Представьте, что горе — это тяжелый, но необходимый груз. Вы несёте его какое-то время, и он медленно, день за днём, становится легче. А теперь представьте, что вы не можете его отпустить. Вы так к нему привыкаете, что он становится частью вас. Вы начинаете строить вокруг него свой дом, свою личность, своё видение мира. «Я — тот, кто несёт этот груз. Я — тот, кому больно».
Со временем этот груз перестаёт быть просто ношей. Он становится щитом, которым вы отталкиваете других, и мечом, которым вы требуете к себе особого отношения. «Вы должны меня понять, вы должны мне помочь, вы не должны меня осуждать — ведь у меня этот груз». И вот здесь происходит страшная метаморфоза: из страдающего человека вы рискуете превратиться в тирана, искренне верящего в свою правоту.
Сегодня мы поговорим о том, как не-пережитое горе может изменить нас, и почему «моральная праведность» часто оказывается другой стороной психологического насилия.
От боли к правоте: скользкий путь превращения жертвы в абьюзера
Давайте будем честны: горе — эгоистично. И это не плохо, это — естественно. Острая боль утраты заставляет нас сосредоточиться на себе, чтобы выжить. Проблемы начинаются тогда, когда эта временная, защитная эгоцентричность становится постоянным состоянием.
Когда горе не угасает, а становится главным принципом, вокруг которого организована вся жизнь, оно создаёт замкнутую вселенную. В этой вселенной вам больше не нужно обращаться к реальности, не нужно прислушиваться к другим, идти на компромиссы, признавать свои ошибки. Всё, что вам нужно — это ваша боль. Она всё объясняет, всё оправдывает и всё осмысливает.
Вы становитесь морально праведным. А моральная праведность, как точно подметил психолог Самуэль Вакнин, — это всего лишь красивое название для абьюза [1]. Почему? Потому что она даёт вам мнимое право не считаться с чувствами и границами других людей. Ведь вы — «пострадавшая сторона».
Нарцисс как вечная жертва
Чтобы понять этот механизм, давайте посмотрим на фигуру нарцисса. Как это ни парадоксально, но многие нарциссы считают себя жертвами. Их раздутое, грандиозное эго часто зиждется на вере в то, что их не оценили, им навредили, их недолюбили.
Их превосходство — это часто превосходство моральное. Они — «святоши». Они уверены, что занимают высоту добродетели, а все остальные — где-то внизу, в грехе и заблуждении. Эта уверенность и служит им оправданием для оскорбительного, пренебрежительного поведения. «Я могу говорить гадости, могу манипулировать, могу обесценивать — потому что я прав, а вы — нет».
Не-пережитое горе легко может привести вас на эту скользкую дорожку. Почему? Потому что горе, как и травма, снижает способность к сопереживанию. Оно заставляет вас смотреть на мир через узкую щель собственной боли. Вы просто не можете разглядеть, что чувствует другой человек — вы слишком заняты собой. По сути, затяжное горе — это и есть сложная травма [2].
Оправдание плохого поведения
И вот мы подходим к главному. Горе, ставшее идентичностью, начинает оправдывать поведение, которое в ином контексте мы бы назвали вредным, эгоистичным или откровенно абьюзивным.
Узнаёте эти фразы?
- «Я сейчас в трауре, так что делайте мне скидку».
- «Я ещё не отошёл от потери, поэтому веду себя так — и это не моя вина».
- «Ты что, не видишь, что мне плохо? Как ты можешь меня судить?»
Звучит знакомо? Это голос человека, который использует свою боль как валюту и как индульгенцию. Он больше не несёт ответственности за свои слова и поступки, потому что он «горюет».
Конечно, существует определённый процент людей, переживающих настоящее затяжное сложное горе (недавно внесённое в диагностические руководства как «Расстройство в виде затяжной скорби») [2]. И некоторые из них действительно «подсаживаются» на такое нарциссическое оправдание. Их горе становится универсальным объяснением: «Почему я так ужасно поступил? Потому что я горюю».
Именно поэтому горе и состояние вечной жертвы — близкие родственники. Они порождают целые движения, построенные на самовозвеличивании через страдание. «Мы — эмпаты и светлые души, а они — абьюзеры и демоны». Вам не кажется, что деление мира на такие простые категории — это симптом болезни?
Коллективное горе: когда скорбь целого народа становится оружием
Этот механизм работает не только на уровне одного человека. Целые народы и культуры могут годами, десятилетиями, даже веками нести в себе не-пережитое горе, которое формирует их коллективную идентичность и политику.
Возьмём сложный и деликатный пример, который приводит тот же Вакнин, будучи евреем. После Холокоста еврейский народ, без сомнения, пережил чудовищную травму. Были созданы ритуалы и дни памяти, такие как Йом ха-Шоа (День Катастрофы), чтобы почтить память погибших [3].
И здесь важно сделать крайне важное уточнение. Речь не об отрицании Холокоста (его чудовищность неоспорима) и не об умалении страданий. Речь о том, что происходит с коллективной психологией, когда горе из памяти и скорби превращается в действенный политический и социальный инструмент.
Возникает тонкая, но прочная связь между коллективным горем и ощущением особых прав, претензий к миру. Проще говоря, горе может начать использоваться как оружие для оправдания определённых действий: «Весь мир нам должен, потому что с нами случилось такое». Проблема — не в памяти, а в том, когда эта память становится основой для морального превосходства и непогрешимости.
Нарциссическое насилие: главный поставщик не-пережитого горя
Но как же возникает это самое затяжное, сложное горе, которое так деформирует личность? Один из самых мощных источников — отношения с нарциссом.
В 90-х годах психолог Самуэль Вакнин ввёл термин «нарциссическое насилие», и многие тогда спрашивали: «Зачем выдумывать новый термин? Любое насилие — это насилие». Оказалось — не любое. Нарциссическое насилие уникально. Его главная особенность в том, что оно целенаправленно — хотя и неосознанно — порождает у жертвы то самое затяжное сложное горе [1].
Нарцисс — не злодей из комиксов, который строит коварные планы. Его поведение рефлекторно, как у хищника. Он не думает, как причинить вам боль; он просто следует своей природе, как лев следует инстинкту охоты на антилопу. Он — психологический вирус. Он заражает ваше сознание, и этот «вирус» ещё долго производит себя внутри вас после того, как отношения закончились [4].
Зеркальный зал: почему мы влюбляемся в того, кто нас унижает
Как же нарциссу удаётся вызвать такое разрушительное, долгоиграющее горе? Первый и самый коварный механизм звучит невероятно.
Нарцисс позволяет вам испытать любовь к себе.
Для многих жертв нарциссического насилия это становится первым в жизни опытом настоящего самовосхищения. Но здесь — ловушка. Вы влюбляетесь не в реального себя, а в идеализированную, грандиозную версию себя, которую нарцисс отражает вам во время фазы «идеализации».
Представьте, что вас впустили в волшебный Зеркальный зал. Вокруг — тысячи ваших отражений, и все они — прекрасны, умны, совершенны. Кто сможет устоять и не влюбиться в этот блистательный образ? Вы находите себя неотразимым.
Но доступ в этот зал контролирует нарцисс. Только он держит ключ. И в любой момент он может захлопнуть дверь. В один день вы — бог или богиня, на следующий — ничтожество. Эта ломка и есть начало того самого горя. Вы горюете не столько по нарциссу, сколько по тому идеальному себе, которого вы увидели в его зеркалах и которого теперь лишились. Он может включать и выключать вашу любовь к себе, как свет. И это — основа самой сильной психологической зависимости.
Что же делать? Выход из ловушки
Осознание этой связи — первый шаг к исцелению. Если вы узнали в этом описании себя или кого-то из близких, важно понять:
- Ваша боль реальна, но она не должна определять вас. Дайте себе право горевать, но не позволяйте горю стать вашим единственным компасом в жизни.
- Спросите себя: не использую ли я свою боль как оправдание? Честный ответ на этот вопрос может быть неприятным, но он необходим.
- Если вы стали жертвой нарциссического насилия, ваше горе — закономерно. Но его нельзя носить в себе вечно. Работа с психотерапевтом, специализирующимся на травмах и последствиях абьюза, поможет прожить его и вернуться к себе настоящему — не идеальному, но реальному и достойному любви.
Горе — это не дом, в котором нужно жить. Это река, через которую нужно перейти. Как бы ни было трудно, единственный способ сохранить себя и свои отношения с миром — это двигаться вперёд, не превращая свою рану в главную достопримечательность своей души.
Источники, которые помогут погрузиться глубже:
[1] Vaknin, S. — «Malignant Self-Love: Narcissism Revisited» (и многочисленные лекции автора, доступные онлайн, где подробно разбирается связь нарциссизма, горя и абьюза).
[2] American Psychiatric Association. (2013). Diagnostic and Statistical Manual of Mental Disorders (5th ed.). — Для понимания диагнозов Посттравматического стрессового расстройства (ПТСР) и Расстройства в виде затяжной скорби (Prolonged Grief Disorder).
[3] Herman, J. L. (1992). Trauma and Recovery: The Aftermath of Violence--From Domestic Abuse to Political Terror. — Фундаментальная работа о природе травмы и путях её преодоления.
[4] Durkheim, E. (1912). The Elementary Forms of Religious Life. — Классическое исследование о том, как коллективные ритуалы (включая траур) формируют групповую идентичность.
Берегите себя
Всеволод Парфёнов
P.S. История о том, как один мудрец носил своё горе
Говорят, однажды к просветлённому мудрецу пришла женщина, убитая горем. Её единственный сын умер, и она не могла смириться с утратой. Она пришла к мудрецу, держа на руках бездыханное тело, и взмолилась: «Дай мне лекарство, которое исцелит мою боль! Верни его к жизни!»
Мудрец посмотрел на неё с безмерной добротой и сказал: «Хорошо. Я помогу тебе. Но для моего лекарства мне нужна одна вещь. Принеси мне горчичное зерно из дома, в котором никогда не знали горя».
Женщина, воодушевлённая надеждой, тотчас же отправилась в путь. Она стучалась в каждую дверь своей деревни, а потом и соседних. В каждом доме ей с сочувствием и любовью рассказывали истории о потерях, болезнях и разлуках. Она слушала о вдовах, о погибших на войне, об умерших от старости и болезней. Она слушала целый день, а потом ещё один.
К вечеру второго дня она, уставшая, но преображённая, вернулась к мудрецу без горчичного зерна. Она нашла нечто иное. Она нашла понимание. Она нашла общность. Она нашла своё горе, вплетённым в гигантский гобелен всечеловеческой печали. И это знание не стёрло её боль, но лишило её уникальности и, как ни парадоксально, тяжести. Она похоронила сына и продолжила жить, неся его в своей памяти, но перестав нести его как своё единственное оправдание перед миром.
Эта история, как мне кажется, содержит в себе лёгкую провокацию: а не считаем ли мы подчас своё горе самым особенным, самым важным, самым заслуживающим внимания? И тёплый, мудрый юмор ситуации: мудрец, конечно, с самого начала знал, что такого дома не существует. Он не дал женщине волшебную таблетку. Он дал ей работу, которая сама стала исцелением.
Возможно, единственный способ не дать городу стать крепостью, из которой мы стреляем в других своими обидами, — это выйти за его стены. И обнаружить, что все мы, в каком-то смысле, жители одной и той же деревни, где из каждого окна доносится тихая, знакомая каждому песнь утраты. И в этом есть не только печаль, но и огромное утешение. Мы не одни. И наше горе — это не пропуск в клуб избранных страдальцев, а просто билет в общий человеческий хор. И петь в нём, признавая голоса других, — куда легче, чем кричать соло в пустоте.
P.P.S. Небольшое отступление о кнопках, смыслах и нашем общем деле
Говоря о том, как боль может заставить нас замкнуться в себе, я подумал о том, что есть и обратный процесс. Есть жесты, которые, наоборот, соединяют. Самый простой из них — это кнопка «Поддержать», что скромно притаилась под этой статьёй справа.
Почему я о ней? Дело не в сборе средств. Хотя, безусловно, пожертвования — это кислород, который позволяет каналу дышать и развиваться. Но для меня важнее другой, почти алхимический процесс, который они запускают.
Когда я вижу вашу поддержку, это для меня — не финансовый транзакционный сигнал. Это тихий, но очень чёткий щелчок. Щелчок понимания. Знак того, что проделанная работа — поиск научных источников, соединение, казалось бы, далёких идей из психологии и философии, попытка облечь сложные концепции в живые слова — оказалась для вас ценной. Что этот труд принёс кому-то реальную, осязаемую пользу: прояснил ситуацию, дал опору или просто помог почувствовать, что ты не один в своей проблеме.
Именно этот «щелчок» и рождает самый ценный ресурс — интерес. Интерес продолжать копать глубже, искать ещё более точные и ясные формулировки, находить те самые истории и исследования, которые могут пролить свет на ваши вопросы. Ваша поддержка напрямую подпитывает этот цикл: она трансформируется в моё время и энергию, которые я могу посвятить не чему-то другому, а именно этому — нашему с вами общему делу поиска смыслов и понимания.
Так что если этот материал отозвался в вас, и у вас есть возможность и желание откликнуться, знайте: вы нажимаете не просто на кнопку. Вы нажимаете на кнопку «Продолжить этот разговор». И за это — огромная вам благодарность.