— Как мои дорогие, уже соскучились по бабушке? — Дина Геннадьевна растянула губы в улыбке, но глаза оставались холодными, как лёд на реке в январе.
Даня посмотрел на мать, словно спрашивая разрешения. Арина легонько подтолкнула сына к свекрови:
— Поздоровайся с бабушкой.
Семилетний мальчик нерешительно шагнул вперёд:
— Здравствуйте, бабушка.
— Что за «здравствуйте»? Я тебе чужая, что ли? — Дина Геннадьевна нахмурилась. — И почему опять в этих джинсах? Я же тебе брюки покупала. Совсем мать за тобой не следит.
Арина сжала губы. Никаких брюк свекровь Дане не покупала. За последний год — вообще ничего.
— Мам, я же просил не начинать, — вмешался Сергей, забирая у жены сумку с детскими вещами. — Мы всего на два дня.
— Я и не начинаю, — отрезала Дина Геннадьевна, переключая внимание на трёхлетнюю Лилю, которая пряталась за ногами Арины. — А ты чего там прячешься? Иди к бабушке!
Лиля помотала головой и крепче вцепилась в мамину юбку.
— Видишь, какие дикие, — покачала головой Дина Геннадьевна. — Родной бабушки боятся. Чему ты их учишь, Арина?
— Они не дикие, — Арина старалась говорить спокойно, хотя внутри всё клокотало. — Просто устали с дороги.
— Да какая дорога? Двадцать минут на автобусе.
Сергей положил руку на плечо жены:
— Мы поехали. Позвоним вечером.
— Конечно, бросили детей на бабушку и умчались, — проворчала Дина Геннадьевна, но Сергей сделал вид, что не расслышал.
Уже в дверях Арина присела перед детьми:
— Будьте хорошими, слушайтесь бабушку. Мы скоро вернёмся.
Она поцеловала сначала Даню, потом Лилю. Девочка не хотела отпускать мать, и в её глазах стояли слёзы.
— Мам, не уходи, — тихо прошептала она.
— Мне нужно, солнышко. Всего на два дня. А потом я привезу тебе сюрприз.
— Вот-вот, — фыркнула Дина Геннадьевна. — Ещё и избалуете их подарками. А вы на лето куда планируете?
— Мам, мы потом обсудим, — Сергей мягко, но настойчиво вывел жену из квартиры. — Всё будет хорошо, не волнуйся, — шепнул он Арине, когда они спускались по лестнице.
— Надеюсь, — вздохнула она. — Твоя мама меня ненавидит.
— Не драматизируй. Она просто старой закалки.
Арина только покачала головой. Восемь лет брака, а Сергей до сих пор не хотел видеть очевидного.
***
В купе поезда, который вёз их в соседний город на свадьбу университетского друга Сергея, Арина всё ещё не могла успокоиться.
— Может, стоило взять детей с собой? — спросила она, глядя на проплывающие за окном деревья.
— На свадьбу? — Сергей поднял брови. — Арин, они там с ума сойдут от скуки. И мы тоже — будем только за ними бегать.
— С твоей мамой им ещё хуже.
— Перестань. Она их бабушка.
— И что? Ты же видишь, как она с ними обращается. Как будто они какие-то... неполноценные.
Сергей отложил телефон и посмотрел на жену:
— Что именно тебя беспокоит?
— Всё! — Арина развела руками. — Она постоянно их критикует. Даня «неуклюжий», Лиля «капризная». Она даже на день рождения Лиле ничего не подарила. Сказала, что в три года подарки не нужны, всё равно сломает.
— Она росла в другое время...
— Не защищай её! — Арина повысила голос, но тут же спохватилась и продолжила тише: — Помнишь, что она сказала, когда узнала, что у нас будет Лиля? «Ну вот, опять девочка, хоть бы нормального мальчика родили».
— Она имела в виду...
— Я точно знаю, что она имела в виду. Для неё наши дети — не те внуки, о которых она мечтала.
Сергей вздохнул:
— Может, тебе действительно стоит меньше придираться к её словам?
— А может, тебе стоит хоть раз встать на мою сторону? — в голосе Арины звучала обида.
— Я всегда на твоей стороне.
— Неправда. Когда дело касается твоей мамы, ты будто слепнешь и глохнешь.
В купе повисла напряжённая тишина. Наконец Сергей сказал:
— Давай просто насладимся выходными. Первый раз за год выбрались куда-то вдвоём. Два дня, и мы вернёмся. Ничего страшного за это время не случится.
Арина хотела возразить, но промолчала. Возможно, она действительно слишком остро реагирует. В конце концов, Дина Геннадьевна никогда не обижала детей физически — только словами. Но разве слова не могут ранить ещё сильнее?
***
Когда через два дня они вернулись за детьми, Арина сразу почувствовала: что-то не так. Даня, обычно такой разговорчивый, был замкнут и отвечал односложно. Лиля казалась испуганной и не отходила от матери ни на шаг.
— Как всё прошло? — спросила Арина, собирая детские вещи.
— Нормально, — Дина Геннадьевна пожала плечами. — Даня разбил чашку. Мою любимую, между прочим.
— Я нечаянно, — тихо сказал мальчик.
— Конечно, нечаянно. Только толку от этого? Чашка-то разбита. Руки-крюки, весь в мать.
— Мама! — возмутился Сергей.
— А что такого я сказала? — Дина Геннадьевна сложила руки на груди. — Правду. Арина твоя тоже вечно что-нибудь роняет.
— Ничего я не роняю, — огрызнулась Арина.
— Конечно-конечно, — свекровь многозначительно усмехнулась. — А этот синяк у Лили откуда?
Арина только сейчас заметила небольшой синяк на коленке дочери.
— Что случилось, малышка? — она присела перед Лилей.
Девочка прижалась к матери:
— Я упала. Бабушка сказала, я плакса.
— Разве я такое говорила? — Дина Геннадьевна возмущённо всплеснула руками. — Я сказала, что девочки не должны реветь из-за каждой царапины. Надо быть сильнее.
— Ей три года! — не выдержала Арина.
— И что? В три года я уже сама себе кашу варила.
— Другие времена были, мам, — устало сказал Сергей. — Спасибо, что посидела с детьми. Мы, пожалуй, поедем.
Когда они вышли на улицу, Арина заметила, что Даня украдкой вытирает слёзы.
— Эй, что такое? — она присела перед сыном.
— Бабушка сказала, что я не настоящий мужчина, — прошептал он. — Что я плачу, как девчонка.
У Арины внутри всё закипело, но она сдержалась:
— Бабушка ошибается. Настоящие мужчины тоже плачут, когда им больно или обидно. В этом нет ничего плохого.
— А ещё она сказала, что мы плохие внуки.
— Что? — Сергей, который шёл чуть впереди, резко обернулся. — Когда она это сказала?
— Вчера. Она говорила по телефону с тётей Аллой и сказала, что мы с Лилей не такие, как надо.
Арина и Сергей переглянулись. В глазах мужа читалось недоверие.
— Ты, наверное, неправильно понял, — сказал он.
— Нет! — Даня замотал головой. — Она так и сказала. Что мы не такие, как надо. И что тётя Алла родит ей нормальных внуков.
***
Дома, уложив детей спать, Арина и Сергей наконец смогли поговорить.
— Ты слышал, что сказал Даня? — Арина ходила из угла в угол маленькой кухни. — Твоя мать настраивает детей против нас.
— Думаю, он просто не так понял, — Сергей потёр затылок. — Мама бы никогда...
— Очнись уже! Она именно такая! Она с самого начала была против нашего брака. Помнишь, что она сказала на нашей свадьбе?
— Арина...
— «Жаль, что Серёжа не дождался Верочки Климовой, она-то через год из Франции возвращается». А когда я забеременела Даней? «Так быстро? Вы хоть пожить вдвоём успели?» Как будто мы специально...
— Хватит! — Сергей стукнул ладонью по столу. — Я устал от этих постоянных претензий. Мама иногда бывает резкой, но она желает нам добра.
— Добра? — Арина горько усмехнулась. — Когда она в последний раз говорила что-то доброе обо мне или о детях?
Сергей открыл рот, но не смог вспомнить ни одного случая.
— Вот видишь, — Арина покачала головой. — А теперь она настраивает наших детей против нас. Я не хочу, чтобы они оставались с ней наедине.
— И что ты предлагаешь? Нанять няню? У нас нет на это денег.
— Я могу попросить отгулы на работе, когда у тебя командировки.
— Арин, ты же знаешь, что в турфирме сейчас горячий сезон. Тебе не дадут столько отгулов.
Они замолчали, понимая, что зашли в тупик. Наконец Сергей сказал:
— Послушай, у меня есть новость. Хотел рассказать в более подходящей обстановке, но... Мне предлагают повышение.
— Правда? — Арина на секунду забыла о своём гневе.
— Да. Кирилл Васильевич вызвал меня в среду и сказал, что хочет сделать руководителем отдела логистики. Это почти в полтора раза больше денег.
— Серёжа, это же здорово! — Арина бросилась ему на шею.
— Есть одно «но», — Сергей осторожно отстранил жену. — Придётся ездить в командировки. Не часто, раз в две недели, но на 2-3 дня.
Арина сразу поняла, к чему он клонит:
— И ты хочешь, чтобы детей на это время брала твоя мать?
— У нас нет другого выхода. Твоя мама слишком далеко живёт, няню мы не потянем.
— А если я поговорю с ней? Серьёзно. Объясню, что нам не нравится, как она обращается с детьми?
Сергей вздохнул:
— Можешь попробовать. Но ты же знаешь мою маму...
***
На следующий день Арина набралась смелости и поехала к свекрови. Дина Геннадьевна удивилась, увидев её на пороге одну, без детей и Сергея.
— Что случилось? — спросила она, пропуская невестку в квартиру.
— Нам нужно поговорить, — решительно сказала Арина.
— О чём же?
Они сели на кухне. Дина Геннадьевна сложила руки на столе и выжидающе смотрела на Арину.
— Сергею предложили повышение, — начала Арина. — Он будет руководителем отдела.
— Наконец-то, — кивнула свекровь. — Давно пора. С его-то способностями сидеть на рядовой должности — просто расточительство.
— Да, но ему придётся ездить в командировки. И нам нужна будет помощь с детьми.
— А, — Дина Геннадьевна прищурилась. — Значит, старая бабка снова понадобилась.
— Дело не в этом, — Арина сделала глубокий вдох. — Мы благодарны за вашу помощь. Но у меня есть просьба. Вернее, условие.
— Условие? — брови свекрови поползли вверх. — Это что-то новенькое.
— Я хочу, чтобы вы не критиковали детей постоянно. Не говорили им, что они плохие внуки или что они чем-то хуже других детей.
Дина Геннадьевна откинулась на спинку стула:
— То есть ты пришла указывать мне, как обращаться с моими внуками?
— Нет, я пришла попросить вас быть добрее к ним. Они ещё маленькие и очень ранимые.
— В моё время детей не нянчили так, как сейчас. И ничего, выросли нормальными людьми.
— Времена меняются, — Арина старалась говорить спокойно. — Сейчас мы лучше понимаем детскую психологию...
— Психология! — фыркнула Дина Геннадьевна. — Вот до чего дошли! Раньше люди работали, детей растили, а не психологией занимались.
— Дина Геннадьевна, я правда очень прошу вас. Детям больно слышать, что они «не такие» или «плохие». Особенно от бабушки.
Свекровь внимательно посмотрела на Арину:
— А Серёжа знает, что ты пришла меня воспитывать?
— Я не воспитываю вас. Я пытаюсь наладить отношения.
— Восемь лет живёте, а отношения всё налаживаешь, — покачала головой Дина Геннадьевна. — Может, проблема не во мне?
Арина почувствовала, что разговор уходит не туда:
— Так вы согласны? Будете следить за тем, что говорите детям?
— А у меня есть выбор? — Дина Геннадьевна развела руками. — Вы же без меня не справитесь. Но учти, Арина, я не собираюсь притворяться и фальшиво сюсюкать. Это не в моём характере.
— Я не прошу вас притворяться. Просто... будьте добрее.
— Хорошо, — неожиданно легко согласилась свекровь. — Я буду «добрее». Но и ты тоже должна кое-что сделать. Научи наконец Даню аккуратности. И перестань потакать Лилиным капризам. Девочка растёт избалованной.
Арина хотела возразить, что её дети вовсе не такие, но решила не начинать новый спор:
— Договорились.
***
— И она вот так просто согласилась? — удивился Сергей, когда Арина рассказала ему о разговоре с его матерью.
— Да. Странно, правда? Я думала, будет сопротивляться сильнее.
— Видишь, ты зря её демонизируешь, — Сергей обнял жену. — Мама понимает, что это важно для нас.
Арина кивнула, но внутренний голос подсказывал: что-то здесь не так. Дина Геннадьевна никогда не шла на уступки так легко.
Её подозрения только усилились, когда через неделю, забирая детей после первой Серёжиной командировки, она заметила, что Даня стал ещё более замкнутым, а Лиля расплакалась, увидев мать.
— Что случилось, малышка? — Арина прижала к себе дочь.
— Я хотела к тебе, — всхлипнула Лиля. — А бабушка сказала, что ты занята и тебе не до нас.
Арина посмотрела на Дину Геннадьевну, которая стояла в дверях кухни с невинным видом.
— Я ничего такого не говорила, — пожала она плечами. — Дети всё преувеличивают.
— Бабушка, а можно я покажу маме нового робота? — вдруг спросил Даня.
— Какого робота? — удивилась Арина.
— Николай Степанович мне его принёс, — Даня робко улыбнулся. — Он классный!
— Кто такой Николай Степанович? — Арина перевела взгляд на свекровь.
Дина Геннадьевна слегка покраснела:
— Мой друг.
— У бабушки появился друг, — подтвердил Даня. — Он добрый. И у него большой дом за городом.
— Вот как, — протянула Арина. — Почему я впервые о нём слышу?
— А почему я должна отчитываться перед тобой о своей личной жизни? — огрызнулась Дина Геннадьевна. — Я взрослая женщина.
— Конечно. Я просто удивлена.
— Бабуль, так можно я покажу робота? — напомнил о себе Даня.
— Покажешь в следующий раз, — отрезала Дина Геннадьевна. — Вам уже пора.
По дороге домой Арина осторожно расспрашивала детей о том, как прошли эти дни.
— А тётя Алла к вам приходила?
— Да, — кивнул Даня. — Она сказала, что у неё будет малыш.
— Правда? — Арина удивилась. Младшая сестра Сергея всегда казалась ей самовлюблённой особой, не интересующейся семейными ценностями. — И кто счастливый отец?
— Не знаю, — Даня пожал плечами. — Но бабушка сказала, что этот малыш будет самым лучшим внуком на свете. Не то что...
Он осёкся и опустил глаза.
— Не то что кто, Даня? — тихо спросила Арина.
— Не то что я и Лиля, — едва слышно прошептал мальчик.
***
— Ты должен с ней поговорить, — настаивала Арина, когда Сергей вернулся с работы. — Она продолжает настраивать детей против нас!
— Я не понимаю, зачем ей это делать, — покачал головой Сергей. — Какой в этом смысл?
— Не знаю! Но она это делает. И ещё это странно, что она скрывала от нас свои отношения с этим Николаем.
— Может, она просто стеснялась? Мама всегда была скрытной в плане личной жизни.
— А беременность Аллы? Почему она не сказала нам?
— Наверное, Алла сама хотела нам сообщить, — предположил Сергей. — Не делай из всего этого заговор, Арин.
— Заговор? — вскипела Арина. — Даня прямо сказал, что твоя мать считает их с Лилей плохими внуками!
— Дети часто неправильно понимают...
— Перестань защищать её! — Арина повысила голос, но тут же спохватилась, вспомнив, что дети уже спят. — Извини. Но я правда не понимаю, почему ты всегда оправдываешь её поведение.
Сергей вздохнул:
— Хорошо. Я поговорю с ней. Но не по телефону, а лично. В выходные.
— Спасибо, — Арина благодарно коснулась руки мужа. — Я правда беспокоюсь о детях. Им и так нелегко: ты постоянно на работе, я тоже. А тут ещё бабушка говорит, что они «неправильные».
— Даже если мама действительно так сказала, может, она имела в виду что-то другое? — с сомнением произнёс Сергей.
— Что именно?
— Не знаю. Может, что они балуются или...
— Серёжа, — Арина посмотрела мужу в глаза. — Ты же знаешь свою маму. Она ненавидит меня с первого дня. И детей она тоже не любит, потому что они мои.
— Не говори глупостей! — возмутился Сергей. — Они и мои дети тоже.
— Но для неё они прежде всего мои.
Сергей хотел что-то возразить, но в этот момент зазвонил его телефон. На экране высветилось имя Аллы.
— Странно, — нахмурился он. — Алла никогда не звонит в такое время.
Он принял вызов и через минуту его лицо изменилось.
— Что? Когда? — он встал со стула. — Да, конечно. Сейчас приедем.
— Что случилось? — встревоженно спросила Арина, когда он закончил разговор.
— Маме стало плохо. Она в больнице.
***
В больнице их встретила заплаканная Алла. Её всегда безупречный макияж размазался, а глаза покраснели от слёз.
— Наконец-то, — она бросилась к брату. — Там такое!
— Что с мамой? — спросил Сергей.
— Давление подскочило. Врачи говорят, сильный стресс.
— Какой стресс? Что произошло?
Алла бросила косой взгляд на Арину:
— Мы можем поговорить наедине?
— Арина моя жена, — твёрдо сказал Сергей. — У нас нет секретов.
Алла поджала губы:
— Ну хорошо. В общем, мама сегодня поругалась с Николаем Степановичем.
— С кем? — переспросил Сергей.
— Это её... друг, — пояснила Алла, снова покосившись на Арину. — Они встречаются уже несколько месяцев. Он вдовец, у него дом за городом...
— Я в курсе, — перебила Арина. — Даня рассказал.
— Ах да, дети, — Алла скривилась. — Из-за них, собственно, и вышел скандал.
— В каком смысле?
— Николай Степанович приехал к маме, когда у неё были ваши дети. И Лиля устроила истерику, потому что хотела мультики смотреть. А Даня разбил вазу, которую Николай Степанович привёз маме из Италии. Очень дорогую, между прочим.
— И что? — не понял Сергей.
— Ну, Николай Степанович сказал, что не хочет иметь дело с такими непослушными детьми. А мама вступилась за них, представляешь? Сказала, что они её внуки и никто не смеет их обижать.
Арина недоверчиво посмотрела на золовку:
— Дина Геннадьевна это сказала?
— Да, — кивнула Алла. — Николай разозлился и сказал, что если так, то их отношениям конец. И уехал. А у мамы давление подскочило, она вызвала скорую.
Эта история казалась Арине очень странной. Дина Геннадьевна никогда раньше не защищала внуков так яро. Скорее наоборот, всегда была первой, кто их критиковал.
— Можно её увидеть? — спросил Сергей.
— Пока нет, — Алла покачала головой. — Врач сказал, ей нужен покой. Но завтра разрешат. Кстати, — она понизила голос, — мама говорила, что у тебя повышение на работе?
— Да, — кивнул Сергей.
— Поздравляю! — Алла широко улыбнулась. — Наконец-то. А то сколько можно в этой тесной квартире ютиться? Теперь сможете что-то побольше снять.
— Мы не снимаем, — поправила её Арина. — Мы взяли ипотеку.
— Ой, ну какая разница, — отмахнулась Алла. — Главное, что теперь будет больше денег. Кстати, раз такое дело... Мама собиралась с вами поговорить, но сейчас она в больнице, так что я сама скажу. В общем, я переезжаю к маме.
— Зачем? — удивился Сергей. — У тебя же своя квартира.
— Квартирка, — поправила его Алла. — Крохотная. А мне скоро понадобится больше места, — она многозначительно положила руку на живот.
— Так ты правда беременна? — спросил Сергей, с удивлением глядя на сестру.
— Уже четвёртый месяц, — Алла гордо улыбнулась. — Скоро будет видно. А маме нужна помощь, особенно сейчас, после этого нервного срыва.
— Поздравляю, — Арина попыталась улыбнуться, но улыбка вышла натянутой. — А отец ребёнка?..
— Мы расстались, — Алла махнула рукой. — Не сошлись характерами. Но ничего, справимся и без него. Правда, мама?
Арина и Сергей обернулись. В коридоре, опираясь на стену, стояла Дина Геннадьевна. Она была бледна, но держалась прямо.
— Мама! — воскликнул Сергей, бросаясь к ней. — Тебе нельзя вставать!
— Я в порядке, — отмахнулась Дина Геннадьевна. — Врачи как всегда преувеличивают.
— Вы должны отдыхать, — сказала Арина.
Дина Геннадьевна окинула её холодным взглядом:
— Не указывай мне, что делать.
— Я не указываю, просто беспокоюсь...
— Можешь не беспокоиться. Я ещё вас всех переживу, — Дина Геннадьевна повернулась к сыну: — Сергей, нам нужно поговорить. Наедине.
Сергей бросил извиняющийся взгляд на жену:
— Я быстро.
Арина осталась в коридоре с Аллой, которая демонстративно отвернулась и уткнулась в телефон. Через десять минут Сергей вернулся. Его лицо было напряжённым.
— Поехали домой, — сказал он, не глядя на Арину. — Мама в порядке, её завтра выпишут.
В машине Арина не выдержала:
— Что она тебе сказала?
Сергей долго молчал, сосредоточившись на дороге. Наконец произнёс:
— Мама считает, что нам больше не стоит оставлять детей с ней.
— Что? — Арина не верила своим ушам. — Но почему? Из-за этого Николая?
— Нет. Она сказала, что ты была у неё и... оскорбила её. Выставила какие-то ультиматумы.
— Что?! — Арина была так возмущена, что едва могла говорить. — Я просто попросила её быть добрее к детям! Какие ультиматумы?
— Она сказала, ты назвала её плохой бабушкой и угрожала, что не дашь видеться с внуками, если она не будет выполнять твои требования.
— Это ложь! — Арина не могла поверить в происходящее. — Почему ты веришь ей, а не мне?
— Я не знаю, кому верить, — устало сказал Сергей. — Вы обе говорите разные вещи.
— Серёжа, я твоя жена. Неужели ты думаешь, что я могла такое сказать твоей матери?
Сергей не ответил, и это молчание больно ранило Арину. Остаток пути они проехали в тишине.
***
На следующей неделе Сергей уехал в свою первую командировку после повышения. Арине пришлось взять отгулы на работе, чтобы сидеть с детьми. Начальница была недовольна, но пошла навстречу, учитывая обстоятельства.
Неожиданно днём позвонила подруга и коллега Арины, Марина:
— Слушай, я только что видела твою свекровь в кафе на Ленина.
— И что? — Арина не понимала, почему Марина звонит из-за такой мелочи.
— Она была с каким-то мужчиной. Солидный такой, хорошо одетый. И они вроде как... мирились.
— В каком смысле?
— Ну, он ей цветы подарил. И кольцо. По-моему, это было помолвочное кольцо. А потом они целовались. И твоя свекровь выглядела очень счастливой.
Арина нахмурилась:
— Странно. Алла говорила, что они поругались.
— Может, помирились? В любом случае, они выглядели как парочка, у которой всё в порядке.
После этого звонка Арина не могла перестать думать о странном поведении Дины Геннадьевны. Что-то здесь не складывалось.
Вечером позвонил Сергей:
— Как вы там?
— Нормально, — Арина решила не рассказывать мужу о звонке Марины. Ещё подумает, что она следит за его матерью. — Дети скучают по тебе.
— Я тоже, — в голосе Сергея слышалась усталость. — Кстати, мама звонила.
— И что она сказала?
— Она обеспокоена тем, что Алла будет жить с ней. Говорит, у неё слишком маленькая квартира для двух взрослых и будущего ребёнка.
— И что она предлагает?
— Она подумывает переехать к Николаю Степановичу. Говорит, они помирились.
— Вот как, — протянула Арина, вспоминая слова Марины. — А как же Алла?
— Алла тоже переедет туда. Там большой дом, места хватит всем.
Что-то в этой истории казалось Арине очень подозрительным. Зачем Дине Геннадьевне врать о ссоре с Николаем? И почему она так резко изменила своё отношение к внукам?
***
Когда Сергей вернулся из командировки, Арина решила поговорить с ним об этих странностях.
— Я думаю, твоя мама что-то задумала, — сказала она.
— Например? — Сергей выглядел скептически.
— Не знаю точно. Но все эти внезапные изменения... Сначала она очень плохо относится к детям, потом вдруг защищает их перед Николаем. Сначала говорит, что они поссорились, потом — что помирились. И теперь этот переезд...
— Арина, моя мама имеет право строить свою жизнь, как хочет.
— Дело не в этом, — Арина покачала головой. — Просто мне кажется, что она что-то скрывает. И это как-то связано с детьми.
Сергей вздохнул:
— Давай не будем гадать. Если мама хочет переехать к Николаю и забрать с собой Аллу — это её дело. Лично я только рад, что ей не придётся жить одной.
Арина хотела возразить, но поняла, что у неё нет никаких доказательств своим подозрениям. Только интуиция, которая кричала: что-то здесь не так.
***
Через неделю Дина Геннадьевна пригласила их на ужин. «Важное объявление», — сказала она по телефону.
— Я выхожу замуж, — торжественно объявила она, когда они собрались за столом. — Николай Степанович сделал мне предложение.
— Поздравляю, мама, — Сергей выглядел искренне обрадованным. — Я рад за тебя.
— Спасибо, сынок, — Дина Геннадьевна улыбнулась, но её улыбка не коснулась глаз. — А ещё мы с Николаем решили, что после свадьбы я перееду к нему. И Алла тоже.
— Я уже подала объявление о сдаче своей квартиры, — вставила Алла. — Так что с первого числа я официально переезжаю к маме и Николаю.
— У вас ведь будет отдельная комната для ребёнка? — спросил Сергей.
— Конечно, — кивнула Дина Геннадьевна. — В доме Николая шесть комнат. Места хватит всем.
Она сделала паузу и добавила, глядя на внуков:
— И вашим детям тоже найдётся комната. Если захотите приезжать в гости.
Даня, который до этого хмуро смотрел в тарелку, вдруг оживился:
— Правда? А там есть качели?
— Будут, — пообещала Дина Геннадьевна. — Николай обещал установить в саду и качели, и горку.
— А собаку заведёте? — спросил мальчик. — Я всегда хотел собаку!
— Не знаю насчёт собаки, — Дина Геннадьевна поджала губы. — Но кошка у Николая уже есть. Персидская, очень красивая.
Даня просиял:
— Круто! Мам, пап, можно мы будем ездить к бабушке в новый дом?
Арина переглянулась с Сергеем. Что-то в этой идиллической картине казалось ей фальшивым.
— Конечно, будете, — ответил за них Дина Геннадьевна. — Как только мы с Николаем обустроимся, сразу вас пригласим. Правда, Аллочка?
— Конечно, — Алла улыбнулась, но в её глазах Арина заметила странный блеск. — У нас будет настоящая семья.
***
После ужина, когда Арина укладывала детей спать, Даня вдруг сказал:
— Мам, а ты знаешь, что бабушка любит нас?
— Конечно, любит, — автоматически ответила Арина, хотя всегда сомневалась в этом.
— Нет, по-настоящему любит, — настаивал Даня. — Она мне сегодня сказала, что я самый лучший внук. И что у Аллиного ребёнка обязательно будет пример для подражания — я.
Арина удивлённо посмотрела на сына:
— Она так и сказала?
— Да! И ещё сказала, что я умный и сильный. И что она гордится мной.
Это было так непохоже на Дину Геннадьевну, что Арина засомневалась, не придумал ли всё это Даня. Но мальчик выглядел абсолютно искренним.
— А что она сказала про Лилю?
— Что она самая красивая принцесса на свете, — Даня закатил глаза. — Девчачьи глупости.
Арина поцеловала сына в лоб:
— Спи, мой хороший. Завтра рано вставать.
Выйдя из детской, она застала Сергея разговаривающим по телефону. Судя по его тону, это был неприятный разговор.
— Хорошо, мама. Я понял, — сказал он и отключился.
— Что случилось? — спросила Арина.
Сергей провёл рукой по волосам:
— Мама хочет, чтобы я был шафером на её свадьбе.
— А в чём проблема?
— Свадьба через две недели. В тот же день, когда у меня важное совещание с иностранными партнёрами.
— Ты не можешь пропустить?
— Нет, — Сергей покачал головой. — От этого совещания зависит мой контракт. Я объяснил маме, но она сказала, что я выбираю работу вместо неё. И что ей очень обидно.
— Она не может перенести свадьбу?
— Говорит, что все договорённости уже сделаны. К тому же, у Николая какие-то планы на отпуск сразу после свадьбы.
Арина задумалась:
— Не кажется ли тебе странным, что она так торопится? Они ведь знакомы всего несколько месяцев.
— Арин, им обоим за пятьдесят. Зачем тянуть? — Сергей вздохнул. — В любом случае, я не смогу быть на свадьбе. И мама теперь обижена.
— Мы с детьми можем пойти, — предложила Арина, хотя сама идея провести весь день рядом с Диной Геннадьевной её не радовала.
— Правда? — Сергей с надеждой посмотрел на жену. — Ты бы очень меня выручила.
— Конечно. Мы же семья, — Арина обняла мужа, но внутри её продолжали грызть сомнения.
***
День свадьбы Дины Геннадьевны выдался солнечным и тёплым. Арина нарядила детей в их лучшую одежду и постаралась выглядеть презентабельно сама. Они приехали в ЗАГС заранее, но Дины Геннадьевны там ещё не было.
— Тётя Арина! — Алла помахала им от входа. Она была в элегантном платье, которое скрывало её уже заметный животик. — Вы пришли! А где Серёжа?
— У него важное совещание, — ответила Арина. — Он очень сожалеет.
— Мама будет расстроена, — Алла покачала головой. — Она так надеялась, что вся семья соберётся.
— Я передам ей поздравления от Сергея. И подарок, — Арина показала на большую коробку, которую держала в руках.
— Ладно, идёмте внутрь. Они скоро приедут.
В ЗАГСе уже собрались гости — в основном подруги Дины Геннадьевны и коллеги Николая Степановича. Дети начали скучать почти сразу, особенно Лиля, которая капризничала и просилась домой.
Наконец появились жених и невеста. Дина Геннадьевна была в строгом светло-бежевом костюме, а Николай Степанович — в тёмно-сером. Они держались за руки и выглядели вполне счастливыми.
Церемония прошла быстро. Когда пришло время поздравлять новобрачных, Арина с детьми подошли одними из последних.
— Поздравляю вас, — Арина протянула свекрови коробку. — От нас с Серёжей.
— Спасибо, — сухо ответила Дина Геннадьевна. Её взгляд смягчился только когда она посмотрела на внуков: — А вот и мои золотые. Как вы сегодня красивы!
— Бабушка, а мы правда будем приезжать к тебе в новый дом? — спросил Даня.
— Конечно, дорогой. Как только мы вернёмся из свадебного путешествия, сразу же вас пригласим.
Арина заметила, что Николай Степанович при этих словах слегка нахмурился, но ничего не сказал.
После ЗАГСа был банкет в небольшом ресторане. Арина сидела с детьми отдельно от основного стола и чувствовала себя не в своей тарелке. Все эти люди были чужими, и единственным знакомым лицом была Алла, которая, впрочем, почти не подходила к ним, занятая ролью распорядительницы торжества.
Ближе к концу вечера, когда дети уже устали и начали капризничать, Дина Геннадьевна подошла к их столику:
— Арина, можно тебя на минутку?
Они отошли в сторону, и Дина Геннадьевна сказала:
— Я хочу тебя кое о чём попросить.
— Слушаю, — Арина напряглась.
— Николай и я... мы решили начать новую жизнь. Без лишних обязательств и проблем, — Дина Геннадьевна говорила медленно, подбирая слова. — И я бы хотела, чтобы вы с Сергеем... ну, дали нам время обустроиться. Прежде чем приезжать с детьми.
— Сколько времени? — спросила Арина.
— Ну, месяц... или два, — Дина Геннадьевна не смотрела ей в глаза. — Понимаешь, Николай не очень привык к детям. Ему нужно время адаптироваться.
— А как же ребёнок Аллы? Он ведь тоже будет жить с вами.
— Это другое, — Дина Геннадьевна махнула рукой. — Он ещё не родился. К тому времени Николай уже привыкнет к новой обстановке.
Арина внимательно посмотрела на свекровь:
— Скажите честно, вы просто не хотите видеть наших детей?
— Что за глупости! — Дина Геннадьевна возмутилась. — Я люблю своих внуков. Просто сейчас не самое подходящее время.
— А когда будет подходящее?
— Я не знаю, Арина. Но я тебе позвоню, когда мы будем готовы.
С этими словами Дина Геннадьевна вернулась к гостям, оставив Арину в недоумении.
***
— Она просто попросила дать им время обустроиться, — объясняла Арина Сергею, когда они обсуждали свадьбу вечером. — Но что-то в этом есть странное.
— Что именно? — Сергей выглядел усталым после долгого рабочего дня.
— Не знаю. Может, то, что она внезапно так сильно полюбила наших детей, а теперь просит держаться на расстоянии?
— Арин, моя мама только что вышла замуж. Естественно, ей нужно время, чтобы освоиться в новой роли. Это нормально.
— А как насчёт Аллы и её ребёнка? Им тоже нужно время?
Сергей вздохнул:
— Алла — её дочь. И она ждёт ребёнка, ей нужна поддержка. Это другое.
Арина хотела сказать, что разница только в том, что Аллу Дина Геннадьевна любит, а их детей — нет, но промолчала. Сергей и так был раздражён из-за напряжённого дня.
В следующие недели жизнь вошла в новое русло. Сергей был занят на работе, часто задерживался и ездил в командировки. Арина жонглировала между работой и детьми, стараясь всё успевать. От Дины Геннадьевны не было никаких вестей, кроме редких звонков Сергею, в которых она рассказывала, как хорошо им с Николаем живётся в загородном доме.
Однажды вечером, когда Арина укладывала Лилю спать, девочка вдруг спросила:
— Мама, а почему бабушка нас больше не любит?
— С чего ты взяла, что она вас не любит? — Арина старалась говорить спокойно.
— Даня сказал, что бабушка нас не хочет видеть, потому что мы плохие.
— Это неправда, солнышко. Бабушка вас любит. Просто у неё сейчас много дел с новым домом и мужем.
Лиля кивнула, но Арина видела, что девочка не поверила. И в этот момент Арина решила: хватит. Нужно выяснить, что происходит.
На следующий день она отпросилась с работы пораньше и поехала к загородному дому Николая Степановича. Адрес ей подсказал Сергей, который был там однажды, ещё до свадьбы.
Дом оказался внушительным двухэтажным особняком с большим ухоженным садом. У ворот стояли две машины — Дины Геннадьевны и ещё одна, незнакомая.
Арина позвонила в домофон, и через минуту в динамике раздался голос Аллы:
— Кто там?
— Это Арина. Я могу поговорить с Диной Геннадьевной?
— Её нет дома, — быстро ответила Алла.
— А когда она вернётся?
— Не знаю. Они с Николаем поехали за покупками.
— Но её машина здесь, — заметила Арина.
На том конце повисла пауза, затем Алла неохотно сказала:
— Хорошо, заходи. Код от ворот 2580.
Арина набрала код, и ворота открылись. Пройдя через сад, она подошла к входной двери, которую уже открывала Алла.
— Что ты здесь делаешь? — спросила золовка, не скрывая недовольства.
— Я хочу поговорить с твоей мамой.
— Я же сказала, её нет.
— Тогда я подожду.
Алла нехотя пропустила Арину в дом. Внутри было просторно и богато обставлено: антикварная мебель, дорогие ковры, картины на стенах.
— Можешь подождать в гостиной, — Алла указала на дверь слева. — Только не шуми, у меня голова болит.
Арина вошла в гостиную и замерла. На диване сидела Дина Геннадьевна и разговаривала с каким-то мужчиной. Это был не Николай Степанович.
— Извините, — Арина чувствовала себя неловко. — Алла сказала, вас нет дома.
Дина Геннадьевна вскочила с дивана, её лицо исказилось от гнева:
— Что ты здесь делаешь?
— Я хотела поговорить с вами. О детях.
— О каких ещё детях? — вмешался незнакомый мужчина. — Дина, что происходит?
— Ничего, Валерий, — Дина Геннадьевна нервно улыбнулась. — Это... соседка. Она уже уходит.
— Я не соседка, — возразила Арина. — Я ваша невестка. И мать ваших внуков.
Мужчина удивлённо посмотрел на Дину Геннадьевну:
— Внуков? Каких внуков? Ты говорила, у тебя только Аллочка и её будущий малыш.
В комнате повисла напряжённая тишина. Дина Геннадьевна побледнела и бросила на Арину взгляд, полный ненависти.
— Валерий, подожди меня в кабинете, — сказала она наконец. — Нам с соседкой нужно кое-что обсудить.
Когда мужчина вышел, Дина Геннадьевна набросилась на Арину:
— Ты всё испортила! Зачем ты приехала?
— Кто этот человек? — спросила Арина. — И где Николай Степанович?
— Не твоё дело!
— Моё, если вы лгали нам всё это время. Вы вообще замужем?
Дина Геннадьевна скривилась:
— Конечно, замужем. За Николаем. Валерий — его деловой партнёр.
— Тогда почему вы солгали ему, что у вас нет других внуков, кроме будущего ребёнка Аллы?
— Я не лгала, — Дина Геннадьевна отвела взгляд. — Просто не упоминала.
— Почему?
Дина Геннадьевна молчала, но в комнату вошла Алла:
— Потому что твои дети не вписываются в нашу новую жизнь, — сказала она прямо. — Валерий — наш шанс на лучшую жизнь. Он влюблён в маму и готов о ней заботиться. А ещё он любит детей и хочет, чтобы я и мой ребёнок жили с ними.
— А Николай Степанович? — Арина чувствовала, что её затягивает в какую-то безумную историю.
— Николай просто помог нам организовать свадьбу, — пожала плечами Алла. — Он друг семьи и согласился сыграть роль жениха. За определённую сумму, конечно.
— То есть свадьба была фальшивой? — Арина не могла поверить своим ушам.
— Официально нет, — вмешалась Дина Геннадьевна. — Все документы настоящие. Просто Николай согласился через месяц подать на развод «по обоюдному согласию». К тому времени мы с Валерием уже планировали быть вместе.
— Но зачем весь этот спектакль?
— Потому что Валерий — важный человек в городе. У него репутация. Он не мог просто так сойтись с разведённой женщиной с взрослыми детьми. А вот если я буду вдовой или разведённой со свежим браком — это другое дело.
Арина покачала головой:
— И вы скрывали наших детей, чтобы... что? Чтобы он думал, что у вас только один внук — от Аллы?
— Валерий не очень любит шумных детей, — вступила Алла. — А твои дети шумные. И потом, мама хотела начать всё с чистого листа. Новая жизнь, новая семья.
— Без нас, — горько усмехнулась Арина.
— Серёжа всегда будет моим сыном, — сказала Дина Геннадьевна. — Но вы с детьми... Извини, но вы не вписываетесь в мою новую жизнь.
В этот момент Арина поняла, что все подозрения были верны. Дина Геннадьевна никогда не любила её и детей. И сейчас она просто воспользовалась шансом избавиться от них.
— Вы поэтому говорили детям, что они «неправильные» внуки? Готовили почву, чтобы потом бросить их?
— Я никогда такого не говорила! — возмутилась Дина Геннадьевна. — Это всё твои выдумки!
— Даня сам слышал, как вы говорили Алле по телефону, что она родит вам «нормальных» внуков, не то что наши дети, — Арина почувствовала, как внутри поднимается волна гнева. — Вы намеренно унижали моих детей, а теперь просто вычеркнули их из своей жизни.
Дина Геннадьевна сложила руки на груди:
— Послушай, Арина. Я немолодая женщина. У меня последний шанс устроить свою жизнь. Валерий — состоятельный, уважаемый человек. С ним у меня и Аллы будет всё, о чём мы мечтали.
— И ради этого вы готовы отказаться от собственных внуков?
— Я не отказываюсь! — повысила голос Дина Геннадьевна. — Просто... нам нужно время. Потом, когда всё уладится с Валерием, мы что-нибудь придумаем.
— То есть вы собираетесь скрывать от него существование Сергея, меня и наших детей? — Арина не верила своим ушам. — Как долго?
Дина Геннадьевна и Алла переглянулись.
— Столько, сколько потребуется, — жёстко сказала Алла. — И если ты сейчас всё испортишь...
В этот момент в гостиную вошёл тот самый мужчина — Валерий.
— Что здесь происходит? — спросил он, переводя взгляд с одной женщины на другую. — Дина, почему эта женщина назвала себя твоей невесткой? И что за разговоры о внуках?
Дина Геннадьевна побледнела:
— Валерий, я могу объяснить...
— Надеюсь, — холодно произнёс он. — Потому что мне кажется, ты многое от меня скрывала.
Повисла тяжёлая пауза. Арина посмотрела на растерянное лицо свекрови и вдруг поняла: вот он, её шанс отомстить за все эти годы унижений и пренебрежения. Одно слово — и весь карточный домик Дины Геннадьевны рухнет.
Но вместо этого она спокойно сказала:
— Извините за беспокойство. Я ошиблась адресом. Искала свою знакомую, которая недавно переехала в этот район.
Валерий с сомнением посмотрел на неё:
— Но вы назвали эту женщину свекровью.
— Правда? — Арина изобразила удивление. — Нет, вы ослышались. Я сказала «Вы не Нина Петровна?» Извините ещё раз за вторжение. Уже ухожу.
Она направилась к выходу, чувствуя на себе изумлённые взгляды Дины Геннадьевны и Аллы. У самой двери её догнала свекровь:
— Почему? — тихо спросила она.
Арина обернулась и произнесла так, чтобы слышала только Дина Геннадьевна:
— Не ради вас. Ради детей. Им не нужна бабушка, которая стыдится их существования.
С этими словами она вышла из дома.
***
По дороге домой Арина не могла сдержать слёз. Все эти годы она надеялась, что со временем отношения со свекровью наладятся. Что Дина Геннадьевна полюбит внуков, примет её как невестку. Но теперь стало ясно: этого никогда не произойдёт.
Дома она застала Сергея, который вернулся с работы раньше обычного и играл с детьми.
— Ты плакала? — встревоженно спросил он, увидев её заплаканное лицо.
— Нам нужно поговорить, — Арина кивнула в сторону кухни. — Наедине.
Когда они остались одни, она рассказала мужу обо всём, что узнала. О фальшивой свадьбе с Николаем, о настоящих планах Дины Геннадьевны с Валерием, о том, как его мать решила вычеркнуть их из своей жизни.
Сергей слушал, не перебивая, но его лицо с каждым словом становилось всё бледнее.
— Ты уверена? — спросил он, когда Арина закончила. — Может, ты что-то не так поняла?
— Серёжа, я слышала это из уст твоей матери и сестры. Они сами всё признали.
Сергей долго молчал, переваривая информацию. Наконец произнёс:
— Я поговорю с ней.
— Зачем? — устало спросила Арина. — Она всё равно выберет свою новую жизнь. Без нас.
— Это моя мать, — твёрдо сказал Сергей. — И если то, что ты рассказала — правда, мне нужно услышать это от неё.
***
На следующий день Сергей поехал к матери. Вернулся он поздно вечером, когда дети уже спали. Его лицо было осунувшимся, а глаза — потухшими.
— Ты был прав, — тихо сказал он, глядя в пустоту. — Всё именно так, как ты рассказала.
Арина молча обняла мужа, понимая, как ему сейчас больно.
— Она даже не извинилась, — продолжил Сергей после паузы. — Сказала, что имеет право на счастье. Что я взрослый и должен понять.
— А Алла?
— Она полностью поддерживает мать. Говорит, что Валерий — их шанс на лучшую жизнь, и они не позволят нам всё испортить.
— Что ты им ответил?
— Что они больше не моя семья, — Сергей посмотрел Арине в глаза. — Моя семья — это ты и наши дети. И если мать не может это принять, то это её выбор и её потеря.
Арина крепче обняла мужа, чувствуя, как по её щекам снова текут слёзы. Но теперь это были слёзы облегчения. Впервые за все годы их брака Сергей однозначно встал на её сторону.
***
Прошло три месяца. Жизнь постепенно налаживалась. Сергей полностью погрузился в работу и заботу о семье. Он больше не упоминал о матери и сестре, хотя Арина иногда замечала тень грусти в его глазах.
Дети тоже привыкали к новой реальности без бабушки. Даня поначалу спрашивал, почему они больше не ездят в гости к Дине Геннадьевне, но постепенно эти вопросы прекратились. Лиля, казалось, вовсе забыла о существовании бабушки.
Однажды утром, когда они завтракали всей семьёй, раздался звонок в дверь.
— Я открою, — сказал Сергей, вставая из-за стола.
Через минуту он вернулся на кухню, а за ним вошла... Дина Геннадьевна. Она выглядела осунувшейся и постаревшей.
— Здравствуйте, — неуверенно сказала она.
Дети замерли, глядя на внезапно появившуюся бабушку. Арина напряглась, готовая защищать их, если понадобится.
— Что ты здесь делаешь? — холодно спросил Сергей.
— Я... хотела поговорить, — Дина Геннадьевна переминалась с ноги на ногу, явно чувствуя себя неуютно. — Со всеми вами.
— Зачем? — Арина не могла скрыть враждебности. — У вас же новая жизнь.
— Была, — горько усмехнулась Дина Геннадьевна. — Валерий узнал правду. О вас, о детях. О том, что я скрывала. И он... ушёл.
— И теперь ты вспомнила о нас? — в голосе Сергея слышалась боль. — Теперь мы снова нужны тебе?
— Я знаю, что поступила ужасно, — Дина Геннадьевна опустила глаза. — Я не прошу прощения. Просто... мне больше некуда идти. Алла тоже ушла, вернулась к отцу своего ребёнка.
— А Николай Степанович? — спросила Арина. — Твой муж.
— Мы развелись, как и планировали, — Дина Геннадьевна горько усмехнулась. — В итоге я осталась одна. В своей старой квартире.
Наступила тяжёлая пауза. Арина смотрела на поникшую свекровь и не могла заставить себя почувствовать жалость. Слишком много боли эта женщина причинила ей и детям.
— Бабушка, а ты принесла подарки? — вдруг спросила Лиля, нарушая тишину.
Дина Геннадьевна вздрогнула:
— Нет, милая. Я не принесла подарки. Я пришла... извиниться.
— За что? — невинно спросила Лиля.
— За то, что была плохой бабушкой, — тихо ответила Дина Геннадьевна, и в её глазах блеснули слёзы. — За то, что говорила нехорошие вещи. За то, что не любила вас так, как должна была.
Арина и Сергей переглянулись. Такого они от Дины Геннадьевны не ожидали.
— Я могу понять, если вы не хотите меня видеть, — продолжила она. — Я поступила непростительно. Но я хотела, чтобы вы знали: я осознала свою ошибку. И мне очень жаль.
Сергей посмотрел на жену, безмолвно спрашивая её мнение. Арина вздохнула. Часть её хотела прогнать эту женщину, которая причинила им столько боли. Но другая часть понимала: как бы ни было тяжело, Дина Геннадьевна — единственная бабушка для их детей.
— Вы можете остаться на завтрак, — наконец сказала она. — А потом мы подумаем, что делать дальше.
Дина Геннадьевна благодарно кивнула и неуверенно села за стол. Даня смотрел на неё с любопытством, а Лиля продолжала есть кашу, как ни в чём не бывало.
— Знаешь, что самое странное? — тихо сказала Арина, когда Сергей наклонился к ней. — Я до сих пор не могу простить ей всё, что она сделала. Но я хочу, чтобы у детей была бабушка. Даже такая.
— Я понимаю, — Сергей сжал её руку. — Спасибо тебе.
Когда завтрак закончился, и дети убежали в свою комнату, Арина осталась наедине с Диной Геннадьевной.
— Почему вы всё-таки пришли? — прямо спросила она. — Правда ли только потому, что остались одна?
Дина Геннадьевна долго молчала, собираясь с мыслями.
— Не только, — наконец произнесла она. — Когда Валерий ушёл, я осталась совсем одна. И впервые поняла, каково это — когда тебя отвергают. Когда ты больше не нужна. И я подумала... может, так чувствовали себя мои внуки все эти годы? Может, я причиняла им такую же боль?
Она подняла глаза на Арину:
— Я правда хочу измениться. Стать лучше. Если вы дадите мне шанс.
Арина встала из-за стола:
— Я не могу обещать, что всё будет как прежде. Слишком много было сказано и сделано. Но ради детей... мы можем попробовать начать сначала.
В этот момент в кухню вбежал Даня:
— Мама, папа сказал, мы едем в парк! Бабушка тоже поедет с нами?
Арина посмотрела на Дину Геннадьевну и после паузы кивнула:
— Да, если бабушка хочет.
— Очень хочу, — впервые за весь разговор Дина Геннадьевна улыбнулась по-настоящему.
Даня радостно хлопнул в ладоши и убежал собираться. Когда он скрылся за дверью, Дина Геннадьевна повернулась к Арине:
— Знаешь, что я поняла за эти месяцы одиночества? Ни деньги, ни статус, ни даже собственная гордость не стоят того, чтобы терять семью.
— А вы раньше думали иначе, — это был не вопрос, а утверждение.
— Да, — честно призналась Дина Геннадьевна. — Я считала, что заслуживаю лучшего. Что мои внуки должны быть какими-то особенными. Но теперь я понимаю: они и так особенные. Просто потому, что они мои внуки.
Арина долго смотрела на свекровь, пытаясь понять, искренни ли её слова.
— Ну ничего, дочь мне нормальных внуков родит, — вдруг произнесла она, повторяя фразу, которую когда-то бросила свекрови в лицо. — Помните эти слова?
Дина Геннадьевна опустила голову:
— Помню. И мне стыдно за них.
— Хорошо, — кивнула Арина. — Потому что мои дети и есть нормальные. Они самые лучшие. И если вы хотите быть частью их жизни, вам придётся это принять.
— Я принимаю, — тихо сказала Дина Геннадьевна. — Теперь принимаю.
В комнату вошёл Сергей с детьми, уже одетыми для прогулки.
— Ну что, все готовы? — спросил он, переводя взгляд с жены на мать.
Арина и Дина Геннадьевна обменялись долгим взглядом.
— Готовы, — наконец ответила Арина. — Идём в парк.
Она знала, что впереди долгий путь к настоящему примирению. Знала, что не сможет быстро забыть всё причинённое зло. Но ради детей, ради их счастливого детства, она была готова попытаться. Не простить — пока нет. Но дать шанс. Шанс стать настоящей семьёй, где нет места обидам и унижениям, где каждый ценит и уважает друг друга.
И может быть, со временем, рана начнёт затягиваться.
***
Октябрь укутал город золотом опавших листьев. Прошло два года с тех событий, и отношения в семье Муратовых наладились. Арина часто думала, как важно уметь прощать, но не забывать уроки прошлого. Однажды, выбирая на рынке тыкву для осеннего пирога, она услышала знакомый голос. Обернувшись, увидела бывшую коллегу Татьяну — ту самую, что когда-то рассказала ей о странном поведении свекрови. "Арина, как я рада тебя видеть! Знаешь, мне нужно рассказать тебе нечто важное... о твоей свекрови", читать новый рассказ...