В этой части я познакомлю вас со своими впечатлениями от рассказов «Вот будет здорово» и «Моя бабушка Миллард, генерал Бедфорд Форрест и битва при Угонном ручье». По единой стилистике текстов можно предположить, что возраст их авторов приблизительно совпадает с возрастом автора предыдущих рассказов «Два солдата» и «Не погибнет», рассмотренных в первой части. Так же и имена юных рассказчиков остались нам не известны.
В рассказе «Вот будет здорово» речь идет о добротной американской семье (папа, мама, старшая сестра и наш герой) и ее многочисленных родственниках, вполне порядочных работящих американцах, своим трудом заложивших фундамент под здание американской мечты – Соединенные Штаты Америки; фундамент настолько прочный, что это здание и по сей день стоит, вопреки некоторым прогнозам, и высится над всеми другими аналогичными сооружениями, распространяя вокруг себя соблазнительное сияние и притягательный аромат.
За одним единственным исключением – дядя Родни был паршивой овцой в этом патриархальном стаде.
Мама: «… Дядя Родни виноват разве, что у него хоть сердце золотое, да кошелек пустой». И папа: «Дядя Родни уж точно не виноват, он не как некоторые, он из кожи лезет, чтобы деньги добыть, и чего-чего не пытал, только работать не пробовал…»
Добавим, что дядя Родни был маминым родственником, а папа был просто маминым мужем.
Строго говоря, дядя Родни от работы не бегал, просто представление о работе у него было свое, отличающееся от представления прочих обывателей Мотстауна, менее одаренных. Работать он предпочитал с женским полом, и при этом проявлял недюжинную смекалку, изобретательность и настойчивость, то есть именно те полезные качества, которые и позволяют добиваться успеха на жизненном пути. Результатами, правда, похвастаться не мог. То есть результатами в смысле доходов. А так-то он результатов добивался – у многие мотстаунские мужики, благодаря его усилиям, обзавелись украшением известного рода, которое нечувствительно вырастает на головах ничего не ведающих мужей. Впрочем, некоторые из них кое о чем догадывались, но виду не подавали: тут разбираться себе дороже.
Поэтому, когда дядя Родни решил, что пришло время монетизировать свои успехи у мотстаунских дам, а именно – задать тягу с некоей влюбленной в него леди, да заодно уж и с ее драгоценностями, то вышла неприятность. Супруг влюбленной в дядю Родни леди держался настороже: с потерей жены он, возможно, и смог бы смириться, а с потерей ее бриллиантов – нет, и принял меры.
Скажем прямо, дяде Родни не поздоровилось, так как в облаве на него приняло участие множество городских жителей мужского пола. Очевидно, количество «кое о чем догадывающихся» было значительно больше, чем можно было предположить, если судить по их индифферентному поведению в целом и по отсутствующему выражению, неизменно появляющемуся на их лицах, когда заходила речь о подвигах дяди Родни.
Вам, наверное, интересно, в чем же заключалась роль мальчика, нашего героя? Отвечаю: по простодушию своему он состоял пособником альфонса и мошенника дяди Родни, и продавал свои услуги за деньги; но денег своих он не увидел.
Рассказ «Моя бабушка Миллард, генерал Бедфорд Форрест и битва при Угонном ручье» – живописная картинка эпохи Гражданской войны между Севером и Югом глазами еще одного наблюдательного безымянного мальчика.
Американцы со своей Гражданской опередили нас на полвека, их опыту можно было бы доверять. Вот что сказал папа мальчика, полковник армии южан, по поводу своей Гражданской войны: «Так всегда бывает, когда разношерстный сброд, сбившийся вместе в первобытной жажде безнаказанности, вступает в единоборство с механизмом тирании. …Людей нельзя победить, если они так сильно и безраздельно жаждут свободы, что готовы пожертвовать ради нее всем: достатком, удобствами, душевной сытостью и прочим (жизнью, например?) и согласны довольствоваться тем, что у них осталось, как бы мизерно оно ни было…»
Между строк. Сейчас только пришло в голову: не существует ли какой-то причинно-следственной связи между гражданской войной в Северо-Американских Соединенных Штатах за отмену рабства и отменой крепостного права в Российской империи, которое сопровождалось мощными крестьянскими волнениями, не переросшими, к счастью, в гражданскую войну? Разумеется, опосредованной? Не послужило ли одно из них катализатором другого? Наверное, все-таки, нет, так как произошли эти события практически одновременно – ни у одной стороны не было времени для извлечения каких-то уроков. Если есть иные соображения или сведения, прошу поделиться. Помнится, что в их Гражданской войне Россия вроде бы поддерживала аболиционистов.
Идет война, но в доме полковника Сарториса, находящегося в действующей армии южан, ничего из ряда вон выходящего не происходит. Потому что домом руководит бабушка Роза Миллард. Потому что в доме, которым руководит такая женщина, как бабушка Миллард, не может произойти ничего из ряда вон выходящего: любой человек и любое событие при попытке выйти из строя немедленно будет отправлено бабушкой назад, в строй. Не взирая на личность человека и масштаб события.
Единственное изменение, внесенное войной в распорядок дня, состояло в том, что бабушка регулярно, сначала ежедневно, а после, по достижении приемлемых результатов, еженедельно, проводила учения с личным составом (дворня и родственники). Целью учений была отработка действий личного состава по срочному перемещению столового серебра и прочих ценностей в тайник (яма в саду) в случае появления в виду солдат-северян, известных своим мародерством.
Не буду пересказывать забавного эпизода, легшего в основу рассказа, скажу лишь, что для лейтенанта южан, Филиппа Сен-Жюста Кло (в недавнем прошлом Клозета), и слабонервной, но привлекательной кузины Мелисандры (во время боевых действий привлекательность кузин удваивается) все закончилось благополучно – свадьбой. Чего не скажешь о белом населении южных штатов.
Читайте и получайте удовольствие от своеобразного языка и стиля Фолкнера – спасибо переводчику. Аромат эпохи, на мой взгляд, передан.
Продолжение следует.