Елена всегда быстро росла в карьере. Только что окончив институт, она устроилась ведущим специалистом и вскоре уверенно поднималась по ступеням, так что ближе к тридцати годам уже заняла пост исполнительного директора.
С Андреем она встретилась почти сразу после получения диплома. В тот период парень трудился в небольшой компании, которая занималась починкой и наладкой автоматических систем. Андрей не сумел пробиться в университет на бесплатное место, а за деньги учиться, хоть баллов у него хватало, не стал.
— Средств не нашлось, — рассказал он Елене. — Папа хотел займ оформить, но я ему сразу сказал: нет, не надо, я понимаю, что вам и без того трудно сводить концы с концами. Ведь в нашей семье я не один ребёнок, есть ещё братья и сестры, всем помогать надо. Так и попал в техникум, ничего другого не оставалось. Неудачник из меня вышел, вот такая судьба, что поделаешь. После техникума и армии никак не получалось устроиться на приличную должность, пробовал туда-сюда, но везде от ворот поворот. В этой конторе дела идут более-менее стабильно, платят вовремя, но выше рядового наладчика подняться не выходит, сижу на одном месте, как приклеенный.
Их дружеские отношения довольно скоро перешли в романтическую связь. А спустя три месяца после начала работы в фирме Елена вышла замуж за Андрея. Парень изо всех сил старался вносить свой вклад в семейный быт, но заработок жены неизменно превосходил его доход. Из-за этого он часто ощущал себя в каком-то подчинённом положении.
Лена ясно видела его переживания и, стремясь поддержать, наняла квалифицированных преподавателей, которые помогли ему подготовиться к поступлению на заочку в университет. После первой сессии у мужа заметно улучшилось настроение. Он обрёл уверенность в своих силах, что позволило ему успешно завершить обучение. Затем последовало повышение до старшего инженера в той же компании.
Но через пару лет случилось несчастье: Андрей погиб на горной реке. Официально это был несчастный случай, однако некоторые сплетники намекали на причастность Елены. По их версии, ей, как исполнительному директору, просто наскучил муж-неудачник, и она, конечно, не своими руками, но каким-то образом устранила его. При этом всё подстроила так, чтобы тело не нашли.
Естественно, Елена слышала эти пересуды, поэтому тщательно контролировала поисковую операцию. Вместе с спасателями она выезжала к той горной реке, куда Андрей любил ездить на рыбалку. В последний раз он отправился туда в одиночку. На одной из баз отдыха арендовал рафт с мотором и, указав маршрут, поплыл вниз по течению. К оговорённому сроку на базу не вернулся.
За эти дни по реке прошли несколько групп туристов на катамаранах и рафтах, стартовавших как с этой базы, так и с верхних точек. Они упоминали, что заметили на берегу палатку и рядом надувную лодку для горных рек, частично вытащенную на пологий участок. Прибывшие спасатели в палатке и около неё нашли рыболовные снасти, личные вещи, включая яркий спасательный жилет, нетронутый рюкзак, отсутствие следов недавнего костра и другие признаки, указывавшие на то, что беда случилась почти сразу по прибытии.
Скорее всего, Андрей пошёл к рафту, чтобы приподнять мотор, боясь повреждений о камни, и при этом случайно сорвался в воду. С мощным течением мужчина, видимо, не справился. Как раз там вода мчалась мимо крошечного залива, где стоял рафт. А в сотне метров ниже начинались пороги, которые спортсмены обычно обходили ближе к противоположному берегу.
Спустившись на своём большом рафте вниз, спасатели разглядели что-то яркое на одном из камней, торчащих из воды. Этим ярким предметом оказалась кепка, которую, как пояснила Елена, муж всегда брал с собой. На кепке виднелось тёмное пятно. Позднее анализ подтвердил, что это кровь.
Оценивая случившееся, спасатели и полицейские предположили, что упавшего из лодки человека унесло потоком. Добраться до берега он не сумел, поскольку до порогов его несло меньше полминуты, и там он, вероятно, ударился головой о камень, потеряв сознание. Куда именно река могла унести его тело, оставалось загадкой.
— Но ведь он мог и не потерять сознание, — пыталась цепляться за надежду Елена. — Андрей отлично плавает, он сильный парень. Я бывала там с ним несколько раз, и он подробно объяснял мне, как вести себя в такой реке, если что-то пойдёт не так, как держаться на воде, куда плыть.
— Мы вас понимаем и искренне сочувствуем, — произнёс старший спасатель. — Но все признаки указывают на трагедию, вы же видите, как всё выглядит. В настоящее время поиски вашего мужа продолжаются ниже по течению, мы не сдаёмся. Как только что-то прояснится, мы сразу вас известим, обещаю. К сожалению, стоит готовиться к худшему, это река, она не прощает ошибок. Выжить после такого удара головой о камни и потери сознания практически невозможно. Ведь дальше ещё несколько опасных валунов, выступающих из воды, а затем новый порог, там всё очень быстро происходит.
Вернувшись домой, Елена набрала номер свекрови и подробно рассказала обо всём. Татьяна Ивановна некоторое время молчала, а потом еле слышно прошептала:
— Нужно похоронить Андрея. То, что от него осталось, похоронить, понимаешь? Ты ведь вещи привезла оттуда, и кепку тоже, да? Вот их и закопаем, чтобы было место. Если тело найдётся, то заново устроим церемонию, как положено.
— А вещи-то зачем хоронить? — не поняла Елена.
— Могилка будет, — тем же тихим тоном пояснила свекровь. — Можно будет прийти туда, вспомнить Андрея, посидеть, поправить что-то, сорняки убрать, цветочки полить. Без этого пусто как-то, сердце не на месте.
Время шло, и не проходило дня, чтобы Елена не думала об Андрее. Она любила его искренне, и это чувство возникло давно, никогда не угасая. Ссор между ними почти не случалось. Единственное, чего недоставало, — детей. Сначала они считали, что ещё рано, а потом ничего не выходило.
Больше всего из-за отсутствия внуков переживала свекровь. Татьяна Ивановна относилась к невестке замечательно, и порой Елене даже казалось, что сын для неё на втором месте. Хотя свекровь не говорила прямо о желании внуков, по её взглядам на малышей на улице всё было понятно без слов. Появление внука или внучки она бы встретила с огромной радостью, просто сияла бы от счастья.
Послушавшись совета, Елена на новом городском кладбище организовала символическую могилу. Участок выделили недалеко от входа, рядом с оградой. За ней шёл пологий склон, заканчивающийся молодым берёзовым леском. Могилу мужа она навещала по воскресеньям.
Кладбище располагалось неподалёку от города, около посёлка, который вполне можно было считать его спутником. Там работало промышленное предприятие, а дома в основном были пяти- и девятиэтажками, построенными ещё в советские времена.
Накануне очередной поездки на кладбище Елена попала под сильный ливень. Решив немного пройтись пешком, она направилась в магазин за продуктами, который находился в трёхстах метрах от дома. На обратном пути, когда она прошла половину расстояния, внезапно сверкнула молния, и одновременно прогремел гром. Сразу после этого хлынул дождь, поднялся ветер.
Она не ожидала, что погода испортится так быстро, и не взяла зонт. Одежда промокла насквозь. Несмотря на летний день, в мокрой одежде под порывами ветра стало холодно. Укрыться было негде, поскольку этот участок пути проходил через недавно обустроенный парк, где кроме молодых деревьев, скамеек и фонарей ничего не имелось.
Елена спешила изо всех сил, даже пыталась бежать, но на каблуках это выходило плохо. Поняв, что нужно добраться домой поскорее, она сняла туфли и побежала босиком. Увы, это не помогло. К вечеру стало ясно: простуда. Убедившись в повышенной температуре, Елена начала сбивать её жаропонижающими. Получалось с трудом. Конечно, можно было вызвать скорую, но из-за обычной температуры не хотелось.
В конце концов к ночи температура почти нормализовалась. Завернувшись в одеяло, Елена уснула. Утром от вчерашнего недомогания осталось лишь лёгкая слабость. На всякий случай приняв таблетку, она позавтракала и позвонила свекрови, сообщив, что сегодня планирует посадить по краю символической могилы многолетние цветы, семена которых купила недавно.
Оставив машину на стоянке у ворот кладбища, Елена почувствовала, что её снова начинает знобить, как накануне вечером. Она прошла по центральной аллее, свернула влево и вскоре добралась до места.
Присев на маленькую скамейку рядом с холмиком, ещё не заросшим травой, женщина поднесла тыльную сторону ладони ко лбу. "Кажется, температура опять поднимается", — подумала она. "Почему я ничего с собой не взяла? Надо было вчера позвонить брату, спросить, что ещё принять от простуды".
Дмитрий, её брат, после медицинского университета сначала работал на скорой, потом устроился терапевтом в городской больнице. Конечно, можно позвонить сейчас, но толку? Таблеток-то нет. Ладно, на обратном пути заеду в аптеку и позвоню, решила Елена. А сейчас просто посижу немного, полегчает, и тогда посею семена.
Увы, легче не становилось. Подперев голову руками, опёртыми о колени, она сидела, прислушиваясь к ощущениям и ожидая улучшения.
— Тётя, вам плохо? — вдруг услышала она детский голос.
Убрав руки и подняв голову, Елена увидела перед собой девочку лет десяти. Та стояла, глядя на неё с участием. В глазах ребёнка читались доброта и спокойствие.
— Вы заболели? Да? — снова спросила малышка. — Смотрите, вы такая бледная, и сидите тут одна. Вам нужно что-то сделать здесь, а из-за слабости не получается? Давайте я помогу, я умею, честно.
— Ты кто? — удивилась Елена. — И почему одна ходишь? Что ты вообще здесь делаешь, на кладбище-то?
— Я Катя. Я здесь всегда одна, никто со мной не ходит. В заборе дыра есть, я через неё прохожу, никто не видит. А вон там, за берёзами, наш детский дом стоит. И там тоже в ограде дыра, так что я пролезаю. Я каждый день так хожу, помогаю людям здесь, кто приходит. Кому-то сорняки выдёргиваю, чтобы чисто было, а где-то оградку крашу, если краска есть. И за это немного платят, копеечки. А я потом покупаю что-нибудь вкусное, типа конфет или чипсов, и делюсь с подружками в детдоме, им нравится.
Господи, только и подумала Елена, выслушав ребёнка. У меня вроде наличные с собой есть. Дам ей, пусть купит что-то. Хотя вряд ли возьмёт просто так. Ладно, может, семена разложит. Приветливо улыбнувшись, Елена предложила:
— Давай вместе всё сделаем. Я землю разрыхлю, траву, которая мешает, выдёрну, а ты семена будешь класть, по одному в лунку, аккуратно.
С этими словами она начала вставать со скамейки, но внезапное головокружение заставило отказаться от этой идеи.
— Вам очень плохо? — с заботой спросила девочка. — Вы выглядите так, будто вот-вот упадёте. Может, посидите, отдохнёте ещё минутку? Я сама всё сделаю, не переживайте. Я поняла, что нужно, видела, как вы смотрели на землю. Давайте вашу лопатку, я быстро управлюсь.
— Погоди, — попросила Елена, доставая из сумочки пятисотрублёвую купюру и протягивая ребёнку. — Возьми сразу. Мне правда нехорошо, голова кружится.
— Ой, это же очень много, — удивилась девочка. — За такую работу обычно сто рублей дают, или даже меньше, если мало сделали.
— Ничего, всё нормально, — улыбнулась Елена. — Это аванс, чтобы ты не отказывалась. В следующий раз принесу краску и кисть, и ты эту скамейку покрасишь, ладно? Договорились, не спорь.
— Ладно, — согласилась девочка и взялась за дело.
Продолжение: