Светлана купила квартиру в двадцать восемь лет. Четыре года она копила капитал, трудясь специалистом по продажам в коммерческой компании. Отказывала себе в развлечениях, носила потрепанную одежду, берегла каждую копейку. Когда наконец скрепила сделку подписью, ладони дрожали от волнения. Небольшая студия на краю мегаполиса, но полностью ее собственная.
С Дмитрием она познакомилась через полтора года после этого события. На празднике у знакомой. Высокий, обаятельный, мастерски владел даром комплиментов. Ухаживал изысканно: цветы, ужины в уютных заведениях, прогулки под луной. Через восемь месяцев предложил съехаться к Светлане.
— Зачем тратить на аренду? — спросила она. — Давай ко мне.
Дмитрий согласился. Привез три чемодана с вещами и пачку журналов. Разместился на софе, включил экран.
— Уютно здесь, — заметил он. — Как в родных стенах.
Сначала все шло гладко. Дмитрий занимался разработкой сайтов, приходил поздно, измотанный. Светлана хлопотала с едой, наводила порядок. Казалось, все надежно и гармонично.
Через девять месяцев Дмитрий предложил узаконить отношения. Светлана не колебалась. Церемония вышла тихой, только родные. Ее родители приехали из провинции, его — из пригорода. Отметили в небольшом ресторанчике, кружились в танце, обменивались теплыми словами.
После торжества Дмитрий поднял тему владения.
— Света, давай сделаем квартиру общей, — сказал он как-то за ужином. — Мы теперь одно целое. Между близкими все должно быть справедливо.
Светлана призадумалась.
— Зачем? Квартира и так моя, ты в ней обитаешь.
— Знаю, — согласился он. — Но формально я посторонний. А если что случится? Лучше подстраховаться.
— Что случится?
— Жизнь непредсказуема. Бумаги нужно вести аккуратно. Просто хочу, чтобы у нас все было по совести.
Светлана обдумывала долго. С одной стороны, квартира приобретена до союза, на ее сбережения. С другой — он муж, отказывать неловко. В конце концов сдалась.
— Ладно. Давай.
Через несколько дней они отправились к специалисту. Зафиксировали часть на Дмитрия. Теперь квартира принадлежала им поровну — по равной доле. Он расцвел, прижал жену.
— Спасибо, Светочка. Ты не знаешь, как мне нужно чувствовать себя настоящим владельцем.
Светлана улыбнулась. В душе кольнуло, но она отмахнулась от опасений. Ведь муж, самый близкий. Не чужой.
Миновало пару месяцев. Дмитрий начал проявлять необычный интерес к бумагам. Мог мимоходом осведомиться, где лежат акты на квартиру. Или попросить предъявить подтверждение права.
— Для чего? — удивлялась она.
— Просто любопытно, — отвечал он. — Хочу убедиться, что с бумагами все в норме.
Светлана демонстрировала. Он тщательно просматривал, кивал, убирал обратно.
Однажды в пасмурный вечер Светлана вернулась раньше срока. Уроки в учебном центре отменили из-за поломки системы обогрева. Отперла тихо, на случай, если муж дремлет. Но Дмитрий бодрствовал. Он беседовал по мобильному на балконе, тон был приглушенным, почти шепотом.
Светлана застыла в коридоре и вслушалась.
— Да, оформим оперативно, партнер проверенный, я все улажу, — говорил Дмитрий. — Квартира приличная, в хорошем виде. Клиент наготове, осталось лишь соглашение скрепить.
Светлана окаменела. О какой квартире? О какой операции?
— Светлана в курсе? — донесся вопрос с той стороны. Звук был неясным, но суть она уловила.
— Нет, не в курсе, — отозвался Дмитрий. — И не будет, пока не закончим. Я ей скажу, что меняем на просторнее. Поддастся. Она всегда поддается.
Светлана стояла в коридоре, не способная шелохнуться. Сердце стучало оглушительно, казалось, он услышит. Дмитрий продолжал диалог, разбирая нюансы операции, даты, объемы.
Светлана бесшумно отступила из квартиры. Спустилась вниз, уселась на скамейку у входа. Ладони тряслись, в глазах мутилось. Дмитрий намеревался реализовать квартиру. Ее квартиру. Ту, что собирала четыре года. И без ее согласия.
Светлана вынула гаджет и заглянула в историю звонков Дмитрия. Они делили тариф, все вызовы виднелись в профиле. Нашла свежий контакт. Неизвестный, но с меткой: Евгений.
Светлана набрала. Откликнулись мгновенно.
— Добрый день, бюро по недвижимости, на связи, — произнес мужской голос.
— Здравствуйте, — Светлана постаралась звучать ровно. — Меня зовут Ирина. Ищу варианты, мне рекомендовали Евгения.
— Это я. Чем помочь?
— Есть ли студии на периферии?
— Есть одна, как раз доступна. Дмитрий предлагает квартиру, готов к обмену в ближайшие дни. Желаете осмотреть?
Светлана сжала челюсти.
— Желаю. Можно координаты?
Агент продиктовал адрес. Адрес ее квартиры.
— Спасибо, обдумаю и свяжусь, — ответила Светлана и прервала связь.
Светлана сидела на скамейке, уставившись в никуда. Муж реализует квартиру. Без ее ведома, без одобрения. Словно ее и нет.
Светлана поднялась и побрела по аллее. Декабрьский порыв трепал пряди, но стужи не ощущалось. Внутри пылал гнев и боль. Нужно действовать. Немедленно.
Вернувшись, Светлана обнаружила Дмитрия на софе у экрана.
— Уже здесь? — изумился он. — Сегодня быстро.
— Отопление латают, отпустили пораньше, — кратко отозвалась она.
— Ясно. Еду соберешь?
— Соберу.
Светлана направилась на кухню и принялась шинковать продукты. Движения были механическими, мысли вихрем. Требуется стратегия. Ясная, стремительная, действенная.
Ночью, когда Дмитрий уснул, Светлана извлекла из тайника все акты на квартиру. Подтверждение права, соглашение о приобретении, план. Уложила в файл и убрала в портфель.
Наутро после смены Светлана направилась не в дом, а к знакомому специалисту по праву. Борис Иванович вел практику в небольшой фирме, содействовал с бумагами, советовал в запутанных делах. Светлана обращалась к нему ранее, когда делила долю с Дмитрием.
— Светлана Сергеевна, что привело? — радушно спросил Борис Иванович, приглашая в помещение.
— Требуется содействие, — произнесла она, присаживаясь. — Неотложное.
— Внимательно.
Светлана изложила: о подслушанном обмене, о звонке агенту, о замыслах мужа. Борис Иванович вникал, порой кивая.
— Ясно, — отметил он по окончании. — Положение непростое, но поправимое. Хотите вернуть квартиру в полное владение?
— Да. Как можно скорее.
— Реально. Оформим акт дарения. Дмитрий передаст свою часть вам, квартира опять станет только вашей.
— Но Дмитрий не уступит! Он же нацелен на реализацию!
Борис Иванович улыбнулся.
— Уступит, если умно поднести. Скажите, для преимуществ по налогам. Или для займа. Составим версию. Главное — чтобы скрепил акт.
— А если усомнится?
— Тогда в инстанцию. Но затянется. Лучше мирно.
Светлана взвесила. Обманывать мужа было неприятно, но альтернативы нет. Дмитрий начал первым.
— Согласна. Попробуем.
Борис Иванович составил бумаги. Акт дарения части Дмитрия в пользу Светланы. Все верно, по закону.
— Завтра в одиннадцать с супругом, — указал специалист. — Я растолкую, он скрепит.
Утром Светлана поднялась на рассвете, состряпала еду. Дмитрий вышел из комнаты заспанным, потянулся.
— Почему так рано? — осведомился он.
— Нам к специалисту, — ответила Светлана, разливая напиток. — Борис Иванович вчера сигналил. Нужно обновить акты на квартиру. Для фискальных преимуществ.
Дмитрий насторожился.
— Какие преимущества?
— Если владение на одном, то скидка. А на двоих — меньше. Борис Иванович разъяснял, я не все уловила. Лучше сам услышишь.
Он помрачнел.
— Зачем скидка? Мы не реализуем квартиру.
Светлана застыла. Сердце екнуло. Дмитрий глядел испытующе.
— Мало ли, — Светлана постаралась держаться ровно. — Пригодится когда-нибудь. Борис Иванович посоветовал заблаговременно.
Дмитрий помолчал, затем кивнул.
— Хорошо. Едем.
Они прибыли к специалисту в одиннадцать. Борис Иванович принял тепло, усадил.
— Итак, — начал он. — Светлана Сергеевна, Дмитрий, у вас квартира на двоих. Не всегда практично. Если один захочет распорядиться частью, второй может не поспеть с выкупом. Возникнут затруднения.
— Мы не намерены реализовывать, — заявил Дмитрий.
— Разумеется, — согласился Борис Иванович. — Но подстраховка не помешает. Предлагаю акт дарения. Дмитрий передает часть Светлане, квартира становится ее полной собственностью. Так удобнее и надежнее.
— Надежнее для кого? — усмехнулся Дмитрий. — Для Светланы?
— Для обоих. Если владение на одном, никто не реализует без согласия. А на двоих — каждый распоряжается своей.
Дмитрий призадумался. Светлана сидела рядом, скрывая трепет. Пальцы впивались в ручку портфеля.
— А если я против дарения? — спросил Дмитрий.
— Ваше решение, — ровно ответил Борис Иванович. — Но могут быть хлопоты. К примеру, если надумаете менять на большее. Потребуются полномочия, одобрения. Лишняя волокита.
— Мы не планируем менять, — повторил Дмитрий.
— Понятно. Тогда статус-кво.
Дмитрий взглянул на Светлану.
— Ты молчишь?
— Я с Борисом Ивановичем, — тихо произнесла она. — Мне кажется, так проще.
— Проще для тебя, — отметил он. — А мне без разницы.
— Тогда скрепи. Если без разницы.
Он помолчал. Взял перо и расписался в акте. Борис Иванович удостоверил, убрал бумаги.
— Прекрасно. Теперь в инстанцию. Через десять дней готово.
Они вышли. Дмитрий был угрюм, молчал по пути. Светлана тоже молчала, но внутри торжествовала. Шаг сделан.
Через десять дней Борис Иванович известил.
— Светлана Сергеевна, бумаги на месте. Квартира ваша. Примите поздравления.
Светлана вздохнула свободно. Теперь Дмитрий не реализует. Квартира только ее.
Но Дмитрий не ведал. Продолжал связываться с агентом, обговаривать операцию. Светлана подслушивала из соседней комнаты и дивилась дерзости мужа.
— Да, все по графику, — говорил он. — В ближайшие дни с клиентом, обсудим стоимость. Жена не ведает.
Светлана стискивала зубы. Жена не ведает. Как он заблуждается.
Как-то за ужином Дмитрий объявил:
— Света, нам нужно обсудить.
— Что? — спросила она, отложив томик.
— Наше завтра. Я поразмыслил... Может, реализуем квартиру и возьмем пошире? Трешку, скажем. Чтобы потомкам было просторно.
— Каким потомкам? У нас нет.
— Появятся. Со временем. Нужно смотреть вперед.
Светлана глядела на мужа и не узнавала. Этот человек врал в лицо, не дрогнув. Говорил о потомках, о грядущем, а сам замышлял реализовать и забрать средства.
— Не желаю реализовывать, — твердо отрезала она.
— Почему? Можем взять лучше!
— Не желаю. Квартира моя, куплена на мои. Не намерена.
Дмитрий нахмурился.
— Твоя? Света, мы же делили на двоих!
— Делили. Потом обновили.
Он замер.
— Что значит обновили?
— Ты скрепил акт дарения. Десять дней назад. У Бориса Ивановича. Квартира опять моя.
Лицо Дмитрия побледнело.
— Ты... Ты меня надула?
— Ты меня тоже. Хотел реализовать без моего знания. Думал, не разузнаю?
Дмитрий вскочил.
— Откуда знаешь?!
— Слышала беседу с агентом. А после связалась с Евгением. Он все выложил.
Он стоял в центре, рот открыт. Затем черты исказились яростью.
— Ты... Ты все спланировала! Заставила скрепить акт!
— Не заставляла. Сам скрепил. Борис Иванович подтвердит.
— Скрепил, потому что ты наврала! Про фискальные преимущества!
— А ты замышлял реализовать без одобрения. Кто больший лжец?
Дмитрий стиснул кулаки. Светлана поднялась, готовясь. Но он не тронул. Повернулся и ушел, захлопнув створку.
Светлана услышала, как он звонит. Голос громкий, яростный.
— Мама, беда. Светка вернула квартиру на себя. Что предпринять?
Светлана не расслышала отклик, но угадывала. Свекровь всегда за сына, считала сноху неподходящей.
Дмитрий вернулся через четверть часа. Лицо мрачное, но ровное.
— Ладно, — произнес он. — Ты взяла верх в этом. Но партия не сыграна.
— Какая партия? — удивилась Светлана.
— Бытие. Союз. Капитал. Все это партия. И я умею вести.
Дмитрий прошел в комнату и заперся. Светлана осталась в зале. Внутри нарастала тревога. Что затевает муж?
Наутро Дмитрий вел себя иначе. Был учтив, даже ласков. Состряпал еду, вымыл утварь, спросил о дне. Светлана насторожилась. Не в его духе.
— Света, прости, — сказал он вечером. — Я вспылил. Не имел права замышлять реализацию без тебя.
— Ты искренне?
— Абсолютно. Осознал ошибку. Квартира твоя, распоряжайся как знаешь.
Светлана не верила. Дмитрий не из покаянных. Что-то кроется. Что-то скверное.
— Хорошо, — осторожно отозвалась она. — Принимаю.
— Замечательно. Забудем и начнем чисто.
Дмитрий обнял. Светлана застыла, ощущая подлог в касании.
Миновала неделя. Дмитрий изображал идеального мужа. Содействовал в быту, дарил букеты, сыпал похвалами. Светлана выносила, но внутри крепла уверенность: скоро грянет.
И грянуло.
В субботу вечером Дмитрий вернулся с торжествующей миной. Черты светились, шаг пружинистый, почти пляшущий. Сбросил верхнюю одежду в коридоре, прошел на кухню, извлек из холода напиток.
Светлана сидела в зале с томиком. Подняла взор, когда он вошел и уселся напротив.
— Света, у меня известие, — произнес он, вскрывая банку.
— Какое?
— Великолепное. С сего часа ты бездомная!
Светлана медленно захлопнула томик.
— Что произнес?
— Я запустил процесс реализации, — Дмитрий откинулся. — Завтра операция. Квартира уходит. Катись на все стороны.
Светлана глядела на мужа, не веря. Дмитрий ухмылялся, потягивая.
— Шутишь, — наконец выдавила она.
— Нет, дорогая. Всерьез. — Он извлек из отсека свернутый лист и помахал перед ней. — Вот соглашение. Клиент найден, сумма оговорена, завтра скрепляем. Средства уже на балансе.
— Дмитрий, квартира не твоя. Ты скрепил акт.
— Скрепил, — признал он. — Но упустила нюанс. Я успел запустить до фиксации в базе. Есть такая брешь. Мой специалист растолковал. Так что формально квартира еще моя. И я ее реализовал.
Светлана встала.
— Ничего не реализовал. Квартира десять дней как моя. Борис Иванович запустил сразу после акта.
Дмитрий расхохотался.
— Борис Иванович — relicт. Неторопливый, ветхий. А мой специалист проворнее. Мы опередили.
— Не опередили, — ровно ответила Светлана. — Проверь. Свяжись со своим и спроси, когда зафиксировали.
Уверенность Дмитрия поколебалась. Он вынул гаджет, набрал.
— Павел, здравствуй. Уточни, когда по моей квартире обновили базу? — Дмитрий вслушивался, лицо белело. — Что значит десять дней назад? Ты уверял, что опередим!
Павел отвечал. Дмитрий вслушивался, сжимая устройство.
— Ладно, завтра разберемся, — бросил он и отключил.
Светлана стояла у проема, сложив руки.
— Я предупреждала. Квартира моя.
Дмитрий вскочил.
— Ничего! Завтра операция! Клиент ждет!
— Операции не будет. Система не зафиксирует. Владелец обновлен.
— Посмотрим! — заорал он и ушел.
Светлана расслышала, как он связывается с агентом, толкует, препирается. Тон нервный, срывается.
Утром Дмитрий убыл на заре. Светлана проводила взглядом и вернулась к трапезе. Через пару часов его гаджет трезвонил. Светлана игнорировала, но видела имена: Евгений, Павел, Мама.
К обеду Дмитрий влетел. Лицо алое, глаза блуждают.
— Ты все срежиссировала! — взревел он.
Светлана сидела на кухне с кружкой.
— Я ничего не режиссировала. Просто вернула свое.
— Операция сорвалась! База отказала! Сказали, владелец обновлен!
— Я предупреждала.
Дмитрий схватил кружку и метнул в стену. Осколки разлетелись. Светлана не шелохнулась.
— Ты ответишь! — прошипел он. — Затащу в инстанцию! Скажу, обманом скрепила акт!
— Затащи, — ровно ответила она. — Борис Иванович все оформил верно. Ты скрепил сам, при очевидце. Шансов нет.
Дмитрий метался, бормоча. Затем замер и вперился в жену.
— А клиент? Он внес аванс! Тридцать процентов! Откуда средства вернуть?
— Не моя забота, — Светлана допила и встала. — Сам ввязался в авантюру.
— Авантюру?! Это моя квартира!
— Была. Теперь моя.
Светлана прошла в комнату и извлекла из гардероба файл. Вернулась и положила перед мужем.
— Раскрой.
Дмитрий помрачнел, но раскрыл. Внутри: свежая справка из базы, копия акта, удостоверенная, подтверждение регистрации.
— Видишь? — Светлана указала. — Единственный владелец — я. Дата фиксации — десять дней назад. Все по правилам.
Дмитрий пролистал, лицо бледнело.
— Ты... Ты все это спровоцировала...
— Не я. Ты хотел реализовать мою квартиру тайком. Я защитилась.
Он захлопнул и швырнул файл. Бумаги разлетелись.
— Ладно, — процедил Дмитрий. — Ты взяла верх. Но я не спущу.
— Не нужно спускать. Просто уходи.
— Уходить? — Дмитрий расхохотался. — Это моя квартира! Я здесь обитаю!
— Обитал. Теперь нет.
Светлана повернулась и вышла. Вынула гаджет и набрала слесаря по запорам.
— Здравствуйте. Нужно срочно обновить запоры. Сегодня, если можно.
Слесарь обещал через полтора часа. Светлана попросила Дмитрия уйти на время.
— Никуда! — заявил он.
— Тогда оставайся. Но доступа не получишь.
Дмитрий спорил, но Светлана не внимала. Ушла в санузел, заперлась и пустила воду. Нужно уединение, собраться.
Когда слесарь прибыл, Дмитрий все еще был. Сидел на софе, глядел экран, притворяясь равнодушным. Слесарь обновил, оставил Светлане пару ключей.
— Вот. И квитанция.
Светлана рассчиталась, проводила. Вернувшись в зал, поймала ненавидящий взгляд Дмитрия.
— Ты вправду меня выставляешь?
— Вправду.
— Куда мне?
— К родне. Или к товарищам. Не моя печаль.
— Это вне закона! Я твой муж!
— Муж, но не владелец. Квартира моя, я определяю, кто в ней.
Дмитрий вскочил.
— Затащу в инстанцию! За вытеснение!
— Затащи, — пожала плечами Светлана. — Инстанция за мной. Квартира до союза, на мне. Прав нет.
Он стоял, дыша тяжело. Затем круто развернулся, ушел в комнату, начал паковать. Метал вещи в чемодан, не глядя.
Через полчаса Дмитрий вышел с набитым.
— Ты раскаешься, — бросил он, проходя.
— Вряд ли.
Дмитрий захлопнул и убыл. Светлана проводила взглядом, затем заперла на все. Прижалась к косяку и вздохнула. Напряжение ушло.
Светлана вернулась на кухню, собрала бумаги, уложила в файл. Подмела осколки, выкинула. Уселась и налила напиток.
За проемом лил ливень. Декабрь близился к финалу, скоро стужа. Светлана глядела на струи по стеклу и размышляла о грядущем. Разрыв, вероятно. Дмитрий не прощает. Будут требования, препирательства, возможно, разбирательства.
Но Светлана готова. Квартира ее, бумаги в норме, специалист на связи. Все под присмотром.
Через час стук в дверь. Светлана заглянула в отверстие. Дмитрий пытался вставить ключ. Не шло. Попробовал снова, затем забарабанил.
— Света! Отвори!
Светлана молчала. Наклонилась и просунула конверт. Внутри справка из базы и записка.
Теперь справедливо. Как ты желал.
Дмитрий поднял, раскрыл, прочел. Светлана услышала ругань, затем речь по гаджету. Тон злой, но не твердый.
— Мама, мне к тебе на ночь. Светка выставила.
Светлана отступила и вернулась на кухню. Заварила еще, извлекла из холода сладости. Уселась и пустила мелодию на гаджете. Мягкую, умиротворяющую.
В квартире тихо. Никто не орет, не хлопает, не плетет интриг. Светлана одна, и это бесценно.
Утром Дмитрий позвонил.
— Света, давай потолкуем, — тон тихий, почти молящий.
— О чем?
— О нас. О квартире. Может, сговоримся?
— Не о чем. Квартира моя, ты выставлен. Конец.
— Но я муж!
— Пока муж. Скоро подам на разрыв.
Дмитрий умолк. Вздохнул тяжело.
— Ладно. Если так, разрывай. Но потребую возмещение.
— Какое?
— За обитание, вложения в обновление, платежи за услуги.
Светлана усмехнулась.
— Дмитрий, ты не вкладывал в обновление. Оно было до тебя. Услуги делили. Возмещений нет.
— Тогда в инстанции!
— До свидания.
Светлана прервала. Дмитрий дозванивался, но она игнорировала. Внесла в игнор.
Через десять дней пришло послание от специалиста Дмитрия. Требовал возмещение за обитание, душевный вред и половину цены квартиры. Светлана отнесла Борису Ивановичу.
— Что думаете? — спросила она.
Специалист прочел, улыбнулся.
— Пустая затея. Квартира до союза, на вас. Прав нет. Возмещение за обитание? Он муж, обитал законно. Вред? Забавно. Мы отобьем.
— Если упрется?
— Пусть. Инстанция за нами. Бумаги в порядке. Он зря тратит.
Светлана унялась. Борис Иванович ответил, отправил. Через полмесяца отклик: Дмитрий отступает и соглашается на разрыв.
Светлана подала в орган. Через полтора месяца союз расторгнут. Дмитрий не явился, делегировал. Светлана скрепила, получила бумагу.
Выйдя, Светлана замерла на ступенях и взглянула ввысь. Январь морозный, но ясный. Снег хрустел, воздух бодрил.
Светлана вынула гаджет и связалась с приятельницей.
— Маша, привет. Я на воле.
— Разорвала?
— Ага. Только из органа.
— Поздравляю! Как самочувствие?
— Прекрасно. Давно не так.
— Тогда отметим! Заезжай, отпразднуем!
Светлана согласилась. Села в транспорт, направилась. Маша встретила игристым и десертом.
— За твою волю! — провозгласила приятельница, поднимая сосуд.
— За волю, — отозвалась Светлана.
Они осушили, закусили, болтали о завтра. Светлана делилась замыслами: хотела займ на переделку, обновить интерьер, сделать квартиру по-настоящему своей.
— А новые связи? — спросила Маша.
— Пока нет. Нужно окрепнуть. Осмыслить желания.
— Верно. Не торопись.
Светлана кивнула. Приятельница права. Не торопиться. Впереди бытие, вольное, без фальши.
Вечером Светлана вернулась. Отперла, вошла. Здесь тихо, опрятно, мирно. Никто не ревет, не интригует, не пытается отобрать.
Светлана прошла в комнату, сменила одежду, улеглась. Глядела ввысь и размышляла, как все перевернулось за месяцы. Доверяла Дмитрию, любила, верила. А он изменил, надул, попытался присвоить квартиру.
Но Светлана перехитрила. Успела обновить бумаги, оградить имущество. Теперь все в ладу. Квартира только ее, никто не претендует.
Светлана поднялась, подошла к проему. За ним падал снег, укутывая мегаполис белизной. Красиво, умиротворенно. Впереди стужа, праздник, новое бытие.
Светлана улыбнулась. Искренне, без сомнений. Все наладится. Непременно.
Дмитрий пытался связаться еще пару раз. Слал послания, звал увидеться, твердил, что исправит. Но Светлана молчала. Блокировала, стирала. Эта страница перевернута. Навек.
Через полтора месяца Светлана узнала, что Дмитрий уехал из мегаполиса. Перебрался в иную область, к родне. Видимо, не смирился с крахом и решил стартовать заново где-то.
Светлана не почувствовала жалости или ликования. Просто отметила и продолжила. Трудилась, виделась с близкими, переделывала квартиру. Бытие выравнивалось, улучшалось ежедневно.
Стужа миновала незаметно. Весна пришла ласковая, солнечная. Светлана стояла на лоджии, глядела на расцветающие кроны и думала, как хорошо, что все так вышло. Квартира при ней, бумаги в норме, бытие течет.
Дмитрий хотел оставить Светлану бездомной. Но сам утратил все. Квартиру, жену, достоинство. Остался с пустотой.
А Светлана сохранила заработанное. Квартиру, купленную на свои. Бытие, построенное без обмана.
И это главное.