Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Вагин Игорь Олегович

100 лет сеансов психотерапии, а воз и ныне там

Представь картину: ты — Сизиф в бабушкином халате, который упорно катит в гору свой терапевтический камень, наполненный проблемами, бедами, неудачами и симптомами. А результат так и не виден. Или так себе. Как это выглядит изнутри? Часто ко мне приходят с запросом «я не знаю, кто я, чего хочу, куда двигаться». Это следствие нарушенных личностных границ. Границы — это понимание, где заканчиваюсь я и начинается другой человек, что я разрешаю по отношению к себе, а что — нет. Когда границ нет, мои чувства, желания и цели подменяются чужими, и внутри возникает пустота. Их выстраивание — это первый и ключевой шаг к обретению себя. В основе многих современных проблем лежит не просто отсутствие границ, а фундаментальный разлад с родительскими фигурами. В детстве родители — это целый мир, и от того, насколько он был безопасным, предсказуемым и любящим, зависит наша картина себя. Если этот опыт был травматичным, во взрослой жизни человек может нести ощущение, что он «недостаточно хорош», и

100 лет сеансов психотерапии, а воз и ныне там. 

Представь картину: ты — Сизиф в бабушкином халате, который упорно катит в гору свой терапевтический камень, наполненный проблемами, бедами, неудачами и симптомами. А результат так и не виден. Или так себе. Как это выглядит изнутри?

Часто ко мне приходят с запросом «я не знаю, кто я, чего хочу, куда двигаться». Это следствие нарушенных личностных границ. Границы — это понимание, где заканчиваюсь я и начинается другой человек, что я разрешаю по отношению к себе, а что — нет. Когда границ нет, мои чувства, желания и цели подменяются чужими, и внутри возникает пустота. Их выстраивание — это первый и ключевой шаг к обретению себя.

В основе многих современных проблем лежит не просто отсутствие границ, а фундаментальный разлад с родительскими фигурами. В детстве родители — это целый мир, и от того, насколько он был безопасным, предсказуемым и любящим, зависит наша картина себя. Если этот опыт был травматичным, во взрослой жизни человек может нести ощущение, что он «недостаточно хорош», и бессознательно выстраивать токсичные отношения с другими.

Про маму мы усваиваем базовое отношение к себе. Ее принятие (или его отсутствие) формирует нашу самооценку. Ее способность выдерживать наши эмоции учит нас справляться с ними самим. Если мама была холодной, тревожной или отвергающей, у человека может сформироваться устойчивое чувство стыда и внутренней «плохости».

Про папу мы усваиваем отношение к внешнему миру. Он символизирует правила, достижения, границы. Его поддержка дает нам смелость исследовать мир и отстаивать свои интересы. Если отец был критикующим, absent или жестоким, это может породить страх перед авторитетами, трудности с целеполаганием и отстаиванием своей позиции.

Чтобы разобраться в этих хитросплетениях, необходима диагностика людей и ситуаций. Это навык, который позволяет быстро оценить, безопасен ли человек, каковы его истинные намерения, совместимы ли вы по ценностям. Без этого навыка мы снова и снова наступаем на одни и те же грабли, входя в отношения, которые повторяют болезненный сценарий из детства.

Однако классические психологические техники часто дают сбой. Многие сталкиваются с тем, что техники благодарности и прощения не работают. Вы твердите «я благодарен», но внутри — пустота. Вы пытаетесь простить обидчика, но внутри лишь кипит ярость. Это происходит потому, что эти практики пытаются наложить на незажившую рану. Сначала рану нужно признать, продезинфицировать (прожить гнев и боль) и только потом пытаться «зашить». Искусственное прощение без проживания эмоций — это самообман, который лишь загоняет травму глубже.

Так же неэффективны попытки включить сострадание к себе через силу. Настоящее сострадание — это не слова «все будет хорошо», а действие. Это способность остаться с собой в боли, как остался бы любящий родитель, без осуждения и попыток поскорее «исправить» чувство. Это признание: «Да, мне сейчас больно и тяжело, и это нормально — так чувствовать».

Ключевыми навыками на этом пути становятся управление гневом и тревогой. Эти эмоции — сигналы о нарушенных границах и непрожитой боли. Гнев — это охрана моих рубежей, а тревога — попытка контролировать неконтролируемое. Управление ими — это не подавление, а умение распознать их, понять послание и экологично выразить или отпустить, например, через дыхательные практики, физическую активность или технику «заземления».

И наконец, самый важный и приятный этап — накачка радостью. Если мы только чиним поломки, мы живем в режиме выживания. Необходимо сознательно наполнять свою жизнь ресурсом: находить и культивировать то, что приносит искреннее удовольствие, будь то хобби, общение с близкими по духу людьми, природа, творчество или просто моменты тишины. Это не демагогия , а создание прочного фундамента, из которого гораздо легче решать старые проблемы. Вы не просто «убираете мусор» из подсознания, а строите прекрасный сад, в котором ему просто нет места.

Так что главное в психотерапии? Понять свои ценности, потребности и интересы. Выстроить пирамиду четких и реальных целей. Адаптироваться к реальной жизни в России, освоив востребованные профессии и навыки. А еще создать сеть ценных контактов с нужными людьми.