Дело происходило в молодом, только начинающем тогда себя позиционировать в качестве города, поселке в Курской области. Там в пятидесятых открылся карьер, в котором добывали руду, и со всего Советского союза приезжали молодые специалисты на подъем этакой целины - обработки и добычи руды.
Моим бабушке и дедушке выделили участок с бараком, и рядом с ними в таком же бараке поселились их коллеги по цеху – строительные инженеры откуда-то из-под Украины, Леонид и Вера.
Всё у этой семейной пары было ладно, домовитый муж, любящая жена, и даже в их не слишком просторном бараке было всегда уютно и комфортно. Но была у них беда – не могли они иметь детей. Малыш Миша, бабушкин сын, всегда был у них желанным гостем, Вера не спускала его с рук, когда мои бабушка и дедушка заходили к ним погостить.
И вдруг нечаянная радость – Вера забеременела. Беременность протекала сложно, Вере было уже за тридцать, к тому же она была слаба здоровьем. Но результат оправдал все тревоги и месяцы ожидания и страха – малыш родился крепким, здоровым и сразу стал любимцем как своей семьи, так и моей бабушки. Единственная странность, которая поначалу не давала Вере покоя, объявилась, когда мальчик стал говорить – первым его словом было слово «гвоздик». В гвоздиках недостатка не было в доме у строителей: папа таскал сыну со строек самые разнообразные гвозди, шурупы, болты. Мальчик любил железяки, вечно набивал ими целые карманы, и его было слышно за версту – по улице кто-то идет маленькими шажками, каждый шажок сопровождается побрякиванием, да это же Санечка! Правда, едва ребятенок стал говорить развернутыми предложениями, он часто пытался объяснить маме, что он ищет какой-то чудесный гвоздик и всё никак найти не может. И часто говорил: «Вот найду я, мамочка, свой гвоздик, вот мне хорошо будет, я ведь сюда пришел за гвоздиком».
Карьер ширился, построили горнодобывающий и рудообрабатывающий комбинаты, специалистам дали квартиры в новых пятиэтажных домах. Землю же с бараками желающие могли выкупить буквально за бесценок, а огород с дачей в те времена были очень даже не лишним подспорьем, посему бабушка с дедушкой выкупили свой участок, что сделали и Леонид с Верой, так что друзья теперь стали «соседями вдвойне» - они даже в новой пятиэтажке жили на одной лестничной клетке.
Бараки разобрали-разрушили, стали строить на участках дачи. В разгаре весна, птички-бабочки, бабушка с Верой жгут прошлогодний сухостой, дедушка с Леонидом обтесывают какие-то бревна, которые пойдут на крышу – обе дачи строили всем скопом, цемент мужики разводили на два дома, доски обтесывали тоже на два, клали в четыре руки – работа спорилась. Ребята занимались своими немудреными детскими делами – то на великах гоняли, то матерям помогали таскать прошлогодний бурьян. И как-то все упустили момент, когда мужчины укладывали на покатую крышу почти законченного дома доски настилом, как с места срывается Санечка, подбегает к самому дому и, подбирая что-то с земли и широко открыв глаза от восторга, кричит маме: «Мамочка, я нашел свой гвоздик!» Ребенок поднимается в полный свой крошечный рост и доска падает со ската крыши, сбив мальчика с ног. К приезду скорой мальчик был уже мертв, в ручке крепко был зажат гвоздик, так крепко, что врачи долго не могли ручку разжать. Санечке едва исполнилось семь лет.