По сути-то тут всё просто до смешного

По сути-то тут всё просто до смешного)). Мы ведь не хотим получать здесь что-то осязаемое, материальное. То есть как? Хотим. Но ради того, чтобы выловить из самого акта получения душевные чувства, а уже из них — прямую сопричастность духу. «Я не пустое место, ко мне может что-то прилипнуть. Я есть. Азъ есмь сущий».

Скажу проще. Нам важно иметь не машину-квартиру-здоровье-деньги, а чувство сопричастности Богу. Сама материя не нужна — ну, то есть, она нужна вон тому боязливо-эгоистичному аватару, что носит тело и размахивает рассудком, но сам человек, его Божие естество — в ней не нуждается. Зато чувство, что через тебя проходят жизненные токи — нужно.))

Но токи не могут останавливаться, они должны протекать. Поэтому нам необходимо постоянно дарить и раздавать. И тут у нас появляется новая модальность — творить. Опять-таки, мы творим из материи, но важна здесь, во-первых, та самая сопричастность Божию творению, а во-вторых — возможность через форму её донести — разлить свет и тепло.

Вот и получается, что мы, как та стриптизёрша на пилоне, крутимся вокруг Духа и никуда не можем соскочить. Движения могут быть разные, амплитуда разная, высота разная — а пилон один. И мы всегда возвращаемся к нему. «Все счатливые семьи похожи друг на друга».

Наконец, по исходе нашего земного танца мы сбрасываем с себя все кожаные одежды, все эти топики-бюстгальтеры-штанишки, все эти эго-сознание-память — и плотно прижимаемся к духу. Наигрались. Натанцевались. А дальше — принципиально непознаваемое, чем бы оно ни было.)) Знание для игры, Дух — для света