Если бы кто-то сказал мне раньше, что мороженое под солнцем может старить кожу сильнее, чем само солнце, я бы рассмеялась. Я ведь считала себя человеком, который умеет ухаживать за собой.
Мне 52, я живу в Мурманске, где солнце — редкость. Полгода тьма, полгода серость. Когда наконец выглядывает свет, я буквально оживаю.
Поэтому три раза в год я лечу туда, где солнце по-настоящему тёплое — Кипр, Турция, Бали. Каждый отпуск — минимум десять дней.
А между ними — солярий. Раз в неделю стабильно. “Чтобы поддерживать витамин D”, говорила я всем и самой себе.
Я ухоженная, уверенная, всё под контролем.
Мой уход расписан как календарь:
— пилинг — чтобы кожа сияла,
— ботокс — чтобы не морщиться,
— биоревитализация — чтобы увлажнить,
— филлеры — чтобы сохранить объём.
Каждый месяц у косметолога, как по расписанию.
И ещё одно правило на море — сладкое. Я ела его каждый день. Но “только до трёх дня”! Так ведь советуют. Пирожные, кофе с сахаром, мороженое на пляже, десерт после обеда. “Я же в отпуске, всё можно”, — думала я. Потому что в Мурманске сладкого почти не ела.
Я возвращалась домой с загаром и чувством, что выгляжу “дорого и отдохнувшей”. Пока однажды мне не показали, как выглядит моя кожа на самом деле.
Так сложилось, что мой косметолог, с которой я была больше семи лет, в 2023 году уехала жить в Турцию. Я растерялась, но подруга сказала:”Запишись к моей. Она косметолог-дерматолог и врач превентивной медицины. Работает не только уколами.”
Пришла, как обычно, после отпуска: кожа золотистая, настроение отличное. Врач посмотрела и спокойно сказала: “Кожа красивая, но очень уставшая.”
Под специальным оборудованием — как под ручным микроскопом — она показала, что кожа пересушена, не увлажнена, барьер нарушен. “То, что вы делаете биоревитализацию, — это хорошо. Но этого недостаточно. Кожный иммунитет не работает, защитный барьер истощён, и кожа больше не восстанавливается. Появляются мелкие коричневые точки, новые родинки — это уже результат фотоповреждения, — объяснила она. — Без фотозащиты клетки травмируются, и такая пигментная точка может со временем переродиться в меланому или базалиому.”
Я сдала назначенные врачом анализы. Результаты удивили даже её.
Фруктозамин 397 мкмоль/л при норме до 285, витамин D всего 24 нг/мл (при норме для кожи и иммунитета 60–80), лактат выше референса, и “бонусом” мне нарушение липидного профиля: низкий “хороший” холестерин (ЛПВП) и дисбаланс жирных кислот.
“Это системное воспаление, — сказала врач. — Высокий фруктозамин означает, что клетки “карамелизуются” от сахара — буквально стареют изнутри. Низкий витамин D и нарушенный липидный обмен мешают коже восстанавливаться. Солнце и солярий усиливают этот процесс в несколько раз.”
И добавила:
“Уровень D у вас слишком низкий, несмотря на все солярии и отпуска. Это частая ошибка. Загар не поднимает витамин Д до терапевтического уровня, особенно в северных регионах. Чтобы он работал как гормон, отвечающий за иммунитет и молодость кожи, нужно не меньше 60–80 нг/мл и при этом сбалансированный паратгормон.”
Я слушала и не верила. Все мои “уходы” и “инвестиции” в красоту работали против меня. Солнце, сахар и солярий — триггер старения, а я их обожала!
Врач объяснила, что кожа — не изолированный орган. Если клетке не хватает питательных веществ, антиоксидантов и жиров, она не может восстанавливаться. Поэтому важно не только увлажнять снаружи, но и кормить кожу изнутри: вода, клетчатка, полезные жиры — авокадо, лосось, льняное масло, орехи.
Я ушла с чувством, что впервые посмотрела на себя “внутри”. Сейчас я осторожнее. Да, я всё ещё люблю солнце и сладкое, но знаю цену этому “удовольствию”. Пользуюсь фотозащитой круглый год, пью воду, слежу за анализами.
Не скажу, что легко. Пока что мне не удалось пройти внутреннее сопротивление. И загар и молодость - хочется всего и сразу. Но я работаю над этим. Все таки кекс съедается за 5 минут. А кожа с нами одна и навсегда.
(История опубликована с разрешения пациентки. Материал подготовлен врачами портала Dietolog247.)