Я осознала, что мне стало сложно загадывать желания. И я поняла — почему.
До двадцати пяти лет я была окружена философией ресурсности и важности желаний.
Меня окружали идеи вроде: чтобы что-то получить, нужно этого захотеть. Желания исполняются у тех, кто их загадывает.
Но за последние пять лет я узнала другой взгляд на желания:
Желание — как посредник между человеком и ненасытностью.
Желание — как препятствие к тому, чтобы ощутить, что здесь и сейчас всего уже достаточно, чтобы быть счастливым.
Желание — как ощущение нужды.
Желание — как главный враг на пути к Просветлению.
Желание — как топливо суеты.
Желание — как признак незрелости и инфантильности.
Я встречала мнения разной полярности — от «не стоит слишком увлекаться желаниями, нужно знать меру и ограничивать себя» до «нельзя желать, нужно отрицать все желания, которые приходят».
И все эти идеи оставили во мне след. Я заметила, что, осознавая, что мне чего-то хочется, начинала испытывать стыд — причём непонятно за что. Наверное, все многоликие идеи о том, почему желания плохие, сваливались в однородную кучу.
В конце концов, мне показалось это странным. Почему то, что приходит изнутри, причём с завидной регулярностью, я не исследую, а делаю вид, что этого нет, или отворачиваюсь? Если это уже есть, какой смысл игнорировать? Ведь это пришло ко мне и как-то связано со мной.
Думаю, главный принцип Вселенной — «Ничего не бывает просто так, или у всего есть предназначение». Для меня это значит, что если ткань реальности едина, то всё, с чем мы связаны, мы можем трансформировать, потому что у нас есть взаимосвязь — переплетение нитей, взаимопроникновение.
Второй главный принцип: «Даже самое малое оставляет отпечаток во всём, чего касается». Прочитайте это дважды — и позвольте смыслу осесть.
Это означает, что любое наше действие, включая мысль, создаёт свой импакт: в глобальном смысле — на реальность, а в человеческом масштабе — на будущее, на состояние в моменте, на судьбы окружающих людей.
И, конечно, мы связаны с теми, кого никогда не видели и не увидим. Сегодня вам придётся делать ремонт в своей квартире из-за неизвестного строителя, схалтурившего в своей работе пятьдесят лет назад. Завтра вы наступите на кочку на тротуаре, которую сформировал поднявшийся корень дерева, посаженного жителем города полтора века назад.
К чему это я? Наши желания — сигналы от всего, с чем мы связаны и что происходит вокруг и внутри нас. Эти сигналы такие же информативные и нужные, как и любые другие сигналы. Наш организм разговаривает с нами на языке боли и наслаждения, усталости, ощущений давления, лёгкости, холода и жара. А о наших взаимосвязях с реальностью мы узнаём через эмоции и желания, через образы в снах, через идеи и озарения, через непосредственное восприятие — всматривание и вслушивание.
Если рассматривать желания как материал для самопознания, становится ясно: они — плодородная почва для исследования того, кто мы такие. Где наша принадлежность? В чём наша миссия в этом мире?
У каждого есть важная работа на своём месте — это однозначно. Помните главный принцип № 1?
Думаю, самым разумным и храбрым поступком будет не отрицать свои желания, а исследовать их. То есть сперва — просто услышать свои желания. И пока в той форме, в которой они приходят на поверхности.
К сожалению, никуда не деться от того, что сначала желания чаще всего приходят в банальной форме: «Хочу быть богатой» или «Хочу быть знаменитой». Это ничего страшного. Просто не следует воспринимать их за чистую монету. Это материал для исследования, помните?
Следующая фаза — перевести абстрактное в материальное: «Хочу дом», «Хочу машину», «Хочу посещать рестораны каждый день».
Следующий уровень — конкретика. Нужно понять, каким именно — до мелочей — должен быть желаемый объект или опыт. Можно представить, будто вы пишете сцену для фильма, чтобы художник-постановщик и режиссёр смогли точно воссоздать атмосферу и настроение, которые вам нужны. Например, если уровнем выше желание звучит как «Хочу дом», то на уровне конкретики это будет: «Каменный двухэтажный дом с террасой в 800 метрах от берега тёплого моря».
Далее нужно исследовать, какие возможности мы получим от обретения желаемого: «Такой дом мне нужен, чтобы каждый день дышать морским воздухом и чувствовать безопасность, исходящую от собственных крепких стен. Я смогу приглашать гостей, распоряжаться пространством, создавать свою эстетику».
И, наконец, последний этап — какие ощущения мы ищем?
Какой чувственный и эмоциональный опыт жаждем пережить?
В какой роли хотим ощутить себя?
Например, за желанием иметь дом может скрываться предвкушение себя в роли волшебницы, создавшей особенное пространство.
Опыт хозяйки, гордящейся своим домом, вросшей корнями в место, принимающей уставших на отдых и исцеление.
Это может быть просто желание ощутить безопасность — побыть в надёжном, красивом, любимом месте, которое с гордостью можно назвать «мой дом».
Ощутить чувство родного дома в архетипическом смысле — как утробу матери для младенца, но уже во взрослом качестве, со способностями творца и полноценного участника реальности.
Честно говоря, я почти уверена, что любое желание ведёт к стремлению человека творить и играть с силами реальности, чувствовать себя полноценным участником — могущественным, потому что способным создавать что-то из позиции равного силам реальности. Мы словно дети, которым страшно, будто нас маленьких забросили в огромный водоворот, как лодку на середину океана. Но нам не хочется быть лодкой — а хочется быть стальным экспедиционным крейсером, бесстрашно исследующим самые отдалённые и опасные участки океана. Хотя на самом деле хочется даже большего — присоединиться к стихии и стать этим океаном!
Это те чувства, которые мы получаем от творчества, игры, причастности и значимости своего вклада. И нашим компасом к этим чувствам служат, в том числе, наши желания. (Вот это поворот!)
Конечно, желания требуется расшифровывать. Фокус-покус в том, что на самом деле желания всегда сигнализируют нам об опыте, к которому мы стремимся. Просто ум, опираясь на привычные образы и шаблоны, облекает внутренние импульсы в знакомые формы — вещи, статусы, сценарии. Так возникает подмена понятий.
Я заметила, что осознание истинных желаний приходит именно на уровне возможностей. После работы с этим уровнем часто становится ясно, что привычные формы — абстрактные мечты или конкретные цели — не отражают того, чего на самом деле хочется. Когда я начинаю понимать, какие возможности для меня действительно ценны, оказывается, что многие из них уже можно реализовать в текущих обстоятельствах.
Постепенно я начинаю видеть: многие из тех возможностей, которых я жду, уже существуют рядом, в моей реальности. И тогда становится ясно, что «эта сумка от Шанель» — не истинное желание, а символ, за которым скрывается чувство самодостаточности и уверенности в себе. И если даже она свалится с неба, то не сможет обеспечить полноценной реализации. Здесь желаемая вещь — это код, за которым скрывается что-то большее. Вещь сама по себе не приносит подлинного удовольствия, она лишь отражает то ощущение, к которому тянется душа.
Узнав, чего хочется на самом деле — то есть какие возможности мы хотим осуществить — нужно искать реализацию этих возможностей через доступные нам масштабы. Например, если хочется сотрудничать с великими музыкантами, а под этим стоят возможности вроде: «творческий процесс с талантливыми музыкантами», «ощущение синергии», «создание чего-то совместного с единомышленниками», «побыть в поле мастера, поучиться у него», — то становится понятно: конкретное желание вроде «создать трек совместно с Моби» малореализуемо сейчас. Но на уровне возможностей — вполне реально найти талантливых музыкантов в своём городе, написать им, предложить встретиться, поиграть или отправить свои наработки. Или, например, взять у них несколько уроков.
Так начинается путь, на котором с каждым шагом становится возможным всё больше. Ведь когда мы движемся в нужном направлении, реальность подхватывает нас попутным ветром — потому что дорога действительно возникает под ногами идущего.