Глава 5. Книга 3: Охота на Призрака
Белград дышал запахом остывшего асфальта, крепкого табака и вековой тоски. Город-шрам, город-феникс, где серые махины социалистических многоэтажек взирали на неоновый блеск современных бизнес-центров с молчаливым укором.
В этом разрыве эпох Григорий Орлов видел собственное отражение — мозаику из осколков, собранных из чужих, несовместимых жизней.
Конспиративное убежище пряталось в одном из безликих бетонных исполинов Нови-Београда. Просторное, почти пустое помещение гудело эхом шагов, холод пробирал до костей. Тюремная камера с видом на город — вот что это напоминало.
Именно здесь состоялась встреча с командой «Прометея».
Вместе с «Сиреной» они вошли в эту серую коробку, чтобы столкнуться с новыми союзниками.
Двое. Женщина и мужчина. Первая, назвавшаяся «Кестрел» — Пустельга, — выглядела как натянутая струна: худая, жилистая, с коротко стриженными темными прядями и взглядом, разбиравшим людей на функции и слабости. Специалистка по логистике и проникновению, она источала холодную эффективность.
Второй, молчаливый гигант с иероглифом, вытатуированным на массивной шее, представился «Ронином». Техник и силовая поддержка, его тяжеловесная фигура вызывала у Григория странный укол в груди — слишком уж тот напоминал «Молота», тень из прошлого.
Профессионалы. Бесстрастные, отточенные, лишенные иллюзий. Преданность их держалась не на идеалах, а на личности одного человека — «Прометея».
Тот явился на огромном экране, занимавшем целую стену. Голографическая картинка, идеально четкая, показывала фигуру в светлом помещении, залитом солнцем. Пентхаус в Дубае? Вилла в Калифорнии? Место оставалось загадкой, как и сам «Прометей».
— Приветствую, «Призраки», — бросил он с легкой насмешкой в голосе. — Добро пожаловать на войну.
Планирование началось без лишних слов.
«Кестрел» активировала голографический стол в центре комнаты, и над поверхностью возникла трехмерная модель цели. Правительственный комплекс на окраине Белграда, укрывающий «Архив-Ноль».
— Объект под охраной высшего уровня, — начала она, голос сухой, лишенный эмоций. — Периметр под постоянным видеонаблюдением, датчики движения, тепловизоры. Внутри — элитное подразделение сербской контрразведки. Архив спрятан на минус третьем этаже, в помещении, изолированном от любых сигналов. «Клетка Фарадея». Удаленный взлом исключен.
— Значит, идем внутрь, — отрезал Григорий, не дожидаясь продолжения.
И тут же воздух сгустился от разногласий.
— Схема проста, — заговорил «Прометей» с экрана. — Проникаете в комплекс, добираетесь до сервера, копируете данные, устанавливаете наш вирус-червь. Он сотрет не только «Архив-Ноль», но и все резервные копии, связанные с Россией. Это не просто кража секретов. Это выжженная земля.
— Нет, — твердо возразил Григорий.
Взгляды всех присутствующих скрестились на нем.
— Что значит «нет»? — в тоне «Прометея» скользнуло удивление, острое, как лезвие.
— Цель — не разрушение всего и вся. Нам нужен компромат на генерала Громова и его людей. Доказательства их предательства и моей невиновности. Никакого тотального уничтожения. В архиве могут быть данные, важные для безопасности невиновных.
Смех «Прометея» раскатился по комнате, холодный и резкий.
— Ах, «Призрак», ты неисправим. Все еще цепляешься за иллюзии о «невиновных» и «безопасности»? Эта система — гниющая опухоль. Зачем вырезать лишь метастазы, если можно выжечь весь орган?
— Потому что я не террорист, — отрезал Григорий. — Я солдат. Мой враг — конкретный, а не весь мир.
— А я считаю, что жечь — единственный выход, — внезапно вмешалась Анна. До этого она молчала, наблюдая из тени. — Они сожгли нашу жизнь. Пора ответить тем же. До пепла.
Григорий взглянул на нее, пораженный. В ее словах не было рассуждений, лишь чистая, выкристаллизованная ярость. Месть стала для нее не просто целью — единственной верой.
Три разума, три пути. Прагматичный патриотизм Григория. Радикальный анархизм «Прометея». И выжженная душа «Сирены», жаждущая лишь возмездия.
— Мы действуем по моему плану, — заявил Гриша, принимая роль лидера. — Хирургический удар. Берем только необходимое и уходим бесшумно. Это не обсуждается.
«Прометей» замолчал, изучая его с экрана, затем кивнул, но в этом жесте сквозила насмешка.
— Ладно. Поиграем по твоим правилам. Пока. «Кестрел», продолжай.
Напряжение слегка разрядилось, но Григорий чувствовал: этот спор — лишь первая трещина в их шатком альянсе.
Детали плана начали вырисовываться. Операция обещала быть дерзкой. Анна и «Кестрел» под видом журналистов должны были проникнуть в здание. «Ронин» обеспечивал техническую поддержку и пути отхода. Григорию предстоял финальный рывок — добраться до терминала и извлечь данные.
После часов споров и уточнений схема сложилась. Сложная, рискованная, но выполнимая.
— На этом все, — подвела итог «Кестрел». — Завтра начинаем подготовку на месте.
Команда «Прометея» разошлась, оставив Григория и Анну наедине в гулкой комнате.
— Ты серьезно? — спросил он, повернувшись к ней. — «Сжечь до пепла»?
— А ты? — ее усталые глаза встретили его взгляд. — «Солдат»? Мы — беглецы, Гриша. Преступники. Нет страны, которую стоит защищать. Есть только враги, которых нужно стереть.
Боль в ее голосе резанула острее ножа. Перед глазами вновь возникла та сломленная женщина из венского кафе. Броня мести, такая тонкая, почти прозрачная, едва скрывала раны.
В этот миг экран снова ожил. Лицо «Прометея» появилось без тени усмешки.
— Проблема, — коротко бросил он.
— Что случилось? — насторожился Григорий.
— Источник только что передал обновление. Три дня назад Громов лично был в Белграде. Система безопасности «Архива-Ноль» усилена.
На экране возник новый файл.
— Добавлен финальный уровень аутентификации. Биометрия. Доступ к терминалу теперь только через сканирование сетчатки и уникального рисунка вен ладони.
— И кто обладает этим доступом? — голос Анны прозвучал глухо.
— Трое в мире, — ответил «Прометей». — Генерал Громов. Начальник сербской контрразведки. И главный охотник Громова, ведущий ваше дело. Он сейчас здесь, в Белграде.
Экран показал фотографию. Знакомые черты, волевое лицо, взгляд, полный холодной решимости.
— Илья Иванов. Позывной «Альфа».
Тишина сгустилась, тяжелая, как бетонные стены вокруг.
Идеальный план рассыпался в пыль. Все уловки, все расчеты оказались бесполезны перед этим барьером.
Чтобы войти в крепость, нужен был ключ. Ключ в виде глаза и руки человека, который не остановится, пока не увидит их мертвыми.
Задача из сложной превратилась в невыполнимую.
Остальные книги:
🤓Спасибо за интерес к книге и за Вашу поддержку.
Это вдохновляет на создание ещё лучших последующих глав.