Озеро Ведьмино встретило меня, как и всегда, равнодушным молчанием. Я, Артем, приезжал сюда с детства, сначала с дедом, теперь — один. Это было мое место силы, мой личный храм тишины, затерянный в карельских лесах. Старая дедовская избушка на берегу, скрипучие мостки, черная, торфяная вода, в которой, казалось, отражались не облака, а сама вечность. Я приехал на три дня. Отключить телефон, перезагрузить голову и, если повезет, поймать пару щук.
Первый день прошел идеально. Но на второй день начались странности. Клев, который обычно был бешеным, пропал. Совсем. Словно вся рыба в озере разом исчезла. Я менял наживки, закидывал в разные места — бесполезно. К вечеру, уже отчаявшись, я решил в последний раз проверить старую донную сеть, которую дед когда-то ставил на налимов.
Я тянул ее, чувствуя непривычную тяжесть. Водоросли, наверное, или коряга. Когда я выволок сеть на мостки, я сначала не поверил своим глазам. В ячейках билось нечто. Оно было размером с предплечье, склизкое, темно-зеленое. Похожее на уродливого ребенка, с большой головой, маленьким тельцем и длинными, тонкими конечностями с перепонками между пальцами. Оно шипело, как змея, и пыталось укусить меня. Но самой жуткой деталью были его ступни — гладкие, округлые, без пяток, словно обрубки.
Я замер. В голове всплыли дедовские сказки, которые я в детстве слушал, затаив дыхание. «Анчутка беспятый, озерный черт. Мал да удал. А поймаешь его — беды не оберешься. Зови его братию на свою голову».
Часть меня, взрослая и рациональная, кричала, что это просто какая-то неизвестная науке лягушка-мутант. Но другая часть, та, что помнила шепот деда у костра, похолодела от первобытного ужаса. Я должен был немедленно выбросить его обратно. Но я не смог. Во мне взыграло глупое, мальчишеское любопытство. Я распутал сеть и стряхнул тварь в старое оцинкованное ведро. Оно забилось в угол, глядя на меня своими черными, бездонными глазами-бусинками, и зашипело еще громче.
Это была моя главная ошибка.
С наступлением сумерек лес замолчал. Та самая неправильная, давящая тишина, которую я уже знал по рассказам. А потом со стороны озера послышались звуки. Тихие смешки, шепот, плеск воды. Я выглянул в окно. В сгущающемся тумане я увидел, как из воды выходят темные, маленькие фигурки. Десятки фигурок. Они двигались быстро, юрко, и все они направлялись к моей избушке.
Я запер дверь на тяжелый засов. Существо в ведре затихло, словно почувствовав своих. А снаружи начался ад. Они не ломились в дверь. Они играли. Десятки тонких, склизких пальцев начали скрестись по стенам, по крыше, по окнам. Раздавались тихие, издевательские смешки. Кто-то тонким, детским голосом начал звать меня по имени: «Артё-ём, выходи играть!». Кто-то начал имитировать женский плач.
Я сидел в центре комнаты, сжимая в руках дедовское охотничье ружье, и понимал, что оно бесполезно. Их было слишком много. Они не пытались вломиться. Они сводили меня с ума, осаждая мою крошечную крепость, зная, что рано или поздно я либо сойду с ума, либо совершу ошибку. Тварь в ведре была их заложником. А я — ее тюремщиком.
Ночь тянулась, как вечность. Я понимал, что до утра не дотяну. Мой разум уже начал сдаваться под натиском этого психологического террора. Я должен был что-то делать. Но что? Выпустить их сородича? Они разорвут меня в ту же секунду из мести. Пытаться отбиваться? Глупо.
И тут мой взгляд упал на старый дедовский сундук в углу. Я бросился к нему, лихорадочно роясь в старых вещах. И нашел то, что искал. Потрепанную тетрадь. Дедов дневник, который он вел здесь, на озере. Я начал листать его дрожащими руками, пока снаружи скреблись и хихикали.
Большая часть записей была о рыбалке, о погоде. Но в конце, почти выцветшими чернилами, я нашел то, что нужно.
«16 июля 1987. Снова приходили. Поймал одного в вершу. Глупость была. Всю ночь осаждали. Опять пришлось играть с ними в „узлы“. Нечисть эта до загадок и головоломок жадная. Ум у них быстрый, пальцы ловкие, а гордыня — непомерная. Не могут они уйти, пока узел не развяжут, или загадку не отгадают. Главное — дать им задачку посложнее. Чтобы до самого рассвета возились. А с первым лучом солнца они силу теряют…»
Узел! Головоломка! Я оглядел избушку. Что я могу им дать? Какой узел?
Мой взгляд упал на угол, где валялись старые снасти. Толстая капроновая веревка, несколько мотков лески разной толщины, старая рыболовная сеть. Это был мой шанс.
Я вывалил все это на пол. Снаружи нарастал шум, в окно уже не скреблись, а барабанили, стекло начало трескаться. Они теряли терпение.
Я работал так, как никогда в жизни. Мои пальцы, привыкшие к тонкой работе с рыболовными снастями, летали. Я не просто вязал узлы. Я создавал чудовище. Я вплетал веревку в сеть, леску — в веревку. Я использовал все узлы, которым меня учил дед: морские, альпинистские, рыбацкие. Я создавал узел внутри узла, петлю в петле, обманку, которая вела в новую петлю. Я вплетал в этот хаос старые блесны и крючки, чтобы им было сложнее. Я работал, закусив губу, а пот заливал мне глаза. Снаружи уже начало трещать дерево у двери.
Наконец, я закончил. Передо мной на полу лежал огромный, уродливый, запутанный до невозможности клубок из сетей, веревок и лески. Монструозный узел, Гордиев узел моего спасения.
Дверь затрещала и прогнулась внутрь. Я понял, что времени больше нет.
Я глубоко вздохнул, подошел к двери и отодвинул тяжелый засов.
На пороге стояла толпа. Десятки маленьких, зеленых тварей с черными глазами. Они зашипели, увидев меня, и приготовились к прыжку.
Не дав им опомниться, я схватил свой узел и со всей силы швырнул его прямо в центр толпы.
Эффект был поразительным. Все шипение и агрессия мгновенно прекратились. Они замерли. Потом один из них, самый смелый, подошел к клубку и тронул его тонким пальчиком. Другой подскочил с другой стороны. Их черные глазки загорелись не злобой, а азартным, исследовательским любопытством.
Через секунду вся толпа, забыв обо мне, накинулась на узел. Их хихиканье теперь было не зловещим, а азартным и сосредоточенным. Десятки, сотни их ловких, перепончатых пальцев начали лихорадочно дергать за веревки, распутывать петли, пытаясь решить мою головоломку.
Я, не дыша, медленно попятился в избу. Схватил ведро с их плененным сородичем. Вышел на крыльцо. Они даже не посмотрели в мою сторону, полностью поглощенные игрой. Я прошел мимо них, подошел к мосткам и выплеснул содержимое ведра в темную воду. Зеленая тварька с радостным писком скрылась в глубине.
Я не побежал. Я спокойно дошел до своей машины, завел ее и включил фары. В их свете я видел, как маленькие демоны азартно возятся с моим узлом, время от времени издавая торжествующие или разочарованные писки.
Я медленно выехал на лесную дорогу. В зеркале заднего вида я видел, как один из них, кажется, распутал особенно сложный узел. Он поднял голову, посмотрел в мою сторону и, как мне показалось, помахал мне на прощание. Словно благодарил за хорошую игру.
Я выехал на трассу, когда небо на востоке начало светлеть. Я выжил. Я не убил никого. Я не сломался. Я просто… сыграл с ними. И эта мысль была страшнее и удивительнее всего, что случилось той ночью. Я победил нечисть не ружьем, а смекалкой и старым дедовским дневником. И я почему-то был уверен, что в следующий раз, когда приеду на это озеро, рыба будет клевать отлично.
Так же вы можете подписаться на мой Рутуб канал: https://rutube.ru/u/dmitryray/
Или поддержать меня на Бусти: https://boosty.to/dmitry_ray
#мистика #страшные_истории #ужасы #фолк_хоррор