У Михаила Тухачевского — маршала, музыканта, любимца армии — судьба была стремительной и страшной. За десять лет он прошёл путь от звезды РККА до «врага народа». Но в тени его славы стояла женщина, которую ненавидели, обсуждали и, в итоге, уничтожили. Нина Евгеньевна Гриневич — жена маршала, дворянка, красавица, революционерка. И, как утверждали современники, одна из немногих женщин, которых Сталин терпеть не мог. Почему? Ответ лежит на грани личного и политического.
Любовь на фоне революции
Нина Гриневич познакомилась с Михаилом Тухачевским в 1920 году, когда тот уже был командующим Западным фронтом. В это время она ещё состояла в браке с комиссаром Лазарем Аронштамом — человеком уважаемым, партийным. Но, встретив Тухачевского, Нина решилась на поступок, который в то время считался почти безумством: ушла от мужа и вскоре стала женой маршала.
Она была дворянкой, но при этом разделяла идеи революции. Не из карьерных побуждений, а по внутреннему убеждению — как многие тогдашние интеллигентные девушки, поверившие, что старый мир должен рухнуть. А в жизни Тухачевского, полного амбиций, уверенности и романтики, ей виделся новый смысл.
Вот только рядом с маршалом редко кому удавалось быть счастливой. Михаил Николаевич любил внимание, не скрывал своих романов, и Нине приходилось закрывать глаза на измены — особенно на историю с Юлией Кузьминой, женой его друга.
Женщина, раздражавшая вождя
Отношение Сталина к Гриневич было сложным и откровенно неприязненным. Причин хватало. Первая — происхождение. Дворянские корни в окружении вождя не считались достоинством. Вторая — прошлое. Нина Гриневич в юности была меньшевисткой, а значит, идеологическим противником большевиков.
Но дело не только в этом. Гриневич была женщиной яркой, независимой, привыкшей к вниманию. Она не ходила в серых платьях, не говорила шёпотом, не прятала взгляд. Любила наряжаться, носила украшения, умела держаться в обществе. Для Сталина, привыкшего видеть рядом женщин скромных и послушных, она выглядела вызовом. Он терпеть не мог «дам с характером».
Современники вспоминали: на приёмах, если Гриневич появлялась в ярком наряде, Сталин мрачнел. Позже он называл таких женщин «буржуазными пережитками». А в его мире буржуазные пережитки не выживали.
Арест маршала и удар по семье
В мае 1937 года Михаил Тухачевский был арестован. Его обвинили в шпионаже, измене и заговоре против советской власти. Никто не верил, что любимец армии может быть предателем, но в ту пору вера ничего не стоила. Уже через месяц маршала расстреляли.
Для Нины всё рухнуло в один момент. Дом опечатали, счета заморозили, друзья отвернулись. Она понимала: следом придут за ней. Так и случилось — арестовали по статье «Член семьи изменника Родины». Её перевезли из тюрьмы в тюрьму, потом сослали в Астрахань.
Тень Сталина и рок Гриневич
В ссылке Гриневич жила тяжело, но не теряла достоинства. Писала прошения, просила пересмотреть дело, уверяла, что не имеет отношения к заговору. Всё напрасно. В Москве имя Тухачевского стало запретным, а его жена оставалась символом того, что Сталин ненавидел больше всего: независимости и гордости.
Говорят, именно личная антипатия сыграла свою роль. Сталин помнил её яркость, манеру держаться, даже наряды. И когда дошёл приказ «о мерах по изменникам Родины», фамилия Гриневич появилась в списке одной из первых. В октябре 1941 года её расстреляли. Без суда, без адвоката, без последнего слова.
После смерти
Юлия Кузьмина, любовница Тухачевского, выжила — прошла лагеря, ссылку и даже дождалась реабилитации. Нина Евгеньевна тоже была посмертно оправдана в 1956 году, когда страна начала очищаться от сталинского наследия.
Но имя её так и осталось в тени. Судьба Гриневич — это история не просто о жене репрессированного маршала. Это история о женщине, которая не умела жить в полутоне. В её характере было слишком много света, слишком много личного достоинства — того самого, что в годы террора считалось опаснее измены.
Гриневич могла смириться, стать «удобной» для режима — и, возможно, выжила бы. Но стоило ли жить, если нужно было предать саму себя? Что вы думаете: могла ли она спасти жизнь, отказавшись от гордости, или это была судьба, решённая задолго до ареста мужа?
Вам могут понравится следующие статьи: