Предыдущая часть:
На следующий день уже не был выходным, и Анна решила съездить в больницу, чтобы навестить подругу.
— Извините, но я не могу вас пропустить к ней сейчас, пациентка всю ночь не сомкнула глаз, бредила во сне, твердила что-то вроде "прости меня" под нос, так что пришлось дать ей сильное успокоительное средство, пусть теперь отдохнёт как следует, — сказала медсестра, проверяя записи.
— А Дима, он же собирался здесь остаться на ночь, хотел даже ночевать прямо в палате рядом с ней, — спросила Анна, решив, что поговорит хотя бы с ним, не раскрывая деталей о сообщении, просто узнает какие-нибудь свежие подробности и, возможно, подруга уже в чём-то призналась мужу сама.
— У него появились какие-то срочные дела по работе, вы позвоните ему лучше. Светлана сама отпустила его домой, сказала, чтобы не сидел здесь зря, — ответила медсестра с пониманием.
Анна набрала номер Дмитрия:
— Может, хочешь встретиться на этой неделе, поговорить?
— Слушай, вряд ли получится в ближайшие дни, я весь погрузился в работу, пытаюсь хоть как-то отвлечься от всей этой ситуации с больницей. Света сама попросила не слишком её беспокоить звонками и визитами, — ответил он устало.
— Ладно, тогда может быть чуть позже, на следующей неделе, — предложила Анна, но Дмитрий сказал, что пока точно не знает своего расписания на дни вперёд, и разговор на этом закончился без конкретики.
Кажется, он меня за что-то винит или избегает, может, Светлана всё же рассказала ему о том, что случилось вчера вечером, и он просто не хочет об этом говорить вслух, подумала Анна, но точного ответа на этот вопрос пока не было. Возможно, молодой муж просто был сильно расстроен всей ситуацией в целом и не хотел лишних разговоров.
В тот день больше ничего особенного не произошло, даже свекровь не заглянула, чтобы попить крови, как она любила. Сергей позвонил вечером и кратко сообщил, что скоро вернётся из командировки, о злополучном сообщении больше не упомянул ни словом. Весь оставшийся день Анна просто отдыхала дома, пытаясь хоть немного восстановить силы после такого эмоционального встряски, и это было не зря — в школе они ей очень пригодились на следующий день.
— Анна Сергеевна, у меня для вас есть новость, которую вы точно оцените, — сказал директор, и когда он начинал разговор именно так, с этой хитрой улыбкой, ничего хорошего ждать не приходилось, потому что "новость" всегда оказывалась синонимом дополнительной нагрузки, которая либо плохо оплачивалась, либо вообще была бесплатной.
Анна посмотрела на этого худого, желчного мужчину с рыжими усами с явным подозрением:
— И что на этот раз вы приготовили, Борис Михайлович? Хочу сразу предупредить, я и так тяну двойную нагрузку в школе, а зарплату получаю только за полторы ставки, это уже предел.
— Анна Сергеевна, ну что вы всегда воспринимаете всё в штыки и с подозрением? Вы же знаете, детей надо любить по-настоящему, тогда и учительский труд покажется не тягостью, а настоящим благословением и радостью, — ответил он, но было видно по глазам, что сам он в эти слова не верит ни на грош, этот якобы бескорыстный труженник не забывал постоянно организовывать новые платные инициативы и собирать деньги за всё, что только можно, как официально, так и не очень, и большая часть этих средств оседала в его карманах и у его приближённых.
А вся эта красивая структура называлась гимназией, хотя на деле была далека от идеала.
— И что вы на этот раз решили на меня навесить, то есть поручить в дополнение? — спросила Анна прямо, не скрывая скепсиса.
— Вот зря вы так заранее переживаете и накручиваете себя, новость на самом деле очень даже хорошая для вас. Я бы даже сказал, что это большая честь, которой не каждый удостаивается. В нашей школе открывается элитный класс для детей, родители которых, скажем так, могут позволить себе заботиться о потомках на более высоком уровне, чем средний. И преподавать там будете именно вы, как один из лучших наших педагогов, молодая, но очень перспективная специалистка. Мы вами по-настоящему гордимся и ценим ваш вклад, — торжественно провозгласил Борис Михайлович, разводя руками для пущей важности.
— Новость, если честно, не такая уж и приятная, как вы её подаёте. Вы же сами знаете этих учеников из богатых семей, многие из них ведут себя дико, учителей за полноценных людей не считают, общаются с нами порой хуже, чем с домашней прислугой, без всякого уважения. Можно эту честь поручить кому-нибудь другому, кто лучше с ними поладит? — спросила Анна, чувствуя, как внутри нарастает раздражение.
— Ну вы даже не поинтересовались, сколько будете получать за эту работу. Я планирую полностью оплачивать вам ставку, без каких-либо урезаний, — сказал он, но по сути предлагал просто нормально платить за труд, а преподносил это как величайшее одолжение, за которое она должна будет терпеть все моральные издёвки и капризы.
— Ну уж нет, извините, но ни за какие деньги я не соглашусь на такое, — пробормотала Анна твёрдо.
— А кто сказал, что у вас есть возможность отказаться от этого поручения? Просто повышайте голос, когда нужно, подстраивайтесь под ситуацию, найдите общий язык с детьми и их родителями, иначе ждёт увольнение, без вариантов, — сурово ответил директор, меняя тон на жёсткий.
Анна не знала, что на это возразить, она по-настоящему любила свою работу, у неё был отличный класс, где она была классным руководителем и находила общий язык с ребятами. Да и муж с свекровью точно не одобрят, если она вдруг окажется без работы и дохода. И что, теперь всё это терять только из-за страха перед богатыми оболтусами, которые привыкли к вседозволенности?
— Ну давайте тогда попробуем, посмотрим, как пойдёт, когда эта вся пытка начнётся, то есть, я хотела сказать, попытка сотрудничества? — спросила она с горькой иронией в голосе, не скрывая скепсиса.
— Что, разве я не упомянул об этом? Прямо сегодня и начинаем всё это дело. А ваш текущий класс я пока передам другой учительнице, которая менее опытна, но справится, — "обрадовал" её директор с улыбкой. — И своё чувство юмора, пожалуйста, держите при себе, не показывайте. Я пообещал родителям этих замечательных детей, что у них будут самые лучшие учителя, воспитанные, сдержанные в эмоциях, уважающие ребят и их особенности. Вы меня понимаете в этом вопросе?
Анна была слишком ошарашена таким поворотом, чтобы сразу найти, что ответить, у неё просто забирали любимый класс, подсовывали каких-то избалованных оболтусов и ещё требуют оставаться сдержанной во всём, она кто здесь по их мнению — бесправная прислуга?
До начала занятия оставалось ещё двадцать минут, вот продвинутая программа для этого класса, ознакомьтесь с ней внимательно. И, кстати, вам очень повезло в этом деле, я отдаю вам лучший кабинет с самой современной аппаратурой и оборудованием. Вы же не раз мечтали там позаниматься с детьми, так что всё организовано специально для вас, дорогая Анна Сергеевна, — добавил директор, протягивая пачку бумаг.
Анна поняла, что если она сейчас скажет хоть слово поперёк, то потом точно придётся увольняться по собственному желанию, так что молча взяла программу и вышла из кабинета, с трудом сдерживаясь, чтобы не хлопнуть этой увесистой пачкой бумаг по столу или даже по голове директора от злости.
Первый же урок в новом классе оказался полным испытанием на прочность. Один из старшеклассников, высокий и долговязый спортсмен, который явно не интересовался учёбой и пришёл сюда только потому, что родители настояли, вдруг заявил громко:
— Лучше бы нас учили, как реальные деньги зарабатывать в жизни, а не этой ерунде. Кому вообще нужна ваша литература с её героями? Там же сплошные фрики, нищеброды и полные неудачники по жизни. Зачем тратить время на чтение всей этой скукотищи, которая никому не пригодится?
— Знаешь что, Антон, если тебе совсем не интересно и ты считаешь это бесполезным, то попроси родителей перевести тебя на домашнее обучение или в другую школу. Уверена, они смогут научить тебя зарабатывать деньги так, как считают нужным. А здесь, в классе, мы не будем тратить время на твои монологи, потому что ты не учитель и не ведущий урока, — ответила Анна спокойно, но твёрдо, не давая ему перехватить инициативу.
— А знаете что, вот у меня вопросик такой возник. Вы сами-то сколько получаете в месяц за свою работу? У меня один телефон стоит, наверное, дороже вашей зарплаты, а отец покупает мне новый модель каждый сезон без вопросов. Да и одеты вы, учителя, так скромно, что прямо хочется милостыню подать из жалости. Может, вам лучше в переход пойти с протянутой рукой? Там, глядишь, и больше заработаете, чем здесь, — рассмеялся он прямо в лицо Анне, при этом катаясь на стуле по всему классу, как по цирковой арене, а все остальные ученики так и покатывались со смеху, подхватив его тон.
— Давай, давай, не сдерживай себя, продолжай в том же духе, — сказала Анна, освобождая проход рядом с дверью, и когда этот наивный балбес оказался достаточно близко, взяла и выкатила его стул прямо в коридор, после чего закрыла дверь на ключ, не давая вернуться. — Ну что, кто-то ещё хочет устроить дискуссию вместо урока или поделиться своими мыслями?
Желающих продолжить в том же духе не нашлось, потому что Антон давно достал весь класс своими выходками, у него был самый богатый отец среди всех, и только поэтому никто раньше не осмеливался ему возражать открыто. Но теперь все были тихо рады, что его наконец-то поставили на место и проучили. Оставшаяся часть урока прошла довольно продуктивно и спокойно, Анна рассказывала материал так интересно и увлекательно, с примерами из жизни, что ребята даже пытались вникнуть в тему, задавали вопросы по делу и участвовали в обсуждении.
Антон какое-то время стучал в дверь и требовал впустить, но потом появилась грозная завуч и с криком "почему прогуливаем уроки без причины" куда-то его увела за ухо. Лариса Васильевна была человеком старой закалки, строгой и принципиальной, и ей было совершенно наплевать, есть ли деньги у родителей ученика или нет, правила для всех одни.
Зато потом Анне сильно досталось от директора в его кабинете:
— Вы вообще соображаете, что натворили, нанесли ребёнку настоящую моральную травму своими действиями? Антон потом пытался всем доказать, что он не прогуливал урок специально, что это вы его выкатили в коридор и подло закрыли дверь на ключ, но Лариса Васильевна ему не поверила ни на слово, вызвала родителей в школу. Знали бы вы, что я пережил во время этого разговора с ними?
— Жаль, конечно, но, кажется, ребёнок сам виноват в том, что произошло, может, теперь хоть немного научится вести себя прилично с людьми. Если хотите, я могу объяснить всё Ларисе Васильевне вместо вас и поговорить с родителями Антона, чтобы сгладить ситуацию, — предложила Анна, не сдаваясь.
— Ну уж нет, хватит с меня вашего творчества и инициативы на сегодня. Просто ведите себя нормально в дальнейшем, как все, иначе вас ждёт увольнение без разговоров. Больше никаких таких фокусов и самодеятельности. На первый раз объявляю вам выговор официально, — кричал Борис Михайлович с багровым от злости лицом, размахивая руками.
Анна его почти не слушала в этот момент, погружённая в свои мысли о личных проблемах, об отношениях с мужем и о подруге, которая, возможно, предала её доверие.
— Вам что, совсем всё равно на мои слова? Ну и хамка же вы, — услышала она внезапный окрик директора, который обиделся, что его оскорбление и нотации слушают невнимательно.
— Я всё поняла, буду вести только литературу и ничего лишнего, — ответила Анна тихо, меньше всего на свете ей сейчас хотелось ругаться с кем-то ещё.
Директор остался доволен тем, что учительница повторила его слова почти дословно, и наконец отпустил её домой пораньше. Это было очень кстати, потому что она буквально валилась с ног от усталости после такого дня. А когда уже подходила к своему дому, посмотрела на часы и с удивлением осознала, что вернулась на целых два часа раньше обычного времени, хотя новые ученики вымотали её так сильно, что казалось, прошла целая вечность с утра. Между тем теперь у неё, судя по всему, окажется даже меньше общей нагрузки, чем раньше. Хотя лучше бы, конечно, было наоборот — больше часов, но с прежними детьми, которых она знала и любила.
Интересно, а Серёжа уже приехал из командировки, он же обещал вернуться сегодня вечером? — подумала Анна, подходя ближе, она ждала мужа с смешанными чувствами, в первую очередь хотелось поговорить начистоту о том странном сообщении и расставить все точки. Может, сделаю ему небольшой сюрприз и зайду тихонько, без шума? Когда Анна заметила свет в окне кухни, ей вдруг захотелось нагрянуть неожиданно, была надежда, что в такой ситуации проще вызвать мужа на откровенный разговор, без подготовки.
Она тихонько приоткрыла дверь ключом, на цыпочках, стараясь не скрипнуть половицами, проскользнула в квартиру. Дверь на кухню была слегка приоткрыта, и Анна уже собралась войти туда, но вдруг услышала, что Сергей разговаривает с матерью по телефону или лично — голоса были отчётливы.
— Я всё равно уберу этого Диму с дороги, он мне серьёзно перешёл путь в делах. Сама знаешь, в бизнесе такого не прощают, особенно когда ставки высоки, — сказал Сергей каким-то чужим, грубым голосом, которого Анна раньше никогда не слышала.
— Но она же ему наверняка уже всё рассказала, ты сам об этом говорил. Светлана специально выбрала именно твоего конкурента, чтобы тебе отомстить за то, что ты её бросил. Ну и что ты теперь ему сделаешь, он ко всему уже готов, раз связался с такой, и при этом не бросает её? — ответила свекровь с ноткой сомнения.
— Да вряд ли она что-то ему сказала по-настоящему, я же прослушиваю все его разговоры через связи. А что до Светы, ну да, есть из-за чего на меня злиться, я ведь обещал её поддерживать материально, но потом передумал резко. Кстати, в основном из-за тебя же и твоих советов, — возразил Сергей раздражённо.
— Ой, как только я узнала, что родители этой Светланы — те самые люди из прошлого, сразу расхотелось каких-либо внуков от неё. Уж лучше пусть будет эта твоя бесплодная клуша, чем связь с ними, — сказала Валентина Петровна, погружаясь в свои старые воспоминания.
Оказалось, что когда-то она училась в одном классе с будущей матерью Светланы и с тех пор возненавидела её всей душой — просто за то, что та была умнее, красивее и в итоге вышла замуж удачно, построив счастливую жизнь. А Валентина родила сына одна, тянула его в одиночку, однажды обратилась за помощью к той однокласснице, но получила лишь сущие копейки, которые не решили проблем. Тогда-то свекровь и озлобилась окончательно, затаив обиду на всю жизнь.
Неужели это всё правда на самом деле? То есть мой муж проворачивает какие-то тёмные дела, он вовсе не честный бизнесмен, как притворяется, а подруга действительно беременна от него. Да и свекровь не просто вредная женщина, а сознательно прикрывает сына во всём этом. Анна чуть не вскрикнула от шока, но вовремя зажала рот ладонями, чтобы не выдать себя, она не понимала, что теперь со всем этим делать и как жить дальше. Решила пока не показывать своего присутствия и ушла так же тихо, как и появилась, осторожно закрыв дверь.
Продолжение :