— Надо было разбудить.
— Может и надо было. Но что сделано, то сделано, — Олег зевает, прикрывая рот своим кулаком. Глядя на него, не могу сдержаться и сама тоже зеваю. Чертов, «эффект домино».
— Нам необходимо поговорить, Олег. Точнее мне надо тебе рассказать кое-что.
В машине не горит свет. Лишь отдаленный свет уличного фонаря позволяет моим глазам видеть перед собой силуэт Олега. Я не вижу его глаз, но отчего-то точно знаю, что они с любопытством смотрят прямо на меня.
Олег терпеливо ждет, чего же я хочу такого поведать.
Как же тяжело говорить о прошлом, когда на тебя так внимательно смотрят. Делаю глубокий вдох. Закрываю глаза и ныряю в воспоминания.
— Я была серой, неприметной, молоденькой девочкой-второкурсницей. Мне на тот момент было восемнадцать, и я была безумно влюблена в одного парня. В выпускника, звезду университета, центрального нападающего футбольной команды, в красавца. Влюблена была по самые уши. Знала кто его друзья, как зовут девушку и прочее. Но никогда не искала с ним встреч, так как знала, что он несвободен. Любила на расстоянии. Наивной, детской, безответной любовью. Тогда мне казалось, что это любовь на всю жизнь. Смешно, правда? — нервный смешок вырывается из моих уст.
Жаль под рукой нет и капли питьевой воды. Горло бы смочить.
— Однажды я узнаю, что он расстался со своей девушкой и теперь свободен. Кажется, мне выпал шанс, на то, чтобы познакомиться со парнем моей мечты. А вдруг он заинтересуется мной. В общем, был день Студента. Весь университет гудел в «Апельсине». Там мы и познакомились, Олег. — поднимаю руку вверх и жестом прошу ничего не говорить, — Да, я всегда знала кто ты. Тогда сбылась моя мечта. Ты обратил на меня свое внимание, и… Ты стал моим первым мужчиной, Олег.
Руки дрожат. От накопившегося волнения я, кажется, скоро расплачусь. Кручу пальцы в разные стороны, выворачиваю руки. Хорошо, что я сижу. Иначе точно бы упала на землю от резкого упадка сил на фоне стресса.
— Почему я тебя не помню? — раздается тихий вопрос, который вызывает у меня легкую вымученную улыбку.
— Наверное, потому что это было один единственный раз. Мы были веселы, недавно познакомились и приглянулись друг другу. А ещё я сбежала от тебя еще до рассвета.
— Так это была ты.
Произнесенное Олегом заставляет меня в миг поднять свое лицо к Олегу. Что он только что сказал? Он что-то помнит? Или почему он так сказал? Но что спросить? Да, это была я, но ты о чем конкретно? Или как? Не найдя правильный вариант вопроса, я просто молча смотрю ему в спину.
Он смотрит куда-то влево и одновременно нажимает какую-то кнопку возле рычага переключения передач. Окно в двери то медленно ползет вниз, то с той же скоростью поднимается обратно. Это действие похоже на нервные постукивания пальцами по столу или на циклическое щёлканье автоматической ручкой.
Олег нервничает. И о чем-то размышляет.
— Я помнил тебя все это время. Нет, не так. Я не помнил твоего лица. Как ты и говорила, мы были молоды и навеселе. Но я запомнил образ девушки без лица. На ней еще было странное переливающееся платье. Мы с ней разговаривали, пили, танцевали. Она была не похожа на других девчонок, которые окружали в то время меня. Помню, что она смеялась над моими шутками, только если ей действительно было смешно, смущалась, краснела. И что самое странное, не вешалась мне на шею с первой секунды. Она мне понравилась. Я лишь утром понял, что что-то не так. Девушки не оказалось в номере. Лишь мятая простынь.
Он вновь молчит какое-то время, затем продолжает.
— Честно, я даже в какой-то момент подумал, что ко мне явятся с какими-нибудь претензиями или скажут, что надо жениться, потому что я обесчестил чью-то дочь. Но никого не было. Ни через день, ни через неделю, ни через месяц. Потом контракт, другой город, другая лига… Я иногда вспоминал и думал, почему она все же не объявилась? Все объявлялись, а она — нет.
Откровения Олега были не только для меня. Я в этом уверенна. Он проговаривал их для себя. В его памяти, видимо, сложился какой-то пазл, который теперь перестал его беспокоить. Осталось мне сообщить ему главную новость о сыне.
— Олег, я…
Да, чтоб тебя. Кому там приспичило позвонить мне в такое время.
Достаю свой телефон из сумочки и вижу на дисплее фотографию моего Андрея. Блин. Я ведь сама просила его перезвонить. И я не могу сейчас сбросить его звонок.
— Извини, мне надо ответить.
Я знаю, что Олег не рад, что нас прервали. Он догадывается кто звонящий, но не говорит мне ничего. Просто смотрит как я выхожу из его машины.
На улице поздняя ночь. Даже как-то морозно. Вжимаю шею в воротник своего пальто и жалею, что не взяла из дома шарф или хотя бы шаль.
— Привет! — голос мой дрожит, будто Андрей застал меня с поличным.
— Привет, родная. Извини, только проснулся и прочел твое сообщение.
— Ты спал? Так рано?
— Ну как рано? Сейчас начало седьмого утра во Владивостоке. Ты забыла о разнице во времени?
— Блин, точно, забыла. Семь часов разницы. Поэтому ты и не брал трубку.
— Я выключил звук на телефоне, чтобы выспаться перед заседанием. На восемь утра сборы. Но это не важно. Меня интересует другое. Что это еще за работа на дне рождении? Я надеюсь, ты отказала Титову?
— Там был тренер английский. Мы в должны были с ним переговорить по поводу нашего клуба. Он в городе проездом. — повторяю я все, что мне говорил Олег.
— И как прошло? — раздраженно спрашивает Андрей. Нет, он не кричит, ничего такого. Но тон голоса дает понять, что ему мои слова не по нраву.
— Он не приехал. Заболел.
— Яна, ты не хочешь сказать мне правду?
— Это и есть правда, Андрей. — для верности, я даже топаю ногой. Будто он меня увидит.
— Ты сейчас где? Позвони мне по видео связи.
— Чего?
— Включи камеру и позвони мне. Я хочу знать, что ты мне не врешь и что ты дома уже. — слова Андрея приводят меня в ужас. До сегодняшнего дня я не думала, что он такой ревнивый собственник.
— Ты издеваешься, Андрей? Ты мне не доверяешь?
— Я просто хочу убедиться.
— Не буду я этого делать. Успешного тебе заседания. — сбрасываю звонок и отключаю телефон.
Меня очень разозлила бескомпромиссная просьба Андрея. Хотя я и сама понимаю, что мои слова прозвучали как полный бред. Кажется, Олег действительно обманул меня с этой работой. Но зачем? Ведь правда все равно вскроется рано или поздно.
Слышу звук открываемой двери машины. Он что еще и подслушивал? Обхожу внедорожник и иду к Олегу. Я должна все выяснить.
— Зачем ты подслушивал? И зачем ты придумал всю эту чушь с тренером, Олег?
Титов в свойственной мужской манере, отвечает лишь на один, самый важный, по его мнению, вопрос:
— Я не врал.
— Да что ты говоришь? Еще хочешь сказать, что это чистой стечение обстоятельств что именно в этот вечер этот мифический Робтон заболел и не явился на торжество? Платье тоже для него выбирал? И трусы, да? Или ты и есть тот самый «тренер»? — меня просто распирает от злости, от чувства обмана, от того, что я дала себя так провести. Хочется налететь на него с кулаками. Но я стою и только «брызжу» словами, будто ядом.
— Какие трусы? О чем ты?
— В комплекте которые шли вместе с платьем.
— Во-первых, прекрати кричать. Уже весь дом разбудила. — Олег машет торчащей в окне первого этажа бабуле. Она резко одергивает штору и тушит свет. Замечательно, главная сплетница подъезда все видела.
— Во-вторых, я выбрал только платье. Остальное выбрали консультанты в магазине, после моих слов чтобы добавили все остальное в комплект, и доставили к тебе домой. Никакие трусы я тебе не выбирал.
— Так я тебе и поверила, Титов.
Понимаю, что на нас уже смотрит весь многоэтажный дом, я хочу как можно скорее, чтобы он уехал. Сплетней мне еще только не хватало. И так тошно.
Делаю шаги к подъезду.
— Яна, погоди.
Но я не слушаю его больше. Останавливаюсь только, когда оказываюсь около двери подъезда. Оборачиваюсь. Олег все так же стоит у своего автомобиля и смотрит мне в след.— Уже поздно. Езжайте домой, Олег Юрьевич. Спокойной ночи.
— Мам, я завтра с тобой на работу пойду, можно? — слышу в трубке заученную фразу сына. Он вторую неделю болеет. И из-за этого факта, его мечта о знакомстве с футбольной командой откладывается уже который день.
— Тимур, дорогой, нельзя еще. У тебя до сих пор повышенная температура и насморк. Надо дождаться выздоровления, а потом спешить ко мне на работу. Никуда твои футболисты не денутся. Как только доктор даст добро и скажет, что ты здоров, тогда и приедем знакомиться с игроками.
Он прекрасно знает какая у него упрямая мать, когда дело касается здоровья. Я не разрешу ему никакие посещения людных мест, пока педиатр не даст нам справку о выздоровлении.
— Да, конечно. Знаю я, как все будет. Забудешь ты. А потом и твой начальник заработается и забудет, что обещал, — разочарованно бубнит в трубку ребенок.
— Поверь, Тим, я забыть Олегу Юрьевичу об этом ни за что не дам. Буду напоминать ему ежедневно об этом. Так же как тебе повторяю каждое утро о том, что надо игрушки складывать на места и чистить зубы утром.
— Как хорошо, что у бабули с дедулей сесть отдельная комната с игрушками и там убирать не надо.
— Большое упущение, кстати, — я знаю, что уборка — это самое нелюбимое занятие сына, после мытья посуды. Как и у многих детей, наверное. Но я считаю, что мальчики тоже должны с детства приобщаться к домашним делам, — А теперь беги полоскать горло. Я у бабушки спрошу вечером, сделал ты это или нет.
— Ну, мама! — Тимур не любит, когда я что-то выпытываю о нем через бабушку или дедушку. Предпочитает отвечать сам.
Но я уже несколько раз ловила его на том, что он некоторые свои ответы приукрашивает или говорит неправду. Усыпляет мамину бдительность. Прям как некоторые взрослые.
— Все, люблю тебя, Тим. Мне пора работать. А то сейчас выговор получу от руководства за то, что болтаю долго по телефону.
— У-у-у, как у тебя там строго. Прям как на уроке в школе.
— Поверь, сыночек, школа — это цветочки. Тем более в первом классе.
По повисшей паузе в разговоре понимаю, что сын уже отвлекся на другое занятие. На работу не беру, то и разговаривать долго ему не охота.
— Тиму-у-ур?
— Всё, мам, я побежал с дедулей Матвеем смотреть новый фильм про Трансформеров. Пока.
— Не забудь еще сделать уроки, Тимур. Целую. Люблю тебя, сын. — последние слова уже проговариваю в сопровождении телефонных гудков. Сын сбросил вызов раньше, чем я успела договорить.
Надеюсь, бабушке удастся не только накормить внука вкусными пирожками с вишней, но и заставить его открыть школьные учебники. Задания копятся со страшной силой. Если не сделает днем, то вечером уже не хватает времени.
Пока я приеду с работы, пока привезу его от родителей, потом ужин, купаться и оглянуться не успеваем как на часах уже одиннадцать и пора укладывать ребёнка спать.
Как же хорошо, что у меня есть родители, которые помогут в любую минуту. Пусть даже с мамой у нас не самые крепкие и дружественные отношения, но я всегда могу на нее положиться, особенно если дело касается Тима.
Не представляю, чтобы я делала, если бы была совершенно одна с сыном. Как работать? А если заболел, кто будет с ним сидеть? Няня? Посторонний человек. А как работать, зная, что сын там болеет и нуждается в твоей любви и заботе, но вместо мамы с ним чужая тетя?
Даже озноб по телу прошел, от таких мыслей. Обхватываю себя двумя руками и смотрю в окно из приемной.
— Вот бы и мне кто говорил так нежно в трубку «люблю», «целую». - голос Олега, звучащий весело и бодро, разрывает утреннюю тишину на этаже.
Я точно ему колокольчик на шею вместо галстука повешу. Каждый раз появляется в офисе неожиданно, за моей спиной. Может он специально это делает? Стоит несколько минут и караулит, когда же я отвернусь от входа.
Оборачиваюсь, чтобы поприветствовать руководителя. Сердце, как всегда, начинает отбивать свой учащенный ритм, когда Титов находится в нескольких метрах от меня.
— И вам, доброе утро, Олег Юрьевич! Кофе?
— Да, пожалуйста. — и уходит к себе в кабинет.
Мне кажется, в нашем с ним общении все изменилось после того дня рождения. Но что именно это «все», я до конца не пойму. Казалось бы, Олег ведет себя так же, как и до мероприятия: веселые шуточки, легкий ненавязчивый флирт. С одним только «но». Он больше не заводит разговоры о том, что хотел бы меня куда-то пригласить, или не пытается поцеловать. Ощущение, что между нами появилась стеклянная граница.
Внешне все как прежде, а вот внутри…
Бегу варить его любимый двойной эспрессо без сахара.
Каждый день напоминаю себе, что он мой босс, что мне необходимо вести себя профессионально. Но стоит ему пройти мимо моего стола и оставить в воздухе легкий шлейф своего парфюма, я снова превращаюсь в ту влюбленную восемнадцатилетнюю девочку. Сиду за столом и мечтаю, что вот Олег сейчас меня вызовет к себе., закроет нас в своем кабинете и не отпустит пока мы вместе не упадем обессиленные от удовольствия на пол.
И вот звонок. Моя мечта даже начинает сбываться, когда по внутреннему телефону директор вызывает меня к себе. Но, увы, я точно знаю, что дальше все пройдет в разрез с моими мыслями. Просто работа и ничего более.
— Как Тимур? Все еще болеет?
А, нет, не угадала. Сегодня пятиминутную планерку Олег решил начать с вопросов о моем сыне.
— Да, все так же простуда не отступает. Переживает, что вы забудете о своем обещании.
Аккуратно, чтобы не разлить, на стол ставлю чашку свежеприготовленного горячего кофе. Затем кладу перед Титовым документы для подписания, и становлюсь напротив него. Нас разделяет только деревяный рабочий стол. Не могу отвести от него любопытного взгляда. Как всегда свеж, красив, наглажен. А сегодня еще и гладко выбрит. На свидание что ли собрался?
— Я не забываю своих обещаний, Яна. Так ему и передай, — серьезно, глядя при этом прямо в глаза, без намека на улыбку, чеканит Титов.
Произносит это так строго, что что мне тут же хочется начать оправдываться. Сказать, что я не сомневаюсь в его словах. А еще хочется повторить все слова, которые я о нем рассказываю Тиму. Я до сих пор не рассказала Олегу о сыне. И после его невнятной реакции на то, что мы раньше были «знакомы», теперь мне и вовсе страшно говорить на эту тему. Кажется, что Олег так же холодно отнесется к новости о наличии у него семилетнего сына.
Проглатываю неприятный ком во рту и возвращаюсь к деловому общению подчиненной и начальника.
— Хорошо. Я могу идти?
Больше Олег не поднимает своей головы полностью погружаясь в новые финансовые отчеты и графики.
— Подготовьте конференц-зал. Через час внеплановое совещание. Переговоры с иностранцами. Вы там тоже должны присутствовать. Все остальные рабочие дела передвинуть. А по итогам совещания, возможно что-то вообще придется отменить.
— Я все поняла.
Возвращаюсь к своему рабочему столу, беру ключ от конференц-зала и все необходимые принадлежности для совещания.
Звонок мобильного телефона заставляет вернуться. Наверняка это Тимур придумал новый вариант, как еще раз попытаться уговорить меня взять его с собой на работу.
Увы, это звонит не Тимур. И даже не моя мама.
— И снова привет, Андрей!
В голове играет одноименная песня «Привет, Андрей» в исполнении Ирины Аллегровой. Такая же приставучая, как и нынешний Самсонов.
После появления в моей жизни Титова и работы с ним, моего идеального, спокойного, разумного и понимающего Андрея будто собака сутулая укусила. Его ревность не знает покоя. Телефонные звонки практически каждый час. И это если он не в суде/на встрече с клиентами. А если занят на работе, то умудряется слать мне кучу различных сообщений в мессенджере. От рассказов о своей работе до милых смайлов с сердечками.
На часах начало десятого, а это уже второй звонок за день.
Продолжение следует…
Контент взят из интернета
Автор книги Романовская Ирина