Саша Чёрный (Александр Гликберг) - настоящий литературный трикстер

В ответ на пост

Саша Чёрный (Александр Гликберг) - настоящий литературный трикстер. Из всех поэтов Серебряного века Саша Чёрный лучше всех умел в юмор, причём в юмор едкий и острый. Острота его пера была абсолютной: например, первая же публикация под псевдонимом "Саша Чёрный" (стихотворение "Чепуха" в журнале "Зритель" - сатира на министра внутренних дел Дурново и председателя Совета министров) закончилась тем, что на следующий день журнал закрыли, а тираж - изъяли.

Строки из стихотворения "Культурная работа":

...

"Сбежались. Я тоже сбежался.

Кричали. Я тоже кричал,

Махал рукой, возмущался

И карточку приставу дал.

...

должны быть близки сердцу каждого судебного юриста, который работает со свидетелями.

Но, учитывая тематику канала, хотел бы поделиться стихом Саши Чёрного, который объясняет, почему для крепких отношений важно, чтобы муж и жена - были одна "сатана". Стих называется "Городская сказка":

Профиль тоньше камеи,

Глаза как спелые сливы,

Шея белее лилеи,

И стан как у леди Годивы.

Деву с душою бездонной,

Как первая скрипка оркестра,–

Недаром прозвали мадонной

Медички шестого семестра.

Пришел к мадонне филолог,

Фаддей Симеонович Смяткин.

Рассказ мой будет недолог:

Филолог влюбился по пятки.

Влюбился жестоко и сразу

В глаза ее, губы и уши,

Цедил за фразою фразу,

Томился, как рыба на суше.

Хотелось быть ее чашкой,

Братом ее или теткой,

Ее эмалевой пряжкой

И даже зубной ее щеткой!..

«Устали, Варвара Петровна?

О, как дрожат ваши ручки!» –

Шепнул филолог любовно,

А в сердце вонзились колючки.

«Устала. Вскрывала студента:

Труп был жирный и дряблый.

Холод... Сталь инструмента.

Руки, конечно, иззябли.

Потом у Калинкина моста

Смотрела своих венеричек.

Устала: их было до ста.

Что с вами? Вы ищете спичек?

Спички лежат на окошке.

Ну, вот. Вернулась обратно,

Вынула почки у кошки

И зашила ее аккуратно.

Затем мне с подругой достались

Препараты гнилой пуповины.

Потом... был скучный анализ:

Выделенье в моче мочевины...

Ах, я! Прошу извиненья:

Я роль хозяйки забыла –

Коллега, возьмите варенья,–

Сама сегодня варила».

Фаддей Симеонович Смяткин

Сказал беззвучно: «Спасибо!»

А в горле ком кисло-сладкий

Бился, как в неводе рыба.

Не хотелось быть ее чашкой,

Ни братом ее и ни теткой,

Ни ее эмалевой пряжкой

Ни зубной ее щеткой!