— Лен, ты это серьёзно? — Галина Петровна замерла с чайником в руках, уставившись на невестку.
— Что «это»? — Лена невозмутимо намазывала масло на третий по счёту бутерброд. Беременность двойней делала её аппетиты поистине легендарными.
— Ну, эти имена твои... Огне... как там?
— Огнеслав и Радостина, — чётко произнесла Лена, откусывая от бутерброда. — Красиво же. Славянские корни, мощная энергетика.
Галина Петровна опустилась на стул, чайник так и остался в её руке.
— Леночка, милая, может, ты того... перегрелась? На солнышке посидела долго? У нас тут жара стоит неделю, мало ли...
— Галь, я абсолютно нормальная, — Лена закатила глаза. — Просто хочу, чтобы дети росли с сильными, красивыми именами. А не какими-нибудь банальными Машами и Мишами.
— Да при чём тут банальность! — Галина Петровна наконец поставила чайник на стол. — Ты представляешь, как ребёнка в садике будут звать? «Огнеслав, иди кашу есть!» Над ним же смеяться будут!
— Не будут. Это красивое старинное имя.
— Старинное оно, может, и было, когда люди в шкурах ходили! А сейчас двадцать первый век, Лена!
Невестка демонстративно потянулась за четвёртым куском хлеба. Галина Петровна проследила за её движением и решила сменить тактику.
— А Серёжа-то наш что говорит? Сын мой в курсе, что станет отцом Огнеслава?
— Серёжа сказал, что мне виднее, — спокойно ответила Лена. — Я ведь рожать буду, а не он.
«Вот паразит, — мысленно обругала Галина Петровна своего сына. — Трусливый мой мальчик, испугался беременной жены и согласился на всё».
Остаток дня свекровь провела в телефонных переговорах. Первой позвонила лучшей подруге Зинаиде.
— Зин, у меня внуки будут Огнеслав и Радостина!
— Господи, Галь, это хоть мальчики или девочки?
— Да откуда я знаю! — запричитала Галина Петровна. — Близнецы там у них, мальчик и девочка, или две девочки, или два мальчика — неизвестно ещё. Но имена-то она уже придумала!
— Слушай, а может, это хорошо? — задумчиво протянула Зинаида. — Оригинально. Моя Катька внука Амиром назвала, я три месяца привыкала. А теперь вроде ничего, мальчик растёт, имя носит.
— Зин, это не Амир! Это Огнеслав! Ты представляешь?! Как будто в компьютерную игру попал, где все друг друга мечами рубят!
На следующий день Галина Петровна отправилась на дачу к сестре Валентине. Та встретила её с тяпкой в руках — как раз окучивала картошку.
— Валь, у меня невестка того... с приветом, — начала издалека Галина Петровна.
— Все невестки с приветом, — философски заметила Валентина, не отрываясь от грядки. — Что натворила?
— Детей хочет назвать Огнеслав и Радостина!
Валентина выпрямилась и отёрла лоб тыльной стороной ладони.
— Погоди, двойня что ли?
— Двойня.
— И она заранее знает, кто родится?
— Вот в том-то и дело, что не знает! Но имена уже выбрала!
Валентина задумалась, прищурившись.
— А если двое мальчиков родятся? Или двое девочек?
— Я не знаю! — Галина Петровна всплеснула руками. — Я её об этом и спросила! А она говорит: «Придумаем ещё что-нибудь в этом духе». Представляешь? «В этом духе»!
— Может, Жарослава и Светозара? — хмыкнула Валентина.
— Не смейся! Мне не до шуток!
Сестра присела на перевёрнутое ведро и вытерла руки о фартук.
— Слушай, Галь, а ты что, Серёжу-то не можешь образумить? Он отец ведь, в конце концов.
— Серёжа говорит, что жену в положении нервировать нельзя. Что ей виднее. Что это её право.
— Эх, молодёжь, — покачала головой Валентина. — В наше время мужики имели слово в доме. А теперь...
Галина Петровна вернулась домой в расстроенных чувствах. А через три дня к ней нагрянула вторая невестка — Ирина, жена младшего сына Димы.
— Галь, слышала новость? — влетела она в квартиру, даже не поздоровавшись. — Про Ленку твою?
— Слышала, — мрачно кивнула свекровь. — Сама в шоке.
— Так она же того! — Ирина покрутила пальцем у виска. — Димка мне вчера рассказал, я думала, он прикалывается! А оказывается, правда!
— Правда, правда, — вздохнула Галина Петровна. — Что делать-то, ума не приложу.
Ирина плюхнулась на диван, закинула ногу на ногу.
— Слушай, а если мы её на нормальные имена как-то направим? Типа тонко так, чтобы она сама поняла, что это бред?
— Каким образом?
— Ну, я не знаю... Может, списки имён ей подсовывать? С красивыми, но нормальными вариантами?
Галина Петровна задумалась. Идея была, конечно, так себе, но лучше, чем ничего.
В воскресенье вся семья собралась на дачу. Галина Петровна нажарила котлет, наварила борща, испекла пирог с яблоками. Лена, как и полагается беременной, ела за троих — в её случае это было вполне буквально.
— Леночка, ещё котлетку? — заботливо подкладывала свекровь.
— С удовольствием!
— И борщу добавить?
— Ой, Галь, вы сегодня прямо какая-то слишком ласковая, — засмеялась Лена. — Что-то задумали?
— Да что ты, милая! — Галина Петровна изобразила удивление. — Просто внуков своих будущих хочу накормить. Кстати, про внуков... Серёжа, ты, я смотрю, вообще молчишь. Отец будешь, а мнения никакого?
Сергей виноватым взглядом посмотрел на жену, потом на мать.
— Мам, ну при чём тут я?
— Как при чём? Дети же твои!
— И мои тоже, — встряла Лена, откладывая вилку. — Галь, к чему вы клоните?
— Да ни к чему! Просто интересуюсь. Вот у Иры с Димой, если что, наверное, будут какие-нибудь Саши или Маши...
— Мам, — предостерегающе произнёс Сергей.
— Что «мам»? Я просто разговариваю!
Лена положила ложку и внимательно посмотрела на свекровь.
— Галина Петровна, давайте начистоту. Вам не нравятся имена, которые я выбрала для детей?
Повисла тягостная тишина. Дмитрий усиленно ковырял ложкой в борще, Ирина уткнулась в телефон, Сергей покраснел.
— Ну... — Галина Петровна замялась. — Понимаешь, Леночка, имена-то красивые, конечно... По-своему... Но...
— Но что?
— Но может, ещё подумаешь? Времени ведь до родов ещё прилично. Может, передумаешь?
Лена откинулась на спинку стула и сложила руки на животе.
— Не передумаю. Мне эти имена нравятся. И точка.
— Лен, ну пойми, — не выдержал Сергей. — Это же не игрушки! Детям потом с этими именами жить!
— Вот именно что жить! — вспыхнула Лена. — А не быть безликими Машами в классе, где ещё пять Маш! Знаешь, сколько я мучилась в школе? Меня звали «Лена третья», потому что в классе было четыре Лены! Четыре! Я хочу, чтобы у моих детей были уникальные имена!
— Так уникальные — это одно, — осторожно вступила Ирина. — А придуманные из фантастического романа — другое.
— Огнеслав и Радостина — славянские имена! — отрезала Лена. — Я в интернете читала! Там целая статья была!
— В каком интернете? — оживился Дмитрий. — Лен, там всякой ерунды полно! Вот я вчера читал, что Земля плоская, а динозавры — это современные курицы!
— При чём тут динозавры?! — Лена повысила голос, и Сергей тут же засуетился, подливая ей воды.
— Лен, не волнуйся, пожалуйста! Врач говорил, нервничать нельзя!
— Вот именно! — набросилась она на мужа. — Нервничать нельзя! А вы тут всей толпой на меня наехали!
— Да никто не наезжает, — попытался вмешаться Дмитрий. — Просто беспокоимся за детей. За племянников своих будущих.
— Огнеслава и Радостину, — упрямо повторила Лена.
Ужин закончился в натянутой атмосфере. Галина Петровна мыла посуду на кухне, когда к ней подошёл Сергей.
— Мам, ну что ты устроила?
— Я?! — возмутилась свекровь. — Серёженька, милый, ну объясни мне, как старой дуре: неужели тебе самому эти имена нравятся?
Сын помялся.
— Ну... в общем... они действительно какие-то... странные.
— Вот! — торжествующе воскликнула Галина Петровна. — Сам признаёшь! Так образумь жену!
— Мам, она же беременная! Ей нельзя нервы трепать! Врач говорил...
— Врач, врач! — Галина Петровна раздражённо взмахнула мокрой тряпкой. — А про то, что детям потом с этими именами жить, врач не говорил?
— Говорил, что главное — чтобы мама была спокойна и счастлива, — пробормотал Сергей.
— Ах, вот оно что! — Свекровь всплеснула руками. — Значит, лишь бы мама была довольна, а дети пусть мучаются!
— Мам, ну пожалуйста... Она сама передумает. Наверное. Может быть. Когда родятся...
Но Лена не передумала. Ни через неделю, ни через месяц. Наоборот, она начала активно готовиться к рождению детей, заказала конверты на выписку с вышитыми именами «Огнеслав» и «Радостина», нашла в интернете каких-то единомышленников и теперь постоянно сидела на форумах про «возрождение славянской культуры».
— Зин, я места себе не нахожу, — жаловалась Галина Петровна подруге по телефону. — Она уже конверты заказала! С этими... именами!
— Слушай, а может, она просто прикалывается? — предположила Зинаида. — Типа розыгрыш устроила?
— Какой розыгрыш?! Она форум целый нашла, где такие же ненормальные сидят! Там дети Световор, Ярополк и Добрыня! Я, когда увидела, чуть со стула не упала!
— Добрыня хоть известное имя, — задумчиво протянула Зинаида. — Богатырь был.
— Зин, ты на чьей стороне?!
В шестой месяц беременности на очередном приёме узи выяснилось, что у Лены будет мальчик и девочка. Галина Петровна вздохнула с облегчением — значит, хоть одного набора имён избежали.
— Лен, миленькая, — попыталась она ещё раз. — Может, всё-таки подумаешь? Вот мальчика хотя бы как-то попроще назовём? Ну, Ярослав, например? Тоже красиво и славянское!
— Ярославов полно, — отрезала Лена. — Огнеслав — редкое имя.
— Редкое, потому что нормальные люди так не называют!
— Галь, давайте не будем. Я устала.
Сергей укоризненно посмотрел на мать, и та замолчала.
Седьмой месяц принёс новое потрясение. Лена объявила, что хочет провести родинский обряд по старославянскому обычаю.
— Что-что?! — у Галины Петровны от удивления вилка выпала из рук.
— Родинский обряд, — спокойно повторила Лена, намазывая мёдом очередной кусок хлеба. — После родов повитуха должна провести особый обряд, призвать Рода-покровителя и...
— Какую ещё повитуху?! — взвилась свекровь. — У нас родильный дом! Врачи! Двадцать первый век!
— Обряд можно провести и после выписки, — невозмутимо продолжала Лена. — Я уже нашла женщину, она практикует славянские обряды. Придёт к нам домой...
— Серёжа! — позвала Галина Петровна сына, который мирно смотрел футбол в гостиной. — Серёжа, иди сюда немедленно!
Сын приплёлся на кухню с виноватым видом.
— Что, мам?
— Что «что»?! Ты в курсе, что жена твоя какую-то ведьму домой приглашать собирается?!
— Мам, это не ведьма, — вздохнул Сергей. — Это специалистка по славянским обрядам.
— Одно и то же! — не сдавалась Галина Петровна. — Серёжа, милый, я тебя умоляю, образумь её! Это же бред какой-то!
— Это не бред, — обиделась Лена. — Это традиции наших предков!
— Да какие предки?! — Галина Петровна чувствовала, что теряет терпение. — Твоя бабушка Анна Фёдоровна всю жизнь инженером проработала! Какие традиции?!
— Я говорю о более древних предках, — с достоинством ответила Лена.
— О динозаврах, что ли?! — сорвалась свекровь.
— Мам, ну пожалуйста, — Сергей потёр лицо руками. — Давай не будем. Лена должна быть спокойна. Ей до родов уже недолго.
Галина Петровна только руками развела. Разговаривать дальше не было сил.
Восьмой месяц беременности Лены превратился в сплошной кошмар для всей семьи. Невестка полностью погрузилась в изучение славянской мифологии, носила подвески с непонятными символами, ела только «чистую пищу» (что это означало, Галина Петровна так и не поняла), а главное — твёрдо стояла на своём в вопросе имён.
— Может, к психологу её сводить? — предложила Валентина, когда Галина Петровна в очередной раз приехала на дачу выговориться.
— К какому психологу? Сергей и слышать не хочет! Говорит, всё нормально, просто у жены увлечение такое!
— Увлечение, — хмыкнула сестра. — Ну-ну.
А потом, за три недели до родов, случилось то, чего Галина Петровна совсем не ожидала.
Позвонила мама Лены, Ольга Владимировна. Женщины не были особо близки, виделись редко — она жила в другом городе.
— Галина Петровна, здравствуйте, — голос у неё был встревоженный. — Я насчёт Лены звоню.
— Что-то случилось?! — мгновенно насторожилась свекровь.
— Нет-нет, всё в порядке. Просто... слышала я про эти имена. Огнеслав и Радостина.
— Слышали? — горько усмехнулась Галина Петровна. — Я в шоке до сих пор!
— Вот и я в шоке. Причём уже не первый раз.
— То есть?
Ольга Владимировна тяжело вздохнула.
— Видите ли, у Лены это... не впервые. Когда ей было пятнадцать, она хотела сменить себе имя на Злата. Мы с мужем чуть с ума не сошли. Потом прошло, слава богу. В институте она месяца три называла себя Милославой и требовала, чтобы все так её звали. Тоже прошло.
— Погодите, — медленно произнесла Галина Петровна. — То есть вы хотите сказать...
— Что это у неё такое. Периодически накатывает. Психолог говорил, что это форма поиска идентичности. Обычно проходит само.
— Ольга Владимировна, но ведь она детей-то называть собирается! — ужаснулась свекровь. — Это же не шутки!
— Понимаю. Поэтому и звоню. Хочу предложить вариант.
— Какой?
— Сделайте вот что. Не спорьте с ней. Вообще. Пусть она уверена, что все согласны. А когда дети родятся, сходите в ЗАГС и зарегистрируйте их на нормальные имена. Только скажите, что регистрировали на Огнеслава и Радостину. Справки-то она не проверит сразу, она будет с детьми занята. А через месяц-другой отойдёт от этой темы, и тогда спокойно объясните.
— Но это же обман! — растерялась Галина Петровна.
— Это спасение внуков от идиотских имён, — жёстко ответила Ольга Владимировна. — Выбирайте.
Галина Петровна задумалась. Идея была, конечно, не самая честная. Но...
— Серёжа никогда не согласится, — вздохнула она. — Он жену боготворит.
— А вы с ним поговорите. Объясните. Мужчины иногда понимают логику лучше, чем эмоции.
В тот же вечер Галина Петровна пригласила сына «на серьёзный разговор». Пересказала беседу с тёщей. Сергей слушал, бледнея.
— Мам, но это же... это обман...
— Серёж, а ты хочешь, чтобы твои дети мучались с этими именами? — строго спросила мать. — Представь: идёт твой сын в первый класс. Учительница говорит: «Дети, познакомьтесь, это Огнеслав». Что будет?
Сергей сглотнул.
— Его засмеют, — тихо сказал он.
— Вот именно. А Радостину? Её же в школе «Радостью» прозовут! Или ещё хуже!
— А если Лена узнает?
— Узнает — объясним. Ольга Владимировна говорит, что у неё это проходит. Главное — время. Пока пройдёт — детей хоть нормально зарегистрируем.
Сергей долго молчал, глядя в окно.
— Знаешь, мам, я тоже с психологом консультировался. Недели три назад. Он сказал то же самое — что это пройдёт, что надо просто переждать.
— Вот видишь! Даже специалист подтверждает!
— Но обманывать жену... Мне это не нравится, мам.
— А мне нравится, что мои внуки будут Огнеславом и Радостиной? — вспылила Галина Петровна. — Серёжа, милый, я понимаю твои чувства. Но подумай о детях! Им с этими именами жить!
Сын ещё помолчал, потом медленно кивнул.
— Ладно. Договорились. Но если что — это твоя идея.
— Моя, моя, — согласилась Галина Петровна.
Лена родила через две недели. Мальчика и девочку, здоровеньких, крепеньких. Галина Петровна впервые в жизни так радовалась, что внуки появились на свет — не только потому, что они родились здоровыми, но и потому, что теперь можно было действовать.
Пока Лена лежала в родильном доме, Сергей вместе с матерью отправились в ЗАГС. Галина Петровна нервничала так, словно шла на преступление.
— Как назовём-то? — шёпотом спросил сын по дороге.
— Давай просто. Мальчика — Артём, девочку — Алиса. Красиво и современно.
— Артём и Алиса, — повторил Сергей. — Звучит неплохо.
В ЗАГСе всё прошло быстро. Служащая даже удивилась, что родители пришли регистрировать детей так рано, но никаких вопросов не задавала. Галина Петровна вышла из здания со свидетельствами о рождении в руках и почувствовала огромное облегчение.
— Вот и всё, — сказала она, пряча документы в сумку. — Теперь главное — время. Подождём, пока Лена успокоится.
Но не тут-то было.
Когда Лену выписали, первое, что она сказала — «А где моя специалистка по славянским обрядам? Я же её звала!»
— Леночка, милая, — засуетилась Галина Петровна, — давай сначала домой доедем, устроимся, отдохнёшь...
— Нет! Обряд надо провести в первые три дня! Это важно!
Сергей беспомощно посмотрел на мать. Галина Петровна сжала зубы.
— Хорошо, — сказала она. — Позовём твою... специалистку.
Женщина, которая пришла на следующий день, оказалась вполне обычной — лет пятидесяти, в цветастом сарафане. Она действительно провела какой-то обряд с травами, свечами и непонятными песнопениями. Галина Петровна сидела в углу комнаты и про себя молилась, чтобы всё это поскорее закончилось.
Лена была счастлива. Она смотрела на своих новорождённых детей с такой любовью и нежностью, что свекровь почувствовала угрызения совести. Но тут же напомнила себе о свидетельствах о рождении, спрятанных в её сумке, и совесть успокоилась.
Прошёл месяц. Лена была полностью поглощена уходом за близнецами. Она кормила, пеленала, укачивала, почти не спала. Галина Петровна помогала чем могла, но вопрос об именах не поднимала — ждала подходящего момента.
А потом случилось то, чего никто не ожидал.
Как-то вечером, когда дети наконец уснули, Лена сидела на диване с чашкой чая. Сергей был рядом. Галина Петровна тоже была в гостях — помогала с хозяйством.
— Слушайте, — вдруг сказала Лена, — а давайте всё-таки подумаем про имена?
Галина Петровна чуть чай не выплюнула.
— Что?
— Ну, я тут думала... — Лена помялась. — Огнеслав и Радостина — это, конечно, красиво, но...
— Но что? — осторожно спросил Сергей.
— Но вдруг им действительно будет сложно? В школе, там... Дети же злые бывают...
— Леночка, — Галина Петровна подсела к невестке, — ты хочешь сказать...
— Я хочу сказать, что, может, выберем что-то попроще? Но тоже красивое! Вот, Артём, например. Или Алиса. Это ведь тоже хорошие имена, правда?
Галина Петровна с Сергеем переглянулись. У обоих было такое выражение лица, словно они увидели привидение.
— Леночка, милая, — медленно произнесла свекровь, — ты серьёзно?
— Абсолютно. Я думала-думала и поняла, что важнее, чтобы детям было комфортно. А Огнеслав и Радостина — это, наверное, перебор.
— Артём и Алиса, говоришь? — Сергей старался говорить максимально нейтрально.
— Ну да! Красивые имена! И никто не будет смеяться!
— Отличная идея, — кивнула Галина Петровна, чувствуя, как внутри всё переворачивается от облегчения. — Знаешь, Леночка, я как раз хотела тебе сказать... Мы с Серёжей уже зарегистрировали детей. На имена Артём и Алиса. Просто не хотели тебя расстраивать, пока ты с малышами возишься, но решили, что так будет лучше для них.
Лена замерла с чашкой в руках, потом медленно поставила её на стол и расплылась в улыбке.
— Вы серьёзно? Боже, как же хорошо, что вы это сделали! Я так боялась вам сказать, что передумала — думала, вы решите, что я ненормальная! А оказывается, вы меня поняли лучше, чем я сама себя!
Сергей обнял жену, а Галина Петровна почувствовала, как с плеч свалился огромный груз — внуки спасены, семья цела, а главное, все счастливы.