Они какое-то время обдумывали рассказ, потом Ксения всхлипнула
– Небеса! Значит что-то осталось…
Сид скрипнул зубами.
– Нет! Я уверен в этом. Нет! Если и осталась, то не она, а его злость на свою ошибку. Дарс ведь с ума сходил от желания быть с тобой! Ксюша! Я, когда увидел, как он влюблён в тебя, как жаждет тебя, решил всё, излечился. Он же не шестнадцатилетний мальчик. Столько времени прошло! Это ведь из-за него я стал целителем, но видно чего-то я не учёл. Эта злость не исчезла, он её просто загнал внутрь.
– Нет, здесь что-то другое! – Лой хмуро покачал головой. – То, что ты рассказал, конечно, важно, но что-то здесь ещё. Он ведь мучается как-то не так. Ну, устроил бы скандал из-за выбранного образа, так нет же, он успевает спохватиться. Ксюша, ведь не убил же он тебя!
Ксения проанализировала всё, что делал Дарс и нахмурилась:
– Сид, думай со мной. Он знает, что я не Гелл, но потом почему-то забывает, а потом всё-таки вспоминает. Может здесь что-то воздействует на него, как на дрена? Меня ведь тренировали на устойчивость к большинству нейротропных ядов, а его – нет. Может, мы что-то не заметили?
Сид покачал головой.
– Ерунда! У него иммунитет ко всем воздействиям, такой же, как у тебя. Хотя… Знаешь, он пожаловался, что на него слабо действуют стимуляторы. Как я это упустил?! Дарс подумал, что стал привыкать к ним, но этого не может быть. Понимаешь, он всего второй раз использует его, да и я делал его по рекомендациям шаманов Данли. К ним не бывает привыкания. Никогда!
Зирр, которая очень переживала за Ксению, пробормотала:
– Знаешь, я однажды переболела каким-то вирусом, когда переехала в Данли. Целители со мной намучились ужасно. Я во время болезни забыла, что уже не в Европе, всё ругалась с одноклассниками, а когда приходила в себя совершенно не помнила, что говорила. Один из целителей сказал, что ретровирусы такого типа, блокируют на время кратковременную память.
Ксения помолчала, переваривая сказанное, потом охнула:
– Небеса! – она с ужасом посмотрела на всех. – Это же тот странный блок! Так он не исчез! Я же почувствовала его, когда он мне нахамил первый раз, по поводу выбора образа Гелл. Ах, я тупая! Как же я не поняла?
Лой нахмурился:
– Какой блок? На воспоминаниях? Ксюша, этого не может быть! Дарс же взрослый, давно бы попросил сменить образ и…
– Лой! Он не может! – Ксения была в ужасе. – Это тот блок ему не даёт. Значит в садах Вис, на меня посадили информационный вирус, а он снял его на себя. Шхас! Это была вирусная программа, и она ушла очень глубоко, понимаешь? Она скрывалась от поиска, когда мы сканировали сознанние.
– Глупости, – попытался её остановит Сид, – нет таких вирусов в природе!
– В природе?! Небеса! Я знаю, что это! – Ксения схватилась за голову.
– Прекрати психовать! – Лой встряхнул её. – Успокойся и рассказывай.
– Я, когда только начала учиться у Массино, то узнала от него, что кто-то давно пытался, разработать вирусную программу воздействия на мозг. Это – информационный вирус, который полностью подчинял себе личность и разрушал её. В своё время Совет очень жёстко остановил эти разработки, физически устранив всех разработчиков. Может где-то кого-то опять посетила эта идея? То, что переживает Дарс очень похоже на действие того вируса.
Сид побелел.
– А программу разрабатывали против людей или против гатангов.
Ксения зажмурилась, пытаясь вспомнить.
– Против людей, это точно. Это очень старые разработки.
– Но Дарс – гатанг! – Лой задумался. – Надо уезжать! Срочно! Интересно, он сможет продержаться, до дома?
– Не знаю. Он прошёл очень жестокую закалку, и не сломался, сможет и выдержать, – прохрипел Сид.
– Дарс непохож на обычных дренов, он ведь учился сам. Он вообще очень долго сдерживал этот вирус. Если этот информационный вирус переделали для гатангов, то для простых гатангов, а не для дренов. Может быть, он и сможет удержать программу этого информационного вируса выключенной, – прошептала Ксения.
– Как ему помочь? – нахмурился Сид.
Ксения сжала кулаки.
– Главное, он ничего не должен знать! Массино рассказывал, что собственно знание о вирусе и запускает его программу. Я понаблюдаю и попробую уничтожить вирус. Я сыграю с ним в кулюкушки, иначе нельзя, потому что вирус готов к открытому нападению на него.
Сид в сомнении покачал головой, он где-то читал о таком случае.
– Помнится, что кто-то пытался уничтожить этот вирус и безуспешно.
Ксения грустно вздохнула.
– Это был Массино, мой учитель! Он пытался такое сделать и убил свою возлюбленную, на которую воздействовали этим вирусом. Плохо другое, я активировала очень яркие негативные воспоминания Дарса, и вирус через них пытается активироваться.
– Что делать? – заволновался Сид. – Мы же не можем бездействовать!
Ксения холодным тоном, от которого всех затрясло, заявила:
– Вы должны знать, я любым способом остановлю каждого, кто посмеет ему рассказать про вирус! Не мешайте мне! Я почти четыре года занималась с мастерами защиты информационных ресурсов мозга, мне надо подумать.
– Говори вслух! – предложил Лой.
Ксения осторожно прикоснулась к сознанию каждого, и сухо заключила:
– Бессмысленно обсуждать с вами то, что вы не знаете вообще. Более того, вы можете навредить, если Дарс через вас всё узнает. Я блокирую эту информацию у вас.
– Это опасно, – рассердился Сид. – Ксюша, ты нас пугаешь!
Она посмотрела на своих сетиль и снисходительно улыбнулась. Ей было важно, чтобы она не узнали, как ей страшно самой. Дарс для неё был всем, ведь именно он, спасая её, вытащил этот вирус, а она проморгала. Теперь она не могла ошибиться. Его жизнь была превыше всего! Она холодно и чуть отстранённо проговорила:
– Я дрен и умею то, что не умеют обычные гатанги. Не бойтесь! Я поработаю с вашей памятью. Максимально расслабьтесь, иначе я во время работы, не блокирую, а выжгу вашу память. Несколько дней вы не будете помнить об этом, и только потом я верну вам память. Успокойтесь!
Лой покачал головой и нахмурился:
– Это плохой способ. Мы можем прийти к этому выводу вторично. Ты выбрала опасный путь! Ксюша, а ты не подумала, что будет с тобой? Я слышал, что энергетические траты таковы, что возникает опасность потери личности. Ты можешь сойти с ума.
– О чём ты?! – горько проговорила Ксения. – Мне всё равно без него не жить! Не бойтесь. Я мастер лабиринтов и не причиню вам вреда.
Сид ужаснулся, он только слышал, что такие мастера есть, о них ходили легенды. Мастера вскрывали лабиринты подсознания. Но была одна деталь, если мастер часто вскрывал свой лабиринт, чтобы воздействовать на чужие лабиринты, то он погибал. Это открыл великий Массино, этот эффект стали называть «отдача Массино». Сид с нежностью посмотрел на свою сетиль, поняв силу её любви. Ксения, ради спасения жизни своего дрена, решилась на вскрытие лабиринтов сразу трёх гатангов и поставила под угрозу свою жизнь.
Очнулись они в комнате и удивлённо переглянулись. Ксения в виде Тин весело проговорила:
– Ну, вы даёте, спите и спите! Пора начинать операцию!
– А что произошло? – Зирр стала принюхиваться.
Тин охнула и торопливо вытолкала мужчин завтракать, затем посмотрела на Зирр:
– А что ты почувствовала?
– Ксюша, что ты сделал с нами? – спросила та и ужаснулась виду сетиль.
Глаза Ксении потемнели, внезапно слетел облик Тин. Она прохрипела:
– Зирр! Кем же был твой отец, если я не смогла отключить твою память? – она нахмурилась, и радужка исчезла, изо рта потекла струйка крови. – Не сердись, я исправлю всё.
– Стой, не надо! – остановила её Зирр. – Успокойся! Я ничего не помню! Я вижу, что ты нас изменила, но я тебе доверяю, так что, не дёргайся.
Ксения так плакала, что разбудила Дарса, тот вошёл и оторопел:
– Да что случилось-то? Ксюха, а почему ты не Тин?
Ксения поцеловала своего гатанга так, что у того оборвалось сердце, но на грани сознания он поймал странный оклик: «Осторожно!». Дарса жизнь не баловала, и он умел владеть собой, поэтому, поцеловав в ответ уже Тин, спокойно проговорил:
– Сегодня пробуем.
И опять кто-то внутри Дарса прокричал: «Опасность!». Он решил не анализировать это предупреждение, отложил на потом, так как и раньше от своего подсознания получал такие сигналы. Особенно, когда охотился на хищников. Реальной опасности он пока не видел.
Они начали операцию по поиска наблюдателя в архиве. Рител, помогая перенести груду папок в архиве и чувствуя наблюдение, нежно обнял Тин, его рука случайно задела грудь девушки и задержалась там. Тин обмерла и, задыхаясь, посмотрела на Ритела.
– А ты хорошенькая, даже атавизм есть. Не понимаю, почему твой отец не разрешает тебе оставаться наедине с мужчинами? – Рител насмешливо улыбнулся.
– Мне нельзя иметь детей, – осипшим голосом пробормотала Тин, – отец считает, что лучше вообще не встречаться с мужчинами.
Рител помог поставить папки на стол у окна и почувствовал, что в здании напротив наблюдатель, и развернул Тин так, что их вдвоём можно было увидеть только из окна того здания.
– Вот и хорошо. Тогда мы с тобой будем встречаться только на людях.
Тин покраснела так, что цвет кожи слился с цветом её кофточки.
– Нет, не надо!
– Но тебе же приятно, – рука Ритела шарила по её груди, он старался, чтобы наблюдатель видел это, затем повернул к себе Тин и властно поцеловал.
Ответила ему с необыкновенной нежностью его Ксюшка.
Дарс опешил, он уже знал, как работала его гатанги. Она всегда была очень последовательна и никогда не выходила из образа, а тут… Он завернулся в несколько блоков, и поставил перед мозгом задачу узнать, что случилось, и чуть не потерял сознание.
Ему мешали, и он, не веря себе, понял кто. Это делала его гатанги, которая, якобы, не обращая на него внимания, играла роль страдающей Тин. Дрен обозлился (Ну, Ксюха!), закрыв отдельные области жёсткими блоками, он продолжил их страшную игру.
Весь день на людях он касался тела Тин, иногда подло залезая ей под юбку. Девочка обмирала, дрожала, но Дарс видел, что Ксения наслаждалась каждой минутой. Это его невероятно смущало, он не замечал за ней таких желаний раньше. К вечеру Тин буквально умоляла его поцеловать её, но он оттолкнул её и велел спать.
Затем тайно для всех, но не для наблюдателя, влез в окно Гелл и провёл с ней страстную ночь. Удивляясь, что после пощёчин и свирепых укусов (он не мог с собой ничего поделать, так он её ненавидел) его с отчаянной нежностью целовала его гатанги.
От всего этого у него голова шла кругом. Его гатанги была неповторима. Она смела, дерзка и при этом её нежность и доверие к нему безграничны. Почему же он забывает о том, кто она, если видит иллюзию Гелл? Когда она заснула, он вышел к Лою.
– Что происходит?
Мастер непонимающе уставился на него.
– Я тут подраспустился вчера, но Гелл сама виновата, – Лой кивнул. Дрен правильно себя вёл, ведь наблюдатели могли быть везде. Дарс одними губами прошептал. – Она целует меня так, как будто это в последний раз.
– А что раньше было по-другому? – Лой улыбнулся ему.
Дарс задумчиво кивнул.
– По-другому, – он хотел ему мысленно сообщить почему, но отскочил от сознания Лоя. Это был Лой и не Лой.
Дарс, обмирая, от какого-то предчувствия подошёл к брату и опять заметил, что рисунок сознания Сида изменён. Очень аккуратно, но изменён. У Зирр он сразу налетел на такой несокрушимый блок, что даже не посмел вмешиваться.
Днём, продолжая соблазнение Тин, он умудрился так её ласкать, что та чуть не потеряла сознание. Он рассердился на Ксюшку. Почему она наслаждается, как будто он вот-вот покинет её? Ведь ещё пару дней назад, она чётко играла свою роль. Он наклонился к её уху, чтобы выразить своё недоумение, но почувствовал наблюдателя, и поэтому Дарс-Рител, попенял не Ксении, а Тин:
– Нельзя так дёргаться! Ты ведь приличная девушка, наслаждайся незаметно, а то тебя осудят.
– Я хочу притронуться к тебе, – прошептала пересохшим ртом Тин.
– Нет, нельзя! Тебе отец не разрешает, а мне, он не запрещал, – Рител расхохотался и почувствовал холодное бешенство наблюдателя. – Ксюша, меня так ненавидят, что кожа чешется.
– Продолжай! – мысленно прошептала она.
Дарс не понимал, кто это мог быть? Посетителей было слишком много, и он никак не мог определить наблюдателя. Поэтому, дождавшись, когда все расселись за столы в библиотеке, он увёл обмякшую Тин к стеллажам и буквально на глаза всех, во всяком случае, так было для наблюдателя, равнодушно любил её, и чуть не взвыл, потому что не Тин, его Ксюшка таяла в его руках, источая нежность.
– Не дёргайся! – Рител по-хозяйски похлопал Тин по спине. – Я ещё раз подойду к тебе.
Дарс выскочил из архивов, скрипя зубами, так ему хотелось продолжения. Тин стояла у стены, ноги её тряслись, по лицу текли слёзы, мимо прошла необыкновенно красивая гатанги-библиотекарь и тихо спросила:
– Помочь?
– Ты не сможешь! – всхлипнула Тин и выбежала из библиотеки.
Вечером у раскрытого окна Тин хрипло умоляла Ритела остаться, но тот равнодушно бросил:
– Нельзя тебе наедине с мужчинами. Завтра.
Дрен отправил всех ужинать и вошёл к Гелл, влепив привычно ей пару пощёчин, он столкнулся проблемой. Она смеялась от восторга, прижималась к нему, но целовала его не Гелл. Это его взвинтило до предела, и он, оттолкнув красавицу, но решил объяснить Ксении, что эта грубость не имеет никакого отношения к ней, однако нечего не успел. В комнату ввалились Зирр и Сид с незнакомкой, с редкой, даже для гатанги, красоты. Ксюшка узнала девушку из библиотеки и прыгнула к ней, но та с отвращением её оттолкнула:
– Прочь!
– Патанг! – выдохнул Дарс.
– Надо же, мразь какая! – зашипела патанг. – Да тебя за то, что ты вытворял с девочкой задавить мало, а он брезгует патангом.
– Это агент клана Коиз. Она ответила на пароль, – пробурчал Сид.
Ксения заметила, что Сид буквально очарован красавицей, и, сорвав парик Гелл, она превратилась в Тин.
– Ты узнаёшь меня?
Патанг ахнула, Ксения её нежно обняла.
– Как ты нас ненавидела! – она положила девушке руки на лоб. – Однако, кто ты? То, что не патанг, это точно! Не играй с нами в кулюкушки, мы же не прячемся!
– Здесь я – Вейс, но моё имя настоящее – Нейл. Зачем вы здесь? Говорите прямо.
Ксения, не дав открыть рот Дарсу, быстро заговорила:
– Мы расследуем преступление, совершенное патангами в Санге, следы ведут сюда.
– Патанги… – девушка нахмурилась. – Тогда вам надо в шахты! Ходят слухи, что там гибли шахтёры, но потом находили только остатки их тел.
– Может быть это какие-то животные? – возразил Сид. – Юг Данли почти не изучен.
– Администрации шахты усилила как внутреннюю, так и наружную охрану. Они от всех скрывают, что охранники нашли освежеванные тела, – Нейл покачала головой. – Нет, это не животные, а каннибалы.
– Тогда нам надо попасть в шахту! – решительно проговорил Дарс.
– Здесь я вам не помощник, – Нейл печально развела руками, – но на чёрном рынке появился сок цветов Це. Это можно использовать.
– Думаешь, здесь производят сок? – удивился Сид.
– Нет, конечно! Здесь Патруль хорошо за всем следит. Наркотики из Патанга, тем более, здесь не растут цветы Це. Те, кто привёз сок, прячутся в шахтах, в заброшенных штреках. Их здесь столько, что мало кто знает все проходы.
– Как быстро попасть в шахту? – спросила Зирр.
Ксения предложила:
– Надо оформить обычный пропуск. Я же, в облике Тин, минеролог. Думаю, что смогу его получить.
– Нет, это долго! Иногда получение попуска растягивается на несколько дней, – Нейл покачала головой. – Ведь у вас по легенде есть красотка-наркоманка. Вам и карты в руки. Побродите с ней! На вас выйдут наркоторговцы, а мы следом за ними пройдём. Так больше шансов.
Ксению злило, с каким восхищением любвеобильный Сид смотрит на Нейл. Зная его характер, она волновалась за операцию, а Сид, нежно взяв руки девушки в свои, прошептал:
– Расскажи о себе! Ты наш друг, хочется знать о тебе больше.
– Зачем тебе? – вспыхнула та, и попыталась выдернуть руки, – Нейл никогда не верила ни одному из мужчин, но этот почему-то её взволновал, может, потому что был красив и могуч. Но мало ли красивых подонков? – Разве у тебя мало поклонниц? Я просто товарищ по оружию.
Сид вспыхнул. Разве он кому-то клялся в верности? Как она смеет так говорить с ним? Взглянул в её глаза и увидел страх. Кто её так напугал? Он ласково усадил её рядом собой на диван. Девушка, так растерянно улыбнулась, что неожиданно Сид понял, что встретил ту, которую хотел защитить и стереть страх из её глаз. У него была та же беда, что и у брата, после подлости совершённой Гелл и пережитого Дарсом, он тоже не верил женщинам.
– Думаю, вам надо просто задать вопросы, а я отвечу, на некоторые из них, – Нейл подбодрила их. – Спрашивайте!
– Мы не Патруль, чтобы допросы устраивать! – проворчал Сид. – Мы, как ты сказала, товарищи по оружию. Зря ты с нами так.
– Я не встречала похожих на вас… Пока, я вам доверяю, и этого не мало.
– Ты тоже не похожа на других. Я из Европы, здесь недавно, но таких, как ты, не встречал.
– Кто ты? – резко спросила она.
Ей надо было освободиться, от того, как он действовал на неё – хотелось прижаться к груди и не отпускать, пока сон не успокоит её страхи. Сид расположился около неё так, как в клинике неврозов детей, с которыми он работал всю молодость. Не слишком близко, чтобы была возможность убежать, но его руки, завладели её руками и поглаживали тонкие кисти.
Ксения с удивлением смотрела на Сида, она была убеждена, что их помощница откажется разговаривать, но та уже была очарована красавцем гатангом, который ворковал:
– Это наш силт. Я целитель, увлекаюсь древними рецептами, а ты? Как ты сюда попала, где жила? Мы не сделаем тебе плохо. Ты можешь не говорить, если не доверишь нам. Расскажи о себе, что сочтёшь возможным. Мне интересно знать всё, о тебе!
Нейл побелела.
– Интересно? Ах, интересно!!!
– Да! Нам всем интересно, мне кажется, что ты с радостью станешь нашей сетиль, – попыталась наладить с ней контакт Ксения.
Нейл вздрогнула, неужели это правда? Она оглядела всех, все смотрели дружелюбно и с ожиданием.
– Ваша честность будет вознаграждена. Только не знаю, захотите ли вы иметь такую сетиль, – в её глазах мелькнула такая безнадёжность, что все рефлекторно мысленно послали ей уверенность в своих намерениях, быть её родными
– Глупости, – проворчал Лой, – не каннибал же ты.
– Не знаю! Я не знаю, кто я, – она знала, что эти ребята не причинят ей вред, но жизнь многолика, а если после рассказа они станут её презирать, то она не удивится. Нейл вздохнула, стиснув руки.
Продолжение следует…
Предыдущая часть:
Подборка всех глав: