Последние годы у многих появилось чувство, будто «почва уходит из-под ног». События сменяют друг друга — пандемия, кризисы, новости о войнах — и всё это обрушивается на нас бесконечным потоком. Даже если рядом нет прямой опасности, мозг всё время настороже: будто ждет, что сейчас снова «случится что-то опасное».
Мы можем жить в безопасном городе, ходить на работу, пить кофе по утрам — и всё равно ощущать тревогу, будто опасность где-то рядом. Это не признак слабости. Так устроен наш мозг — он в первую очередь ищет угрозу в окружающем информационном пространстве, чтобы защитить нас.
Но когда тревожные сигналы звучат каждый день, мозг не успевает восстановиться. Мы начинаем уставать, раздражаться, хуже спим, чувствуем, как будто внутри всё время включена «тревожная сирена».
Как работает мозг в эпоху кризисов
Наш мозг устроен как древний тревожный радар. Его задача — заметить угрозу раньше, чем она случится. Именно поэтому мы унаследовали от предков способность мгновенно реагировать на всё, что кажется опасным.
Когда-то это помогало выжить: шорох в кустах — и наш организм уже готов бежать или сражаться.
Но в мире новостей и уведомлений этот механизм часто работает против нас.
Каждый день на нас обрушивается поток тревожных сообщений — болезни, войны, катастрофы, очередные «кризисы». Мозг не различает: реальная это угроза или просто заголовок в новостной ленте. Он реагирует одинаково — выбрасывает адреналин, и другие гормоны стресса, ускоряет пульс, напрягает мышцы и вегетативную нервную систему.
Часто мы сами катализируем этот процесс. Проверяем новости, листаем ленту, слушаем, что случилось у других. Мозг будто ищет подтверждение: «всё ли под контролем?» — и попадает в ловушку.
Чем больше информации, тем меньше покоя.
Каждая новая тревожная новость добавляет масла в огонь, усиливает тревогу, и мозг снова требует проверить: «а вдруг что-то произошло?»
Так возникает порочный круг — тревога толкает нас искать новости, а новости подпитывают тревогу.
Когда тревога становится фоном жизни
Иногда тревога перестаёт быть импульсом на тревожные события — и превращается в постоянный фон.
Мы просыпаемся с тяжестью в груди, проверяем телефон — и чувствуем, как напряжение растёт. Хотя разум говорит: «ничего не случилось».
Но тело верит не словам, а ощущениям. Оно живёт в режиме «сейчас что-то произойдёт».
Мозг подаёт сигнал тревоги, сердце бьётся быстрее, дыхание становится поверхностным, мышцы сжимаются.
Сон становится тревожным, поверхностным, мысли крутятся даже ночью.
Если так продолжается месяцами, тело начинает «сдавать».
У кого-то подскакивает давление, у кого-то болит желудок, у кого-то постоянно кружится и болит голова или появляется странная усталость, которую не объяснишь.
Это не случайные симптомы — это тело, которое слишком долго живёт в режиме выживания.
И пока мозг не поверит, что опасность миновала, никакие таблетки и отпуск не помогут по-настоящему восстановиться.
Психика и тело связаны прочнее, чем мы думаем.
Почему одни в кризис замирают, а другие — начинают действовать
Кризис проверяет нас по-разному.
Кто-то будто «замирает» — уходит в тревогу, усталость, бессилие. Мир кажется бессмысленным, а любые усилия — бесполезными. Возникает состояние «выученной беспомощности».
А кто-то наоборот — оживает. Начинает действовать, искать выходы, пробовать новое, помогать другим.
Это не про силу характера. Это про то, как устроена наша психика.
У кого-то при опасности включается реакция «бей или беги» — энергия поднимается, появляется желание делать хоть что-то.
А у кого-то — реакция «замри»: организм экономит силы.
Обе реакции нормальны.
Одним нужно время, чтобы осмыслить происходящее, другим — действие, чтобы вернуть ощущение контроля.
Мы видели это во время пандемии: кто-то погрузился в апатию и усталость, а кто-то открыл онлайн-дело, освоил новую профессию.
Кризис заставил многих спросить себя: «Что для меня на самом деле важно?»
Когда мир сужается до туннеля
Одно из самых трудных состояний для человека — жить, не зная, что будет завтра.
Мозг создан, чтобы предсказывать и контролировать. А когда это невозможно — он начинает тревожиться и искать хоть какую-то опору.
Вот почему во времена неопределённости так легко впасть в крайности.
Мы делим мир на «своих и чужих», на «правых и виноватых», просто чтобы вернуть себе ощущение порядка.
Это работает, но ненадолго.
Так рождается «туннельное восприятие» — когда человек видит мир узко, только через призму своих страхов и убеждений.
Он замечает лишь то, что подтверждает его картину, и отбрасывает всё остальное.
Мозгу так легче: меньше противоречий, меньше тревоги.
В стрессовом мире это защитная реакция психики — она «сужает восприятие», чтобы не утонуть в потоке информации.
Но цена за это — потеря глубины и эмпатии. Мы перестаём слышать друг друга, потому что страшно признать: реальность сложна, и не всё в ней можно контролировать.
Эмоциональное выгорание
Сначала мы держались: старались, адаптировались, помогали другим, надеялись, что вот-вот всё закончится.
Но время шло, а напряжение никуда не уходило.
Психика не создана жить в режиме бесконечного стресса.
Когда опасность длится слишком долго, она сначала включает режим мобилизации — всё внимание, энергия, эмоции направлены на то, чтобы «выстоять».
А потом — силы просто заканчиваются.
Так наступает выгорание.
Человек вроде бы живёт как обычно — работает, встречается с друзьями, делает свои дела, — но всё становится эмоционально «тусклым».
Музыка не трогает, вкус еды будто пропал, отдых не приносит облегчения.
Это не лень и не «плохое настроение». Это сигнал: психика истощилась и перешла в режим экономии энергии.
И если вы чувствуете усталость, апатию, потерю вкуса к жизни — это не ваша вина.
Это не «с вами что-то не так». Это организм, который пытается вас защитить.
И ему нужна не критика, а забота, покой и «мягкое» восстановление.
Когда злость — это просто другой вид страха
Иногда тревога ищет выход другими способами, например через сброс напряжения через гнев и ярость.
Если бежать нет возможности, а повлиять на происходящее невозможно, психика включает другой режим — злость.
Это древний способ вернуть себе ощущение контроля: «Если я злюсь — значит, я не бессилен».
Поэтому в последнее время мы всё чаще видим вспышки раздражения или ярости.
Люди спорят в комментариях, кричат в пробках, ссорятся с близкими.
Гнев стал повседневным языком уставшей психики.
На короткое время это даже помогает — как будто напряжение спадает.
Но потом приходит пустота, вина, ощущение одиночества.
Потому что злость не лечит тревогу, она просто на время её маскирует.
За криком «меня всё достало!» часто прячется совсем другое:
«мне страшно, я не справляюсь, я не понимаю, что будет дальше».
Осознать это — уже шаг к тому, чтобы выйти из круга раздражения.
Иногда достаточно заметить, что за злостью стоит усталость или страх — и просто позволить себе выдохнуть, а не реагировать сразу.
Мы не можем контролировать всё, что происходит вокруг,
но можем выбрать, как откликнуться — злостью или заботой о себе.
Поиск позитивных эмоций и способы восстановления
Даже в самые тяжёлые времена человек умеет восстанавливаться.
Наша психика удивительно гибкая: она ищет не только способы выживания, но и смысл и ценности жизни.
Многие замечают — после кризиса внутри появляется настоящая сила.
Кто-то начинает помогать другим: поддерживает людей, просто слушает.
Кто-то вдруг понимает, что счастье не там, где «успех», а там, где близкие, тёплые слова, хорошие отношения, возможность обнять родственника.
Иногда боль становится точкой роста.
Проходя через трудности, человек открывает в себе терпение, сострадание, мудрость, умение быть добрым — даже когда самому непросто.
Конечно, не у всех получается сразу.
Кто-то уходит в сериалы, алкоголь, бесконечные новостные ленты — просто чтобы хоть на время притупить боль.
И это не делает нас слабыми. Это лишь попытка психики выключить перегрузку, когда других способов она не видит, или не знает.
Разница лишь в том, что одни пути дают силы, а другие забирают их.
Кризис — это не финал. Это дверь.
Иногда за ней начинается более зрелая, тёплая и настоящая жизнь.
Кризис смыслов и экзистенциальное измерение
То, что вчера казалось прочным — работа, привычный ритм, уверенность в будущем — вдруг теряет смысл.
Будущее туманно, старые опоры не работают, и внутри появляется пустота.
Это и есть кризис смыслов — момент, когда прежняя картина мира разрушается.
Не потому что мы сделали что-то не так, а потому что жизнь изменилась, и старая “программа восприятия реальности” больше не подходит.
Человек может чувствовать апатию, равнодушие, нежелание что-либо делать.
Кто-то уходит в развлечения или алкоголь, чтобы забыться.
Кто-то просто «выключается», словно нажимает паузу.
Это не лень и не слабость — это естественный этап, когда внутренний “мир” перестраивается.
Психика ищет новый смысл, новые основания для жизни.
Иногда кажется, что это конец, но на самом деле — начало.
Именно из этой пустоты часто рождаются самые важные решения:
поменять профессию, пересмотреть отношения, начать заботиться о себе, научиться говорить «нет».
Мы редко меняемся, когда всё спокойно.
Но когда привычное рушится — появляется шанс построить жизнь по-новому, ближе к себе и своим ценностям.
Когда мы впервые по-настоящему чувствуем хрупкость жизни
Последние годы для многих стали моментом, когда привычное ощущение безопасности исчезло.
Мы вдруг поняли: жизнь, не просто конечна, но и может закончится в любой день.
И это осознание может пугать, но в нём есть возможность для глубинной перестройки нашей модели мира.
Иногда страх смерти не выражается словами — он живёт в теле: напряжение, сны о катастрофах, чувство, что «всё может оборваться».
Особенно остро это переживают те, кто раньше жил в стабильности.
Мир, который казался прочным, вдруг показал, насколько он уязвим.
Но этот страх не всегда враг.
Когда человек по-настоящему ощущает, что жизнь конечна, он начинает видеть её ярче.
Начинает ценить простое — каждый день, голос близких, возможность обнять, услышать, почувствовать.
Многие именно в такие периоды впервые говорят «люблю», прощают старые обиды, решаются жить «сейчас», а не когда-нибудь потом.
Понимание хрупкости не делает нас циничными — оно делает нас живыми.
Да, страх смерти может парализовать.
Но если позволить себе не убегать, а просто быть рядом с этим чувством, он превращается в напоминание: время — самое ценное, что у нас есть.
И, может быть, именно это осознание и возвращает нас к жизни — не к той, что была «до», а к настоящей, глубокой и благодарной.
Ощущение себя, идентичность и внутренние “Я
Кризисы последних лет изменили не только мир, но и нас самих.
Многие вдруг почувствовали: то, кем я был раньше, не существует.
Старые убеждения, роли, привычные опоры больше не дают уверенности.
Как будто внутри началась перестройка — старый дом рушится, а новый ещё не построен.
Некоторые цепляются за прежние ценности — старые взгляды, традиции, привычные сценарии.
Так безопаснее: «если не двигаться, то, может быть, ничего не изменится».
Другие, наоборот, начинают искать новые смыслы, более простые и человечные: быть в мире, сохранять доброту, жить по внутренним, а не навязанным правилам.
А кто-то просто теряется.
Мир спорит, требует выбрать сторону — и внутри всё разрывается.
Хочется выключить голову, перестать думать, просто плыть по течению.
Но вытесненные наши части, никуда не исчезают.
Они остаются внутри, ждут, когда мы снова заметим их — и примем.
Кризис самоидентичности — нужен нам для перестройки своего Я.
Это момент, когда мы перестаём быть теми, кем «должны», и начинаем становиться собой.
Когда старые боли возвращаются, чтобы быть услышанными
Иногда во время кризиса мы начинаем чувствовать странное:
всё вроде бы связано с сегодняшними событиями,
но внутри поднимаются старые эмоции — страх, обида, бессилие, одиночество.
Так психика напоминает о том, что когда-то было спрятано.
Старые переживания, которые долго «спали», просыпаются, когда снаружи становится слишком трудно.
Внешний стресс, как прожектор, подсвечивает слабые места, где осталась боль из прошлого.
Если в детстве человек часто жил в тревоге — во взрослой жизни при кризисах тревога усиливается.
Если когда-то он чувствовал, что от него ничего не зависит — может появиться апатия.
А если всю жизнь привык спасать других, забывая о себе — в трудные времена снова приходит эмоциональное выгорание.
Это не болезнь и не “откат назад”.
Кризис просто показывает, где психика нуждается в решении проблемы.
Он открывает доступ к тем слоям, которые раньше были скрыты.
Кратко, основные корневые системы патологии (КСП):
Как психика ищет защиту: 7 сценариев выживания
Когда мир становится очень нестабильным, каждый из нас ищет свой способ справиться с тревогой и неопределенностью.
Эти способы разные, но цель одна — сохранить свою безопасность.
1. Сценарий истощения— “я больше так не могу” «КСП депрессивно-диссоциативного типа».
Человек словно «гаснет» изнутри. Всё кажется бессмысленным, ненужным, мысли крутятся по кругу: «зачем стараться, если всё рушится?»
Это не лень, а попытка психики выключить боль, чтобы выжить.
2. Раненый сценарий — “я снова в прошлых проблемах” КСП посттравматического типа.
Старые страхи и травмы возвращаются.
Во сне — тревожные сцены, в теле — напряжение, в душе — чувство, будто прошлое повторяется.
Психика как бы говорит: «такое уже было раньше, и это очень больно, пожалуйста, обрати на это внимание».
3. Сценарий “докажи, что я лучшй” «КСП нарциссически-компенсаторного типа» — тревога усиливает потребность в признании, успехе, статусе.
Когда внутри страх и ощущение уязвимости своего Я, человек может уходить в работу, достижения, статус, власть, ради того, что бы доказать другим, что «я лучше, чем вы».
Он старается показать, что у него всё под контролем, хотя внутри «неразбериха».
Это способ вернуть себе ощущение значимости.
4. Сценарий контроля — “если всё рассчитать и проконтролировать, то я спасусь” «КСП обсессивно-контролирующего типа» — человек пытается контролировать всё, чтобы вернуть себе безопасность.
Человек проверяет новости, списки дел, здоровье, цены, порядок дома.
Кажется, что если всё предусмотреть, тревога уйдёт.
Но чем больше контроль, тем сильнее тревога.
5. Сценарий зависимости — “мне нужен кто-то рядом” «КСП зависимо-избегающего типа» — кто-то хватается за других, кто-то наоборот закрывается.
В трудные времена кто-то ищет спасителя, другой — избегает всех, чтобы не быть зависимым.
И то и другое — страх остаться одному, просто выраженный по-разному.
6. Сценарий внимания — “заметьте меня” «КСП истерически-демонстративного типа» — желание быть замеченным становится способом выжить, укрепить свое уязвимое Я.
Иногда боль прячется за яркостью выражения.
Человек говорит громко, спорит, старается быть в центре внимания, потому что боится исчезнуть, стать невидимым.
Это крик о том, что ему страшно быть забытым.
7. Сценарий поиска виноватых — “я должен понять, кто сделал это, кто виноват во всем” «КСП параноидально-контролирующего типа» — попытка объяснить хаос через поиск виноватых.
Когда хаос невыносим, разум ищет объяснение.
Так рождаются обвинения, конспирологические теории , желание всё контролировать.
Это способ вернуть ощущение порядка, когда мир кажется непредсказуемым.
Все эти реакции — не болезнь.
Это разные, хотя и патологические способы справится со стрессом. И чем лучше мы понимаем эти сигналы, тем лучше сможем справиться с ними.
Выводы
Мы живём в эпоху, когда новости, события и эмоции льются нескончаемым негативным потоком.
Мозг не успевает отдыхать, тело живёт в тревоге, а психика— в усталости.
И всё это — естественно.
Так реагирует не «слабый» человек, а любой живой.
Психика, как живой организм, умеет восстанавливаться.
Иногда для этого нужно время, иногда — поддержка, иногда — просто позволить себе чувствовать то, что есть.
Да, мир стал непредсказуемым.
Но именно это делает каждый день ценнее.
Каждый момент, в котором мы можем быть живыми, внимательными и добрыми — уже шаг к исцелению.
И если вы чувствуете тревогу, усталость или растерянность — это не конец,
а начало новой фазы вашей жизни — той, где вы учитесь быть в мире с собой, своими ценностями и смыслом, несмотря на кризис вокруг.
© 2025 Автор - врач-психотерапевт Ярин Сергей Владимирович.
Подробнее в нашем Телеграм канале: https://t.me/status_mentis/223
Наш сайт: status-mentis.clinic
Звоните: 89385458899