Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Ты должна была сидеть дома

— Ты должна была сидеть дома с детьми, а не с подругами на дачах у них отдыхать! — голос Михаила дрожал от возмущения, когда он переступил порог квартиры и увидел жену, мирно дремавшую на диване. Оксана вздрогнула, роняя телефон на ковёр. — Миш, привет! Как командировка? — она попыталась изобразить радость, но муж уже распалялся не на шутку. — Не надо мне тут про командировку! — он швырнул сумку в угол. — Отец звонил мне сегодня! Говорит, ты детей к ним отправила и сама куда-то укатила. А соседка Валентина Петровна написала, что видела тебя на вокзале с огромной сумкой! Оксана села, потирая затёкшую шею. — Миша, сядь, я всё объясню. — Я и стоя послушаю, — он скрестил руки перед собой. — Где дети? — У твоих родителей были, как и договаривались. Я забрала их сегодня утром, покормила, уложила спать — А ты где была четыре дня?! Оксана глубоко вздохнула, поднимаясь с дивана. — Хорошо, расскажу всё по порядку. Помнишь, ты уезжал в пятницу утром? — Ещё бы не помнить, — буркнул Михаил. — В пят

— Ты должна была сидеть дома с детьми, а не с подругами на дачах у них отдыхать! — голос Михаила дрожал от возмущения, когда он переступил порог квартиры и увидел жену, мирно дремавшую на диване.

Оксана вздрогнула, роняя телефон на ковёр.

— Миш, привет! Как командировка? — она попыталась изобразить радость, но муж уже распалялся не на шутку.

— Не надо мне тут про командировку! — он швырнул сумку в угол. — Отец звонил мне сегодня! Говорит, ты детей к ним отправила и сама куда-то укатила. А соседка Валентина Петровна написала, что видела тебя на вокзале с огромной сумкой!

Оксана села, потирая затёкшую шею.

— Миша, сядь, я всё объясню.

— Я и стоя послушаю, — он скрестил руки перед собой. — Где дети?

— У твоих родителей были, как и договаривались. Я забрала их сегодня утром, покормила, уложила спать

— А ты где была четыре дня?!

Оксана глубоко вздохнула, поднимаясь с дивана.

— Хорошо, расскажу всё по порядку. Помнишь, ты уезжал в пятницу утром?

— Ещё бы не помнить, — буркнул Михаил.

— В пятницу вечером мне позвонила Ленка. Говорит: "Оксан, спасай! Свекровь приезжает с проверкой, а у нас на даче беспорядок страшный! Муж в запое после увольнения, я одна не справлюсь!"

Михаил нахмурился, но промолчал.

— Я детей к твоим родителям отвезла — они же сами просили внуков на выходные взять. И поехала к Лене помогать. Приехала — картина маслом! Дача словно после урагана: огород зарос бурьяном, забор покосился, веранда в паутине. А свекровь Ленкина должна была в воскресенье приехать!

— И что, это требовало четырёх дней? — Михаил немного смягчился, но всё ещё смотрел недоверчиво.

Оксана подошла к холодильнику, достала бутылку минералки.

— Четырёх! Мы с Ленкой вкалывали как проклятые. В субботу весь огород перекопали, сорняки выдрали, даже грядки новые разбили, рассаду посадили. Я такого физического труда лет пять не испытывала! Спина отваливалась.

Она налила воду в стакан и продолжила:

— В воскресенье утром свекровь приехала раньше времени. Застала нас грязных, в земле по уши. Зато увидела порядок — ахнула! Говорит Ленке: "Вот молодец, хозяйка! А я уж думала, совсем распустилась". Ленка краснела, но молчала — не говорить же, что я вместе с ней батрачила.

Михаил подошёл ближе.

— Допустим. А дальше что?

— Дальше началось веселье, — Оксана криво усмехнулась. — Свекровь решила задержаться "на денёк". Она придиралась к каждой мелочи: цветы не те, посуда не так расставлена, муж Ленкин "совсем опустился". Ленка психовала, я успокаивала. В понедельник её свекровь, наконец, уехала.

— И ты тоже могла уехать! — возмутился Михаил.

— Могла, — кивнула Оксана. — Только во вторник с утра позвонила Иришка.

— Твоя школьная подруга?

— Она самая. Рыдает в трубку: "Оксаночка, умоляю, помоги! Мама приезжает, а у нас на балконе такой бардак, что стыдно показать! Она же сразу скандал устроит, что мы живём как свиньи!"

Михаил потёр переносицу.

— Серьёзно? Балкон?

— Миш, ты не понимаешь! — Оксана подняла руки вверх. — Балкон был завален старыми вещами, сломанной мебелью, какими-то коробками с непонятным хламом. Ирка с мужем год собирались разобрать, но всё руки не доходили. А мама — женщина принципиальная, любит во всё влезть.

— И ты поехала разбирать чужой балкон, — констатировал Михаил.

— Поехала. Добиралась два часа, Ирка живёт на другом конце города. Приехала — и не поверила. Там не балкон, а склад какой-то! Мы с Иркой весь день вещи сортировали, мусор выносили. Часов до девяти вечера пахали! Руки грязные, спина болит, но зато балкон стал как на картинке.

Михаил молчал, переваривая информацию.

— И что, мама оценила?

— Оценила! Пришла в среду утром, осмотрела квартиру, зашла на балкон и сказала: "Вот это по-хозяйски! Молодцы!" — Оксана изобразила строгое выражение лица мамы. — Ирка чуть не расплакалась от облегчения.

— А ты, значит, в среду вернулась?

Оксана поморщилась.

— Не совсем. В среду днём звонит Танька из соседнего подъезда.

— О господи, — простонал Михаил.

— Говорит: "Оксан, ты же в Питере была на курсах, знаешь толк в дизайне! У меня кухня после ремонта, а расставить всё красиво не получается. Свекровь вечером приедет — прибьёт меня!"

— Опять свекровь! — взорвался Михаил. — У всех твоих подруг что, свекрови-монстры?

— Не монстры, просто... требовательные, — дипломатично ответила Оксана. — Танька в панике была, я не смогла отказать. Забежала к ней на пару часов.

— На пару часов? — недоверчиво переспросил Михаил.

— Ну, может, на четыре, — призналась Оксана. — Понимаешь, там посуду надо было по-другому расставить, кастрюли переложить, баночки с крупами подписать...

Михаил сел на стул, массируя виски.

— Я чувствую, что история ещё не закончена.

— Почти закончена! — заверила Оксана. — Вечером в среду вернулась домой, легла спать. Утром в четверг звонит мама.

— Твоя мама? — насторожился Михаил. — С ней что-то случилось?

— Нет, нет! Она просто напомнила, что вечером у них юбилей свадьбы — сорок пять лет вместе. Попросила приехать на дачу, помочь стол накрыть.

— И ты поехала, — обречённо произнёс Михаил.

— Конечно, поехала! Родители же! — Оксана развела руками. — Приехала в обед, а там... Миш, ты бы видел! Родня наехала — человек пятнадцать! Дальние родственники из Воронежа, двоюродные братья папины, тётушки какие-то. Все расселись, ждут угощений.

— Кошмар, — пробормотал Михаил.

— Мама в панике мечется, отец нервничает — не думали праздновать, а тут целая толпа! Я, естественно, засучила рукава: салаты нарезала, котлеты жарила, картофель сварила. Убиралась, сервировала стол.

— Это было вчера?

— Да. Праздник затянулся до ночи. Родственники остались ночевать — кто в доме, кто в палатках на участке. Я легла спать в двенадцатом часу. Утром проснулась — опять готовка! Надо было всех накормить завтраком.

Михаил тяжело вздохнул.

— И когда ты успела детей забрать?

— Сегодня после обеда. Приехала к твоим родителям, забрала Алису и Максимку, привезла домой, накормила, уложила спать. Сама полчаса назад присела отдохнуть — и тут ты.

Михаил молчал, глядя на жену. Оксана выглядела измученной: синяки под глазами, волосы растрёпаны, на руках царапины от работы в огороде.

— Ты правда всё это делала? — тихо спросил он.

— А ты думал, я на курорте отдыхала? — Оксана устало рассмеялась. — Миш, я бы с радостью эти дни просто дома с детьми сидела. Мультики смотрела, в парк ходила. Но подруги звали на помощь — не могла же я отказать!

— Почему не сказала мне?

— А что бы ты сделал из Москвы? — пожала плечами Оксана. — Переживал бы только. Да и звонила я тебе каждый вечер, отчитывалась.

— Ты говорила, что дома сидишь с детьми!

— Технически я не врала — дети действительно были дома. Просто не в нашем, а у твоих родителей, — хитро прищурилась Оксана.

Михаил не выдержал и рассмеялся.

— Изворотливая ты, Оксана Петровна.

— Ну что, мир?

Он подошёл и обнял жену.

— Мир. Только в следующий раз предупреждай заранее, ладно? А то я тут извёлся весь. Кстати, о подругах, — Михаил отстранился. — Соседка Валентина Петровна не просто видела тебя на вокзале. Она сказала, что ты была с огромной сумкой и каким-то мужчиной!

Оксана задумалась.

— Ааа, это Ленкин муж, Серёга. Он помогал мне сумку донести до электрички, когда я к Лене ехала. У меня там инструменты были — грабли, лопата, секатор.

— Инструменты ты с собой возила? — изумился Михаил.

— А как же! У Ленки всё было поломано. Я взяла твои, из гаража. Кстати, секатор сломался.

— Мой секатор! — возмутился Михаил.

— Миш, не драматизируй. Новый купим.

Михаил покачал головой.

— Я тебя не понимаю. Ты ради чужих людей...

— Не чужих, — перебила Оксана. — Подруги, родители. Семья.

— Ленка и Ирка — это подруги детства, — возразил Михаил. — Но Танька из соседнего подъезда? Вы же толком не общаетесь!

Оксана пожала плечами.

— Знаешь, Миш, я просто подумала: а вдруг мне когда-нибудь понадобится помощь? И кто-то тоже скажет: "Она же чужая, зачем помогать?" — она подошла к мужу и взяла его за руку. — Добро возвращается.

Михаил молчал, переваривая её слова.

— Ладно, убедила, — наконец сказал он. — Но в следующий раз хотя бы предупреди. Я чуть с ума не сошёл от волнения!

— Договорились, — кивнула Оксана.

Они сидели на кухне, пили чай, и Михаил рассказывал про командировку. Вдруг в прихожей раздался шорох, а затем детский плач.

— Максимка проснулся, — Оксана вскочила. — Сейчас приду.

Она вернулась с сонным трёхлетним мальчиком на руках.

— Папа! — обрадовался Максим. — Ты приехал!

— Приехал, сынок, — Михаил взял сына на руки. — Скучал?

— Угу. А мы у бабушки были! Дедушка нам мультики показывал, а бабушка блины пекла!

— Хорошо вам было?

— Хорошо! А где мама была?

Михаил и Оксана переглянулись.

— Мама помогала тётям, — осторожно ответил Михаил.

— А мы тоже помогали бабушке! — гордо заявил Максим. — Я вытирал пыль, а Алиса игрушки убирала!

— Молодцы, — улыбнулась Оксана, целуя сына в макушку.

Вечером, когда дети снова уснули, Михаил достал ноутбук и открыл календарь.

— Оксана, я тут подумал, — сказал он. — В следующем месяце у меня отпуск две недели. Давай съездим куда-нибудь всей семьёй? На море, например.

— На море? — Оксана просияла. — Серьёзно?

— Абсолютно. Но с одним условием — ты отключаешь телефон и никому не помогаешь. Только семья.

— Договорились! — она обняла мужа.