Виртуальный процесс "Меломаны против хитмейкеров"
День Седьмой: Допрос Свидетеля Обвинения – Свидетель: Ольга Дубовицкая (Представитель РАО)
Судья Игорь Крутой: "Прошу всех встать! Приглашается следующий свидетель обвинения – ведущий эксперт Российского Авторского Общества, Ольга Леонидовна Дубовицкая. Прошу принести присягу."
(Ольга Дубовицкая, подняв руку, произносит слова присяги. Её голос звучит чётко, безэмоционально, как и подобает профессионалу в такой сфере.)
Судья Игорь Крутой: "Свидетель, присаживайтесь. Александр Гарриевич, прошу продолжить допрос."
Обвинитель Александр Гордон: (Смотрит на Дубовицкую, его тон становится сухим и деловым.)
"Ольга Леонидовна, здравствуйте. Спасибо, что согласились дать показания. Вы представляете Российское Авторское Общество – организацию, которая собирает и распределяет роялти за использование произведений авторов. В вашем распоряжении, несомненно, находится детальная финансовая статистика по авторским отчислениям граждан Укупника и Чайки за последние десятилетия. Можете ли вы подтвердить, что обвиняемые продолжают получать значительные доходы от своих произведений?"
Ольга Дубовицкая: (Спокойно, открывая папку с документами.)
"Здравствуйте, Александр Гарриевич. Да, могу подтвердить. Граждане Укупник Аркадий Семёнович и Чайка Виктор Григорьевич являются действующими авторами-правообладателями и регулярно получают авторские отчисления за использование их музыкальных произведений."
Обвинитель Александр Гордон: "Отлично. А теперь, пожалуйста, предоставьте суду и Коллегии Присяжных ключевую информацию: за какие именно произведения они получают эти 'значительные доходы'? Каков процентный объём роялти приходится на произведения, созданные до 2000 года, и каков процент приходится на произведения, созданные после 2000 года, то есть за те самые 25 лет, которые являются предметом нашего разбирательства?"
Ольга Дубовицкая: (Смотрит в документы, её голос становится ещё более формальным.)
"По данным Российского Авторского Общества, а также анализу данных от цифровых платформ, концертных агентств и телерадиокомпаний за период с 2000 года по текущий момент... (она делает паузу, в зале повисает напряжённая тишина) ...основная, подавляющая часть авторских отчислений граждан Укупника и Чайки приходится на произведения, созданные до 2000 года. Ориентировочно, более 95% всех их доходов от авторских прав составляют роялти за хиты, написанные в 80-х и 90-х годах. Новые произведения, созданные после 2000 года, приносят лишь минимальные, статистически незначительные отчисления."
Обвинитель Александр Гордон: (Торжествующе, поворачивается к Судье, а затем к Обвиняемым.)
"Ваша честь! Мы слышим прямое, документально подтверждённое свидетельство! 95% доходов от авторских прав – за старые заслуги! Обвиняемые, по сути, монетизируют ностальгию, не прилагая никаких усилий для создания нового контента, который мог бы приносить сопоставимые доходы! Это – не 'творческий простой', господин Соседов, это – паразитирование на прошлых достижениях! Это – финансовое подтверждение полного творческого бездействия!"
Защитник Сергей Соседов: (Вскакивает, его лицо выражает ярость, но он пытается говорить спокойно, хотя голос дрожит.)
"Протестую, Ваша честь! 'Паразитирование'?! Какое чудовищное обвинение! Разве великий художник, создавший бессмертные произведения, не имеет права получать за них отчисления?! Разве потомки Пушкина не имеют права на доходы от его творчества?! Это – фундаментальное право автора! Это – закон! А вы, господин Гордон, хотите отнять у них это право?! Вы хотите, чтобы они писали халтуру, лишь бы 'приносить доход'?! Это же абсурд!"
Судья Игорь Крутой: (Ударяет молоточком, его взгляд становится очень серьёзным.)
"Господин Соседов, протест отклоняется. Обвинитель не оспаривает право авторов на отчисления. Обвинение касается отсутствия новых доходов от новых произведений. Это принципиальная разница. Свидетель, прошу продолжить. Ольга Леонидовна, скажите, насколько уникальна эта ситуация? Многие ли авторы, так ярко проявившие себя в 90-е, демонстрируют подобное соотношение доходов между 'старыми' и 'новыми' произведениями?"
Ольга Дубовицкая: (Профессионально.)
"Игорь Яковлевич, такая ситуация, к сожалению, не уникальна. Многие авторы 'золотого века' 90-х имеют схожую динамику. Однако, у тех, кто продолжал активно творить и адаптироваться, это соотношение, безусловно, менялось. Например, у таких авторов, как вы, или у некоторых молодых композиторов, доля 'новых' произведений в доходах гораздо выше. У обвиняемых же мы видим ярко выраженную стагнацию в этом сегменте."
Обвиняемый Виктор Чайка: (Подаёт голос, его тон обижен и растерян.)
"Но это же не наша вина, что песни 90-х до сих пор популярны! Разве мы должны их 'отменять', чтобы доказать, что мы пишем что-то новое?"
Ольга Дубовицкая: (Бесстрастно.)
"Виктор Григорьевич, РАО не оценивает популярность и не 'отменяет' произведения. Мы лишь фиксируем и распределяем доходы. Факт остаётся фактом: новые произведения не приносят сопоставимого дохода, что объективно свидетельствует об их меньшей востребованности на рынке."
Обвиняемый Аркадий Укупник: (Раздражённо.)
"Но я же пишу! Пишу для кино! Разве это не учитывается?! Это тоже доход!"
Ольга Дубовицкая: (Безэмоционально.)
"Аркадий Семёнович, доходы от музыки для кино – это другая категория, как правило, более проектная и часто не связанная с широкой ротацией. В общей структуре авторских отчислений за массовое публичное использование и цифровое распространение, именно хиты 90-х являются основным источником ваших доходов."
Обвинитель Александр Гордон: (Поворачивается к Судье, его голос звучит окончательно.)
"Ваша честь! Показания госпожи Дубовицкой – это не эмоции, не философия, это – холодный, безжалостный финансовый факт! Обвиняемые прекрасно себя чувствуют, живя на проценты от давно созданного. У них нет финансовой мотивации к творчеству! Они комфортно устроились в статусе 'рантье от ностальгии'! Это – экономическое подтверждение их творческого дезертирства!"
Защитник Сергей Соседов: (Его лицо выражает отчаяние, но он собирается с силами, его голос звучит пафосно и надрывно.)
"Вы... Вы превращаете великое искусство в бухгалтерию! Вы – душители таланта! Вы – хотите заставить художника быть роботом, который ежегодно выдаёт 'товар' на продажу?! (Он машет рукой в сторону Дубовицкой.) А вы, Ольга Леонидовна, вы – лишь бездушная счетоводка, которая не понимает, что истинная ценность творчества не измеряется цифрами в ваших отчётах! Это – кощунство!"
Судья Игорь Крутой: (Мощно ударяет молоточком, его взгляд ледяной.)
"Сергей Васильевич! Немедленно прекратите ваши инсинуации! Ваши оскорбления недопустимы! Я напоминаю вам о штрафе за нарушение порядка! Показания госпожи Дубовицкой объективны и представляют собой беспристрастный анализ финансовых реалий. Они показывают, что обвиняемые, по сути, не имеют финансового стимула к созданию нового популярного контента. Спасибо, Ольга Леонидовна. Защита, есть ли у вас ещё вопросы к свидетелю?"
Защитник Сергей Соседов: (Глубоко вздыхает, трясущимися руками поправляет галстук, выглядит абсолютно подавленным.)
"Нет... Нет у меня вопросов к цифрам... К этим... мёртвым цифрам. Они не показывают главного – души!"
Судья Игорь Крутой: "Свидетель Ольга Леонидовна Дубовицкая, вы свободны. Благодарю вас за ваш профессиональный труд."
(Ольга Дубовицкая встаёт, аккуратно складывает документы, кивает Судье и Обвинителю, бросает на Обвиняемых и Защитника взгляд, полный профессиональной отстранённости, и покидает зал, оставляя после себя ощущение неоспоримой, но для кого-то очень горькой финансовой правды.)