков у тебя нет. Так что всё остаётся здесь. Посмотрим, как ты будешь печь свои тортики без всего этого. Может, хоть это вправит тебе мозги.
Я смотрела на него и не узнавала. Куда делся тот нежный, заботливый парень, в которого я влюбилась? Передо мной стоял чужой, жестокий человек с повадками своей матери.
Спорить было бесполезно. Я взяла свой чемодан, сумочку и пошла к выходу. В прихожей он бросил мне в спину:
— Пожалеешь ещё, Марина! Приползёшь обратно, да поздно будет!
Я не обернулась. Молча открыла дверь и вышла на лестничную клетку. Дверь за моей спиной захлопнулась, отрезая прошлое.
Стоя на улице с одним чемоданом, я почувствовала укол паники. Куда идти? Что делать? Денег почти не было. Я достала телефон и набрала единственный номер, который пришёл в голову.
— Светка, привет… — голос сорвался. — Можно я у тебя переночую?
— Мариш, что случилось?! — встревоженно спросила подруга. — Конечно, можно! Приезжай сейчас же!
Через час я сидела на Светиной кухне, пила горячий чай и, всхлипывая, рассказывала свою историю. Она слушала молча, только крепче сжимала мою руку.
— Козлы, — коротко сказала она, когда я закончила. — И он, и его мамаша. Но знаешь что? Это к лучшему. Теперь ты свободна.
— Свободна и без всего, — горько усмехнулась я. — У меня нет ни дома, ни работы, ни даже миксера.
— Прорвёмся! — уверенно сказала Света. — Поживёшь у меня, сколько нужно. А с работой… Знаешь, у меня есть одна идея.
***
Светина идея была простой и гениальной.
— Слушай, пока ты будешь искать помещение и деньги на оборудование, почему бы тебе не начать печь на заказ прямо у меня дома? — предложила она. — Кухня у меня большая, миксер простенький есть. Для начала хватит. А я помогу с рекламой, создам тебе страничку в соцсетях.
Я с сомнением посмотрела на неё.
— Думаешь, получится?
— Даже не сомневаюсь! — она обняла меня за плечи. — Твои торты — это шедевры. Люди должны их попробовать!
Я позвонила родителям. Они, выслушав меня, не стали причитать и звать обратно. Папа лишь сказал: «Дочка, мы в тебя верим. Деньги на первое время вышлем. А этот… Игорь… пусть катится». Их поддержка окрылила меня.
Через пару дней я уже пекла свой первый заказ на Светиной кухне. Это был небольшой торт на день рождения для её коллеги. Я волновалась ужасно, но когда увидела восторженный отзыв и фотографию счастливой именинницы, поняла — я на верном пути.
Света создала мне яркую страничку под названием «Marina’s Delights». Она сделала профессиональные фотографии моих первых работ, и заказы потихоньку пошли. Сначала от знакомых, потом от знакомых знакомых. «Сарафанное радио» работало лучше любой рекламы.
Я работала как одержимая. Вставала в пять утра, ложилась далеко за полночь. Все заработанные деньги я откладывала на мечту — собственное оборудование. А ещё я позвонила Оксане, помощнице Алины Вольской.
— Оксана, здравствуйте. У меня изменились обстоятельства, я не смогу использовать профессиональную кухню, как мы договаривались… — начала я с замиранием сердца.
— Марина, это не проблема! — неожиданно ответила она. — Алина сказала, что готова предоставить вам полностью оборудованную кухню своего ресторана на два дня. Она сказала: «Талант должен иметь возможность творить».
Я чуть не расплакалась от счастья.
Благотворительный вечер прошёл с ошеломительным успехом. Мой кэнди-бар стал сенсацией. Гости фотографировались на его фоне, журналисты брали у меня интервью, а сама Алина Вольская, пожимая мне руку, сказала: «Марина, у вас огромное будущее. Не хотите стать партнёром моей сети ресторанов?»
Это был прорыв. Через полгода я смогла снять небольшое помещение и купить своё первое профессиональное оборудование. Я назвала своё кафе-кондитерскую просто — «Marina’s Delights».
Я почти не вспоминала об Игоре и его матери. Я была слишком увлечена своим делом. Оно росло и развивалось. Я наняла первых сотрудников, расширила меню. Обо мне писали в журналах, приглашали на телешоу. Я была счастлива. По-настоящему.
Иногда Света, глядя на меня, говорила:
— Вот скажи честно, если бы не тот скандал с тортом, ты бы решилась на всё это?
— Никогда, — честно отвечала я. — Я бы так и сидела в своей золотой клетке, пекла бы борщи и боялась разозлить свекровь. Так что, как ни странно, я им даже благодарна.
***
Прошло семь лет.
Семь лет напряжённой, но безумно интересной работы. Моя маленькая кондитерская «Marina’s Delights» превратилась в сеть из пяти модных кафе в центре города. У меня был большой штат сотрудников, собственная служба доставки и даже кулинарная школа. Имя «Марина Соколова» (я оставила фамилию мужа как напоминание о том, с чего всё начиналось) стало брендом, знаком качества и безупречного вкуса.
Я сидела в своём просторном, светлом кабинете в головном офисе и просматривала отчёты за квартал. Дела шли отлично.
— Марина Викторовна, к вам можно? — в дверь заглянула моя помощница Лена.
— Да, Леночка, заходи.
— Тут такое дело… Наш айтишник, который сайтом и приложением занимается, уходит. В другую страну переезжает. Нам срочно нужен новый специалист. Очень толковый.
— Да, проблема, — я нахмурилась. — На нём же всё держалось. Размещай вакансию на всех топовых ресурсах. Зарплату ставь выше рынка. Нам нужен лучший.
— Уже сделала, — кивнула Лена. — Просто хотела предупредить, что могут быть сбои в работе приложения, пока нового человека не найдём.
Я откинулась в кресле. Жизнь научила меня не паниковать из-за проблем, а решать их. Будет новый айтишник, наладим работу. Я давно уже не та испуганная девочка, которую мог выбить из колеи любой косой взгляд.
За эти годы я ничего не слышала об Игоре и его матери. После того вечера у Алины Вольской я стала достаточно известной персоной, и, видимо, Тамара Львовна запретила сыну даже приближаться ко мне, чтобы не «позориться» ещё больше. Мне было всё равно. Моя жизнь была наполнена до краёв: новые рецепты, деловые встречи, съёмки, путешествия на международные кондитерские выставки.
Вечером я заехала в своё флагманское кафе на Тверской. Любила вот так, без предупреждения, появиться, выпить чашку кофе, посмотреть на счастливые лица посетителей, наслаждающихся моими десертами. Это было лучшее лекарство от усталости.
Я сидела за столиком у окна, когда мой взгляд случайно зацепился за двух посетителей, которые только что вошли в кафе. Мужчина и пожилая женщина. Они выглядели неуверенно, почти испуганно, будто попали в чужой мир.
Мужчина был одет в помятый, дешёвый костюм. Его волосы поредели, под глазами залегли тёмные круги. В нём я с трудом узнала своего когда-то холёного, уверенного в себе мужа. Игоря.
Женщина рядом с ним выглядела ещё хуже. Сгорбленная, в старомодном пальто, с потухшим взглядом. От былого лоска и высокомерия Тамары Львовны не осталось и следа. Она выглядела больной и измученной.
Они прошли к стойке, и я увидела, как Игорь что-то нерешительно спросил у бариста. Девушка удивлённо посмотрела на него, а потом её взгляд метнулся в мою сторону. Я поняла: они пришли ко мне. Сердце неприятно ёкнуло, но я взяла себя в руки. Спокойно. Ты — хозяйка положения.
***
Я сделала знак менеджеру. Тот подошёл к ним, что-то сказал, и через минуту Игорь и Тамара Львовна стояли у моего столика.
— Марина… Здравствуй, — выдавил из себя Игорь, не поднимая глаз.
— Здравствуйте, — холодно ответила я. — Чем могу помочь?
Тамара Львовна молчала, лишь вцепилась в руку сына. Её взгляд бегал по роскошному интерьеру моего кафе. Я видела в нём смесь зависти, растерянности и… отчаяния.
— Мы… мы к тебе по делу, — замялся Игорь. — Я тут увидел… у вас вакансия открыта. IT-специалист.
Я удивлённо приподняла бровь.
— И?
— Ну… я ведь айтишник. С опытом. Я бы мог… В общем, я пришёл на собеседование.
Я смотрела на него и едва сдерживала горькую усмешку. Мужчина, который семь лет назад кричал, что моя работа — это «позор», теперь пришёл проситься ко мне на работу. Какая ирония судьбы.
— Игорь, моя компания ищет лучших специалистов. У вас есть актуальное портфолио? Рекомендации с предыдущих мест работы за последние пять лет?
Он покраснел.
— Ну… с работой в последнее время было не очень. Проект, в который мы с мамой вложились, прогорел. Пришлось всё продать…
— У нас с бизнесом не вышло, Мариночка, — вдруг подала голос Тамара Львовна. Голос был слабым, дребезжащим, совсем не похожим на её прежний властный тон. — Обманули нас. Мы всё потеряли. Квартиру… дачу…
Она замолчала, тяжело дыша.
— Мы сейчас снимаем комнатку на окраине. Игоря никуда не берут, а у меня здоровье… Лекарства дорогие нужны, — она подняла на меня полные слёз глаза. — Помоги, Мариночка! Не ради нас, так ради памяти… о том хорошем, что было. Возьми Игоря на работу, а? Или хоть в долг дай немного… Мы отдадим. Когда-нибудь.
Я долго молчала, глядя на этих двух сломленных, несчастных людей. Во мне не было ни злорадства, ни жалости. Только холодное, звенящее спокойствие. Я получила своё. Не местью, а успехом.
— Тамара Львовна, — ровным голосом начала я. — Семь лет назад вы сказали, что моя работа — это позор и дешёвка. Вы выбросили мой торт, потому что он был «не для приличных людей». Игорь, ты тогда поддержал свою мать и предложил мне выбрать между семьёй и «дурацкими тортиками».
Они оба вжали головы в плечи.
— Я свой выбор сделала, — продолжила я. — И построила всё это, — я обвела рукой своё сияющее, успешное кафе, — не благодаря вам, а вопреки. Я научилась рассчитывать только на себя.
Я встала.
— Вакансия IT-специалиста у нас действительно открыта. Ваш сын может отправить резюме в отдел кадров на общих основаниях. Его рассмотрят. Но, боюсь, без релевантного опыта и рекомендаций шансов у него немного. У нас высокие требования.
Я достала из кошелька несколько крупных купюр и положила их на стол.
— А в долг я не даю. Никогда. Это — на кофе и десерт. Угощайтесь. Говорят, у нас неплохие торты.
Я развернулась и пошла к выходу, не оборачиваясь. Я слышала за спиной сдавленный всхлип Тамары Львовны, но это меня уже не трогало. Их история для меня закончилась в тот день, когда крышка мусорного ведра захлопнулась над моим тортом.
Выйдя на оживлённую улицу, я вдохнула полной грудью прохладный вечерний воздух. Я была свободна. И впереди меня ждала только моя, сладкая и успешная жизнь.
Как вы думаете, стоило ли Марине проявить сострадание и помочь бывшему мужу и свекрови, или её холодный отказ был справедливым и заслуженным финалом их истории?
«Если вам понравилось — подпишитесь. Впереди ещё больше неожиданных историй.»