— Сынок! — крикнула мать, бросившись ко мне.
— Государыня, назад! — выкрикнул Гавриил. — Мы должны сохранить вашу жизнь!
— Я не уйду без сына! — закричала она, но защитник сгреб ее в охапку, нарушая приказ, и прикрыл собой. По спине доспеха тут же загрохотали выстрелы, высекая искры.
— Это в клятву не входило! Демидовы защитят вас, а вашего сына заберут другие. — снова возразил Гавриил, и не слушая возражений побежал с женщиной на руках к балкону. Раздался звон бьющегося стекла, с той стороны полыхнули огни двигателей, а в длинном коридоре, посередине которого я валялся, продолжилась отчаянная перестрелка.
Мимолетный запах духов сменился едкой вонью пороха, не в силах подняться я валялся, прижавшись щекой к холодному мраморному полу и с удивлением обнаружил что предпринятые мной меры по накачке чакр праной оказались эффективны. Руки хоть и плохо, но уже начали двигаться.
Мышцы, пусть и на минимальном уровне, у тела все же сохранились. Вероятно его как-то обслуживали, может даже делали физиотерапию для коматозников. Судя по убранствам дворца, моя мать могла себе это позволить. Одни гобелены и картины стоили целое состояние. Только вот меня это нисколько не радовало. Будь здание чуть меньше, возможно нам удалось бы покинуть его вместе.
— Смерть заговорщикам! — закричал один из нападавших, бросившись вперед, но не сумев продвинуться и пяти метров. Сразу несколько пуль ударили в гвардейца Суворовых, и тот рухнул, протянув вперед руки. Словно завороженный я смотрел как из раскрывшейся ладони ко мне выкатывается шар гранаты с выдернутой чекой.
Полметра, если она взорвется на таком расстоянии – мне точно конец. Зарычав сквозь зубы, я выгнулся всем телом. Мышцы, не привыкшие даже к минимальным нагрузкам, отозвались болью, но я продолжил ползти. Выбросил вперед руку и едва дотянулся кончиком пальцев до сферы. Еще чуть! Влить энергию души в чакру тела. Есть!