Руки Романа дрожали, когда он брал папку, а лицо его стало цвета мела.
— Что это, Аня? — голос звучал хрипло, словно он простыл.
Начало этой истории читайте в первой части.
— Открой и посмотри, — я присела на край кровати и скрестила руки на груди.
Роман раскрыл папку и уставился на первый документ. Тишина в спальне стала такой густой, что было слышно, как тикают настенные часы.
— Свидетельство о праве собственности, — прочитал он вслух. — Квартира... на имя Анны Владимировны Соколовой...
— Вот именно, — кивнула я. — Моя фамилия, моя квартира.
— Но... но мы же покупали вместе! — он листал документы лихорадочно. — Я вкладывал деньги!
— Вкладывал, — согласилась я. — Сорок тысяч рублей из двух миллионов стоимости квартиры. Остальное — моё наследство от бабушки.
Роман опустился на стул возле туалетного столика:
— Я не помню... Как так получилось, что на тебя оформили?
— А помнишь, пять лет назад ты сказал, что мужчина должен доверять любимой женщине? — я встала и подошла к окну. — Что если мы любим друг друга, то не важно, на кого оформлена квартира?
— Помню, — прошептал он.
— Тогда ты был романтиком, — я обернулась к нему. — Говорил, что собственность не главное, главное — чувства. А оформлять лучше на меня, потому что у женщин налоговые льготы больше.
Роман перелистнул ещё несколько страниц:
— А это что?
— Договор дарения, — спокойно объяснила я. — Моя бабушка подарила мне эту квартиру незадолго до свадьбы. Помнишь, ты тогда сказал — какая разница, чья квартира, мы же семья?
— Я... я забыл, — он провёл рукой по лицу.
— Забыл, — повторила я. — А я помню. Помню каждое твоё слово о том, что мы будем жить душа в душу до самой старости.
Роман поднял на меня глаза:
— Аня, но ведь мы были счастливы! Пять лет!
— Были, — кивнула я. — До тех пор, пока ты не встретил Ленку. Кстати, она знает, что просит тебя выгнать жену из её же квартиры?
— Она не знает... — он запнулся. — То есть мы не обсуждали детали...
— Не обсуждали, — я села на кровать и посмотрела на него. — Роман, а ты понимаешь, что означают эти документы?
— Что означают? — он сглотнул.
— Что если кто-то из нас двоих должен съехать, то это не я.
Тишина растянулась на несколько минут. Роман сидел, уставившись в документы, а я слушала, как за окном шумит дождь.
— Аня, — наконец заговорил он, — мы же можем договориться...
— О чём договориться?
— Ну... я найму адвоката, докажу, что вкладывал деньги в ремонт, в мебель...
— Роман, — я рассмеялась. — Ты серьёзно думаешь, что сорок тысяч на ремонт дают тебе право на двухмиллионную квартиру?
— А мебель? Технику? Я всё это покупал!
— На мои деньги, — напомнила я. — Забыл? Последние три года я зарабатываю больше тебя. И все крупные покупки делались с моего счёта.
Он схватился за голову:
— Этого не может быть...
— Может, — я встала и подошла к шкафу. — Хочешь, покажу банковские выписки? Или чеки на мебель?
— Не надо, — он поднял руку. — Я верю.
Я начала доставать из шкафа его вещи и складывать на кровать. Рубашки, костюмы, джинсы — всё аккуратной стопкой.
— Что ты делаешь? — испугался Роман.
— Помогаю тебе собираться, — ответила я, не оборачиваясь. — Ты же хотел личное пространство.
— Но не так! — он вскочил. — Я имел в виду, что ты съедешь!
— А я имею в виду, что съедешь ты, — я повернулась к нему с его любимой рубашкой в руках. — Моя квартира — мои правила.
— Аня, будь разумной! — он подошёл ко мне. — Куда я пойду?
— К Ленке, — предложила я. — Она же так хочет жить с тобой.
— У неё однушка на окраине!
— А у меня двушка в центре. Но это моя двушка, — я продолжала складывать его вещи. — И я решаю, кто в ней живёт.
Роман забегал по комнате:
— Хорошо, хорошо! Забудем про Лену! Я прекращу с ней отношения!
— Поздно, — я достала из шкафа чемодан. — Ты уже сделал выбор, когда потребовал, чтобы я съехала.
— Я передумал! — он схватил меня за руку. — Аня, я понял, что совершаю ошибку!
— Понял, — я освободилась и открыла чемодан. — Только поздно. Знаешь, что я поняла за эти пять лет?
— Что? — он замер.
— Что ты любил не меня, — я начала укладывать его вещи. — Ты любил удобную жизнь. Квартиру в центре, жену, которая зарабатывает больше тебя, уют и комфорт.
— Это неправда!
— Правда, — я закрыла чемодан. — И когда появилась возможность получить то же самое с более молодой женщиной, ты решил меня заменить.
Роман сел на кровать:
— Что ты хочешь от меня?
— Ничего, — я поставила чемодан на пол. — Просто съезжай. Сегодня.
— Сегодня? Но уже вечер!
— В гостинице переночуешь, — пожала плечами. — Или у Ленки. Это твои проблемы.
— А если я не уйду? — в его голосе появились нотки отчаяния.
— Уйдёшь, — спокойно ответила я. — Потому что завтра я подаю на развод и требую освободить мою квартиру. А у тебя нет никаких прав на неё.
Я пошла в гостиную, а он поплёлся следом, таща чемодан.
— Аня, мы можем всё обсудить спокойно...
— Мы уже обсудили, — я открыла входную дверь. — Ты хотел личное пространство — получай.
— Но не так же!
— А как? — я посмотрела на него. — Ты думал, что я буду плакать и умолять? Что соглашусь жить в родительской однушке, пока ты развлекаешься с любовницей в моей квартире?
Роман стоял в дверях с чемоданом в руке:
— Я не думал...
— Вот именно — не думал, — кивнула я. — А надо было. Надо было думать, прежде чем требовать от жены освободить её же квартиру.
Через полчаса он уехал. А я заварила чай, села на диван и включила телевизор.
Через неделю Роман прислал СМС: «Лена оказалась не той, кем казалась. Можно вернуться?»
Я ответила: «Нет. Квартира больше не нуждается в личном пространстве. Она его получила».
А ещё через месяц я встретила в кафе мужчину, который с первого взгляда понял — квартира моя, и это нормально. Он сказал: «Здорово, что ты такая самостоятельная».
И знаете что? Он был прав. Самостоятельность — это действительно здорово.