— То есть ты хочешь сказать, что вот так просто переписала квартиру на меня?.. — Костя с недоумением смотрел на свою младшую сестру, которая только что протянула ему документы о дарение недвижимости.
— Да. Я не хочу больше решать вопросы наших родителей. Не хочу вечно бегать с их документами и заниматься пропиской и выпиской всех тех друзей и родственников, которых они обещают устроить в столице. Надоело. Если бы я знала, что квартира, оставленная мне от бабушки, будет приносить столько проблем, я бы отказалась от неё ещё с самого начала… — Катя уставши вздохнула, прикрывая глаза. Она чувствовала себя совершенно измотанной за последние 8 месяцев.
— Но… Ты ведь знаешь, что я не общаюсь с родителями. И что они не будут меня ни о чем просить. Я для них – как кость в горле с тех пор, как принял решение не поступать в университет и просто уехал на заработки.
Катя улыбнулась. В этом-то и была её задумка. Она прекрасно знала, что брата родители трогать не будут. Отчасти потому, что он не позволит доставать его вечными просьбами и поручениями. Отчасти из-за того, что характер у парня тяжелый, и совладать с ним – настоящее испытание…
— В том-то и дело. Тебя трогать не будут. А вот я… Слишком мягкая, и они этим активно пользуются. Прекрасно понимают, что я не смогу дать отпор, даже если очень захочу это сделать. А потому делают всё, чтобы я была их девочкой на побегушках. Надоело. Сколько можно? С тех пор, как я получила эту квартиру в наследство, моя и без того тревожная жизнь превратилась в самый настоящий ад. Меня постоянно посылают кого-то забрать, встретить, отвести, показать столицу, просят приютить и временно зарегистрировать. Это не жизнь, это просто кошмар какой-то…
Костя с сочувствием смотрел на свою сестру. Он прекрасно знал, что родители видят в ней слабую мишень, а потому общаются только с ней. Ему же мать звонила от силы пары раз в месяц, и то, разговор не продолжался слишком долго. Несколько дежурных фраз, а после – короткие гудки.
— Ты не должна была переписывать на меня квартиру. Достаточно было просто попросить, чтобы я поговорил с родителями и попросил больше их к тебе не лезть, в моей манере, конечно. — На лице парня появилась довольная ухмылка. Когда он разговаривал в той самой «своей манере» ему невозможно было перечить или отказать. Он мог с лёгкостью заставить любого человека делать так, как ему надо, и это помогло быстро найти работу и неплохо устроиться в столице. Катя об этом прекрасно знала, но не хотела продолжать быть участником конфликта.
— Нет. Так будет лучше. Они бы всё равно узнали, что я осталась владелицей, всё равно нашли бы способы на меня воздействовать. А так… Теперь это твоя квартира, и пусть теперь всё вопросы решают с тобой. А я…
— На секунду девушка замолчала, ловя на себе внимательный взгляд брата. – А я пока сниму общагу на те деньги, что смогла заработать, а там найду работу и постепенно все наладится. – На лице Кати появилась улыбка. Слабая, но такая искренняя. Она, наконец, чувствовала себя свободной от всех проблем и суеты, которые окружали её эти долгие месяцы.
— Что ты такое говоришь? При пустой квартире будешь общагу снимать? Ненормальная то ли? Живи в этой квартире, в чем проблема?
— А если родители приедут? Или родственники? Или кто-то им скажет, что я продолжаю тут жить? Что тогда? Я не хочу, Кость… Я так устала…
Екатерина чувствовала, как в глазах начинают печь предательские слёзы. Но плакать при брате она точно не собиралась. Взяв себя в руки, она открыла глаза, внимательно смотря на Костика, и добавила:
— Всё нормально, все ведь с чего-то начинают. Вот, я начну с этого. А потом уже станет понятно, как жить дальше. Может, в другой городок переберусь, не такой дорогой, спокойный.
— Нет. – Резко ответил Константин. – Никуда ты не поедешь. И никакую общагу снимать не будешь. Останешься пока у меня, я снимаю квартиру недалеко от метро, пока покатаешься на свою работу, а потом уже что-то придумаем. И это не обсуждается. Пошли.
Катя не стала сопротивляться. Она встала, берясь за ручку чемодана со своими вещами, и отправилась за братом…
Квартира Кости была небольшой, но довольно уютной. Он освободил сестре свою кровать, а сам разместился на диване в небольшой кухоньке. Смотря в потолок, парень вслушивался в тишину, думая, как лучше обыграть сложившиеся обстоятельства. Как вдруг услышал тихий голос сестры:
— Теперь, когда мой брат является владельцем этой квартиры, все вопросы о регистрации задавайте ему, а не мне. — Объясняла Катя своим родителям.
Костя подорвался, в несколько секунд оказавшись в спальне. Подорвавшись от резкого звука, Катя ошеломленно смотрела на брата, когда тот выхватил телефон из её рук и в грубой манере проговорил:
— Я внимательно слушаю. — Бурчание на другой стороне трубки моментально прекратилось. На несколько секунд повисла тишина, после которой раздался слегка встревоженный голос матери:
— Сынок, а ты что делаешь с Катей? Мы с ней просто обсуждали, что нужно бы тётю Любу прописать у неё в квартире, чтобы она могла получать повышенную пенсию. Соседку нашу, помнишь её? Такая милая женщина, всегда так добра была к нам. Но жизнь её не жалует. Получает копейки. А жить ведь на что-то надо, так ведь? Вот я и предложила ей…
— А ты у Кати спросила? — Резко перебил мать парень. — Ты спросила, хочет ли она это делать? Есть ли у неё время этим заниматься?
— Да что там заниматься?! 5 минут, дел-то! — Резко ответила Евгения Олеговна. Костя усмехнулся, сухо говоря:
— 5 минут? Тогда ты приедешь и сама будешь бегать, и оформлять все документы. Жду тебя завтра. Если не появишься – можешь забыть о регистрации твой дорогой соседки.
— Я не могу, я завтра работаю! — Возмутилась женщина, но Косте было всё равно.
— Ты же сама сказала — 5 минут всего надо. Утром прилетишь, все сделаешь, а вечером вернешься обратно. И чтобы Кате больше не звонила — квартиру я забрал. Она теперь моя. Понятно? — Не дожидаясь ответа, Костя положил трубку, и в этот момент девушка вздохнула с облегчением. Контакт «Мама» отправился в блок, а следом и «Отец»…
Евгения Олеговна не приехала в столицу, чтобы оформлять документы для соседки. Она не перезвонила сыну, лишь отправила несколько недовольных СМС, которые он проигнорировал. Квартиру бабушки было принято решение сдавать, а на эти деньги Катя смогла снять небольшую студию в центре и начать жизнь с чистого листа…