первая часть
Пироги были восхитительными: со свежим луком и яйцами, квашеной капустой и чем-то ещё, что Лизка так и не смогла определить. Выпечка таяла во рту, разливая по телу блаженство.
— Вкус настоящего счастья, не правда ли? — подмигнула баба Зоя.
И действительно, Лизка всем телом ощущала что-то совершенно новое, волшебное и всеобъемлющее. Все страхи и тревоги испарились, забылся конфликт на работе, бывший муж-алкоголик, а добродушная бабуля уже не вызывала ни малейших подозрений. Казалось, будто Мухина знает её всю жизнь.
— Когда-то все меня тут любили и уважали, — начала баба Зоя. — Так уж получилось, что мой путь — дарить счастье другим. Своим счастьем я особо не обзавелась. Муж погиб на войне, а единственный сын при первой возможности уехал в город, деньги зарабатывать, да и то не самым честным способом. О своём даре я узнала, когда получила похоронку. До этого жила обычной крестьянской жизнью, а потом стала людям помогать: приходили, слушали советы — кто-то обретал счастье.
— Но не все. Многим кажется, что достаточно выслушать совет, и всё само собой сложится. А ведь усилия нужно приложить, не идти наперекор судьбе. Увы, человеческая натура такова — каждый уверен, что знает лучше, и идёт против того, что ему высшие силы подарить готовы. Вот и Коленька таким был. Я внука любила больше жизни. Петька его привёз совсем маленьким, жена умерла, а малышу не было места в жизни — мешал богатеть.
Коленька жил тут, пока не исполнилось семнадцать. Он знал о моём даре, видел, как за помощью приходили, но сам ничего не просил. Говорил: "Бабушка, я и так счастлив", но, повзрослев, понял, что в деревне ему делать уже нечего. Я ему тогда посоветовала ехать в город и поступать на врача: умный был, не чета местным. Так и сделал, всё у него складывалось.
В двадцать четыре года Коля вернулся и попросил помощи: хотел жениться, но семья девушки была против, а я видела, что счастья ему с ней не будет. Я видела также, с кем будет — это была знаменитая молодая актриса Алла Зуева, твоя мама. По моей картинке должна была у них быть отличная семья — любовь, достаток, умная дочь. Коля поехал искать Аллу, нашёл, да только испугался, что получится не так, как сказано.
Алла забеременела, а Коля струсил — сбежал. С тех пор всё у него покатилось вниз: карьера рушилась, в личной жизни проблемы, денег не было, перестройка… Сколько бы он ни просил меня помочь — я не могла. Как ни крути, по судьбе счастье было только с Аллой. Даже ездил к ней, дочку видел, фотокарточку всю жизнь хранил.
Алла его не приняла, прогнала, даже на порог не пустила: гордая. Так и мучился мой внук. Женился на той первой девушке — дети родились, но счастья, так и не появилось. Жена ненавидела, пилила, детей против настраивала, а потом Бог отпустил мне срок. Коля приехал на похороны. Впрочем, умерла только физическая оболочка, а душа осталась здесь; видеть её могут не все, только кто позволю.
— То есть вы мертвы? — усмехнулась Лизка, прекрасно понимая, что перед ней просто выжившая из ума, но вполне живая старуха.
— Думай как хочешь, — засмеялась баба Зоя, — но ты не просто так здесь оказалась. Колька счастья не нашёл, но на том свете ему обещан покой — если тебе дом завещает. А тебе я помочь могу. Ты ещё чиста, не испорчена пороками. Вижу, как мучилась всю жизнь, приехала — как все, в поисках счастья.
— Ага, — фыркнула Лизка. — И как интересно вы мне поможете. Вас даже на самом деле нет, или счастье — это безумие? С ума сойду окончательно — и всё.
— Я подскажу, милая, — хмыкнула Зоя, — только в обмен на обещание.
— Какое?
— Каждый год ты будешь приезжать сюда проведать меня. Скучно без людей, местные боятся, слухи распускают. Не продавай этот дом.
— Да кто его купит? — пожала плечами Лизка.
— Просто прошу: ты ничего не теряешь. Ты моя правнучка, я и без условий помогу, но хочется видеть хоть одну родную душу.
— Ладно, и что мне делать? Договор подписать?
— Нет. Только знай: если нарушишь обещание, счастье ускользнёт, будто и не было.
— Уже и угрожаете, хотя говорите, что родная кровь…
— Сейчас поедешь обратно в город, — продолжила бабушка, — по дороге у тебя спустит колесо. Не пугайся, ничего страшного. Но первый, кто поможет, пусть дальше едет — с ним будет только горе. А вот второй — держись за него. Он и есть тот, кто перевернёт твою жизнь. Почувствуешь себя живой, любимой, нужной.
— Чушь какая-то! — подумала Лизка. — Хотя ехать сейчас желание нет, дурдом какой-то. Живите, сколько хотите! Может, как-нибудь заеду…
Лизка поблагодарила за угощение и ушла. Уже в машине, увидев неразобранный пакет продуктов, вернулась и оставила его старушке. Та провожать не вышла: лишь силуэт мелькнул в окошке, да дым из трубы исчез.
Громкий хлопок оглушил Лизку: машина резко вильнула и оказалась в кювете.
— Вот чертовщина! — нервно засмеялась Мухина. — Волей-неволей поверишь бабке этой... Немного смущает, что она и маму по имени знала, и меня. Значит, с отцом хотя бы общалась.
— Эй, гражданочка, вам помочь? — возле Лизки остановился сверкавший внедорожник. Из окна высунулось красное лицо толстяка.
— Нет, спасибо, — фыркнула Лизка. — С таким-то я бы точно не поехала! Тут и без советов старухи всё ясно, — подумала она. — Ещё и счёт выставит потом...
Полчаса никто не проезжал. Солнце палило, Лизка уже сто раз пожалела, что отказалась от помощи толстяка. Тут подъехала потрёпанная Нива, из неё выскочил худощавый мужичок и деловито подошёл.
— Домкрат есть? — почесал он затылок.
— Нет, — ответила Мухина, ощущая к мужчине какое-то тепло.
— И запаски нет?
— Нет, запаска уже стояла.
— Ладно, прицеплю трос — садись за руль, дотяну до города.
— Хорошо, — удивилась Лизка.
Мужчина ловко взялся за работу.
— Меня Егор зовут, — кивнул он. Лизка почему-то почувствовала "бабочек" внутри.
— Лизка, — просто представилась она.
— Лизка? Больше бы подошло что-то более серьёзное — Елизавета, например. Такая женщина и просто Лизка?
— Простите, Егор, вы счастливы? — вдруг спросила Мухина, вспомнив наставление бабушки.
— Кто нынче счастлив? — усмехнулся мужчина. — Простите, закурю?
— Конечно, я не спешу.
— Почему спросили?
— Про счастье... — И она вдруг рассказала Егору всё: что с ней произошло, и о Крохово, о встрече с бабушкой.
Стояли они на обочине, под солнцем. Егор только молча кивал, потом вдруг засмеялся:
— Меня тоже сюда не просто так занесло. Я дом себе присмотрел, покупать хочу, но сомневаюсь. Может, покажете ваш? Всё равно жить не будете…
— Почему нет? Дом крепкий, по цене договоримся. Правда, не знаю, что делать со старухой…
— А вы совсем ей не поверили?
— Да ерунда всё это! Хотя, признаюсь, когда вы вышли из машины, у меня внутри что-то дрогнуло.
— А я допускаю, что это может быть правдой, — улыбнулся Егор. — Лизка, а давайте в кафе? Я — не романтик, но если вам счастье со мной сулят, почему бы не рискнуть?
— А давайте! — улыбнулась Мухина, и глаза её вновь стали ярко-голубые. — Тогда, когда приедем в город, продолжим знакомство. Пока садитесь за руль.
Мухина сидела за рулём своей японки, изредка притормаживая, глядя на заднюю дверцу Нивы Егора. Казалось, что из окна выглядывает баба Зоя и улыбается.
Тогда Лизка ещё не знала, какой шаг она делает к своему счастью, но уже планировала свой следующий визит в Крохово.
НОвая история ждет вас в Телеграмм-канале: