«И всё-таки — любовь»
Жили-были Мужчина и Женщина. Они любили друг друга давно — так давно, что уже не помнили, когда впервые захотели держаться за руки.
И всё бы было просто и тепло, если бы однажды в их дом не пришла Ревность.
Она не постучала. Она вошла, как ветер в щель под дверью.
Маленькая, прозрачная, вроде бы безвредная — просто шепнула на ухо Женщине:
— А вдруг он уже не тот? Вдруг смотрит не на тебя, а на другую?
А Мужчине в ту же ночь сказала:
— А ты уверен, что она по-прежнему твоя?
И с тех пор Ревность поселилась между ними.
Сначала — на подушке. Потом — на кухне. Потом — между их дыханиями.
Она была хитрой. Когда они ссорились, она пряталась за спиной одного из них и подлизывалась:
— Ты прав, конечно ты прав. Просто она неблагодарна.
Или:
— Он не чувствует, как тебе больно. Он равнодушен.
А когда они молчали и скучали друг по другу, Ревность шептала ещё тише:
— Поздно. Уже поздно.
Им обоим стало тяжело.
Женщина перестала смеяться. Мужчина стал говорить коротко, отрывисто, будто каждое слово отламывалось с болью.
Они всё чаще сидели рядом и думали о том, что чувствуют, — но боялись сказать.
Потому что рядом всегда была она — Ревность. И она улыбалась.
Однажды ночью Женщина проснулась и увидела Ревность.
Та сидела у окна, тонкая, как тень, и плакала.
— Что с тобой? — спросила Женщина.
— Я боюсь, — сказала Ревность. — Я боюсь, что если вы начнёте доверять друг другу, я исчезну.
— Так и должно быть, — сказала Женщина.
— Но я ведь часть тебя, — прошептала Ревность. — Я — страх потерять. Разве можно жить без него?
— Можно, — ответила Женщина. — Если не держать, а держаться рядом.
Утром она рассказала Мужчине свой сон.
Он долго молчал, потом взял её за руку.
— Может, отпустим её? — спросил он.
— А вдруг вернётся?
— Пусть. Главное — чтобы не между нами, а рядом.
И тогда они открыли дверь настежь.
Ревность вышла на порог, обернулась — и исчезла в солнечном свете.
А в доме стало тихо.
Не потому, что всё стало идеально.
А потому, что появилось место для доверия, улыбки, прикосновения — без страха.
И только иногда, когда вечер пахнет старой грустью, где-то в углу шуршит тень.
Но теперь они узнают её сразу.
— Здравствуй, — говорят. — Мы помним тебя. Но жить — будем сами. 🕊️
