Вася (может быть Витя, а, может быть, и вовсе Петя) всегда пил. У него вообще все было по классике: мама, отсутствие иной семьи и работа слесарем-сантехником. А ещё, как я, написал выше, он пил.
Что, где и с кем - пардон, не знаю. Мал был в то время. Такими вопросами не интересовался.
Вася проживал вместе с мамой в соседнем дворе. И знать бы мы о нем не знали, да вот в чем дело…
Мама иногда (ладно, часто) гоняла пьяного Васю подручными предметами.
Тогда он убегал из дома. А она когда догоняла с этими самыми подручными предметами, а когда орала ему вслед в окошко открытое. Мол, бессовестный, спился, а она все для него делала, у него счастливое детство было, у него даже хомяк был…
Я ее понимаю.
Хомяк - это, действительно, серьезная заявка на счастье. Без иронии.
В общем-то ничего примечательного в этой истории и нет. Но как-то упало письмо с родительским опытом.
Хорошо написанное, логичное.
О счастливом детстве.
Я вам его процитирую. Без купюр, так сказать.
***
…Мы живем в эпоху, когда родительство превратилось в шоу. Идеальные фото на кукурузном поле, handmade костюмы на утренник, развивающие игрушки, расписанные по методикам, и еженедельные развлекательные поездки. Родители выдыхаются, пытаясь создать ребенку то самое «счастливое детство» из глянцевых журналов. А дети… Дети часто даже не ценят этих титанических усилий.
Что мы получаем в итоге? Родительское выгорание — потому что невозможно постоянно быть режиссером праздника. И детей, которые привыкают, что мир должен крутиться вокруг их развлечений. Они не учатся справляться с скукой, разочарованием и обыденностью — ведь мама с папой всегда готовы подкинуть новое впечатление.
Наша семья решила сойти с этой карусели. Мы не создаем детям специально «счастливое детство» — мы просто живем вместе. Иногда это значит, что в выходной все занимаются своими делами: папа читает, дочь рисует, а сын часами собирает лего. И это нормально — не обязательно куда-то ехать и что-то «проживать».
Мы разрешаем детям скучать. Потому что именно в моменты скуки рождается настоящее творчество. Мы не бежим развлекать их, когда они говорят «мне скучно». Пусть сами придумают, чем заняться — и они всегда находят что-то интересное.
Мы не скрываем от детей трудности. Если у нас сложный период на работе или финансовые проблемы, мы говорим об этом на доступном им языке. Не чтобы напугать, а чтобы они видели: жизнь состоит не только из радостей, и это нормально — сталкиваться с препятствиями.
Мы позволяем им испытывать негативные эмоции. Злость, обида, разочарование — это часть жизни. Мы не стараемся любой ценой развеселить расстроенного ребенка. Вместо этого мы учим его проживать эти чувства, называть их и находить здоровые способы справляться с ними.
Да, наши дети иногда злятся на нас. Да, у них нет фотоальбома, полного постановочных снимков с идеально подобранными нарядами. Зато они видят реальную жизнь — ту, где бывают и радости, и трудности, где родители не супергерои, а обычные люди, которые тоже устают и ошибаются.
Потому что мы считаем, это и есть счастье!...
***
И вот, смотрите.
Здесь счастье одно, а в истории, с которой я, начал - другое. А есть счастье третье - то самое, которое с кукурузными полями (почему, кстати, кукурузными?). У кого-то оно имеется и четвёртого варианта, и пятого…
И дальше вариантов счастливого детства много.
И родители все уверены - уж они то точно счастливое детство обеспечивают.
И у меня вопрос: а вот сами дети..
Как думаете, как они понимают счастье, и счастливы ли?
Только честно.