Офелии уже за семьдесят, и она отдала всю свою жизнь колонии на далекой планете. Она рожала и воспитывала, пережила мужа и похоронила почти всех детей, она работала в огороде и на благо общества, она помогала грубоватому сыну и придирчивой невестке. Офелия устала. И, когда колония закрывается, а всех жителей вывозят с планеты в криокапсулах, она решает, что с нее хватит. С нее хватит людей, которые решают за нее и предлагают с высокой вероятностью умереть при перелете, хватит осколков ее семьи, для которых она скорее обуза. Офелия прячется в лесу, и в суматохе переездов никто не замечает ее исчезновения.
Теперь Офелия — главная хозяйка колонии, единственный человек на планете. Теперь она может посвятить время только себе, наслаждаясь отсутствием тесных платьев и обуви, теперь она может тратить ресурс фабрикатора на изготовление ярких бус, теперь она может даже заглянуть в опустевшие дома соседей. Офелия никогда прежде не была одинока, она всегда выполняла свою функцию, заложенную обществом, и только сейчас, в старости, она живет лишь для себя, сбросив оковы социальности.
Она не бывала настолько одна... никогда в жизни. Удивительно, но ей совсем не было страшно — одной в темноте, единственной живой душе на всей планете. Нет, страшно не было... Было спокойно — спокойнее, чем когда-либо.
Но на планете она не так одинока, как думает. Да, на ней нет людей (пока что), но есть те, для кого именно Офелия — инопланетянка. Совершенно другой, разумный вид, который до Офелии уже сталкивается с человечеством, и это первое столкновение не приводит ни к чему хорошему.
Одно из главных очарований этой книги — это героиня. Не самая типичная для фантастики: пожилая, без особого образования и опыта, зато с большим запасом житейской мудрости и необходимых для выживания умений. Офелия интровертна, саркастична и практически бесстрашна. Она утягивает в неторопливый сюжет с приятной бытовухой: с прополкой огорода, готовкой еды, шитьем одежды, записыванием старых сплетен в журнал колонии. Мне с Офелией было очень комфортно.
Ее взаимодействие с автохтонным видом планеты тоже очень нетипично — она воспринимает их, как детей, поэтому и обучает так, как привыкла обучать детей. Многие бы сбежали от них, попытались спрятаться, но Офелия смело вручает аборигену метлу и велит подмести испачканный им пол.
Она не искала себе цели всей жизни, не искала общества, но цель и общество нашло ее само, и она стала кем-то вроде заботливой бабушки для существ с этой планеты. И, так как сдаваться — это не в ее привычке, она намерена защищать их до самого конца.
Ей вовсе не хотелось брать на себя эту ответственность. Не хотелось взваливать на себя новые дела. Но мир, часто говорила ей мать, не подстраивается под твои желания: тесто ведь не замесит себя само, когда ты голодна. Это была правда: жизнь это доказывала не раз.
Я так прикипела к Офелии, что когда на планету прилетела человеческая делегация, относилась к ним так же, как она — как к зазнайкам, которые с чего-то выдумали, что могут все решать. Так и хотелось сказать им «Кыш!», ведь они со слишком земным снобизмом решали, что могут мерить чуждую им цивилизацию собственными мерками (ну прям эпоха великих географических открытий на космический лад).
люди разработали машины, которые говорят на языке машин, и теперь считают, что научились понимать все языки во вселенной. Как глупо. Машины думают не как живые существа, а как машины.
Это отличная книга, пусть и с чуть торопливым, смазанным финалом. «Население: одна» - это этакая классическая фантастика с лингвистическим уклоном, напоминающая мне фильм «Прибытие». Да, какие-то идеи могут показаться наивными, но эта книга была написана в 1996 году, и, на мой вкус, прекрасно выдержала испытание временем. Здесь и поиск себя даже в очень взрослом возрасте, и феминистская призма выбора своего пути, и идеи пацифизма и понимания других. И все это подано очень неторопливым, но приятным языком.
Проходите, располагайтесь, Книжный Енот вам всегда будет рада и расскажет о самых уютных, захватывающих и интересных книгах.