Отец Алексея Козлова, человек старой партийной закалки, был категорически против того, чтобы его сын играл джаз. Он считал это занятие недостойным советского человека. Но когда Семен Филиппович взял в руки только что вышедший том БСЭ на букву «д» и обнаружил там статью «джаз», в которой говорилось, что это серьезное искусство (а не происки американского империализма), он изменил свое мнение. Когда он почитал дальше и в разделе «джаз в СССР» увидел фамилию своего сына, он пожал ему руку и даже дал добро на увольнение из стабильного ВНИИТЭ и переход на работу в филармонию.
Если бы папа дожил до наших дней, его удивление было бы еще больше. Алексей Семенович теперь в школьной программе. По музыке, оказывается, проходят джаз и его выдающегося представителя. Сам видел, когда дочка делала домашнее задание. Перефразируя слова славкинского Прокопа, «Козлов в школе. С порошком перебои».
Вечный экспериментатор, он всю жизнь плыл против течения. Он играл запрещенный джаз; когда джаз разрешили, играл запрещенный джаз-рок. Был стилягой, потом хиппи, когда только за это можно было угодить за 101-й километр.
Козлов еще и летописец эпохи. Его статьи, книги, передачи — это бесценный арсенал знаний: московские дворы, шпана, стиляги, штатники, шестидесятники, жлобы, валютчики, хиппи, панки. Гносеологические корни явлений он анализирует беспристрастно и с юмором. Отдельное явление — Козлов-просветитель: он точно знает, когда появился рок и почему он просуществовал всего десять лет. Благодаря Козлову я, например, понял разницу между блюзом и ритм-энд-блюзом.
Его место в истории музыки не обсуждается, он сам — история. Он был Самсиком Саблером из аксеновского «Ожога», «Козлом на саксе» в великолепной интермедии Филиппенко по мотивам уже упомянутого Славкина, олицетворял московскую сейшеновую жизнь, описанную американским журналистом в книге «Русские». Его Ностальгия стала лейтмотивом потерянного поколения, не вписавшегося ни в советскую идеологию, ни в новую действительность.
Козлов всегда убедителен, какой бы стиль он ни исповедовал: би-боп, ладовый джаз, джаз-рок, фьюжн, драм-энд-бэйс. Он органичен в комбо, с биг-бендом, с Квартетом им. Шостаковича или «Солистами Москвы»; исполняя пионерские-блатные на пару с Макаревичем или танцуя брейк-данс, одновременно выдавая пассажи на восемь восьмых. Эпохи меняются, синкопы остаются.
С днем рождения, Алексей Семенович!