Чудовище живущее внутри
Представьте на мгновение, что вы – самый добрый, самый отзывчивый и любящий человек на свете. Вы обожаете своих детей, трепетно заботитесь о престарелых родителях, не способны обидеть и муху. А теперь представьте, что в вашу, казалось бы, идеальную реальность врывается нечто чужеродное, уродливое, пугающее. В голове, без вашего спроса, вдруг возникает злобный образ, и этот образ – вы, причиняющие боль самому дорогому, что у вас есть. Резкий, как удар ножа, страх: «А вдруг я сейчас возьму и ударю своего ребенка?» Или леденящий душу мысленный кадр: «Я могу пырнуть ножом мужа, пока он готовит ужин». Или совершенно дикий, отвратительный позыв сексуального характера по отношению к незнакомому малышу на площадке.
Мир рушится, почва уходит из-под ног. «Что со мной? Я что, монстр? Я схожу с ума?» – это первые, панические вопросы, которые задает себе человек, столкнувшийся с так называемыми контрастными навязчивостями (обсессиями) при обсессивно-компульсивном расстройстве (ОКР). Их суть – в невыносимом для самого человека противоречии между содержанием спонтанной мысли и его глубинными, истинными моральными принципами. Эти «мысленные вирусы» атакуют самое святое, самое ценное, что есть в личности.
Жертвами таких атак становятся не преступники или люди с нарушенной психикой. Как раз наоборот! Чаще всего это гиперответственные, сверхдобрые, трепетные и совестливые личности. Их внутренний цензор, их нравственный компас работает настолько безупречно, что любая, даже мимолетная и абсурдная мысль, ему не соответствующая, воспринимается как свидетельство собственного морального падения.
Если вы узнали в этом описании себя или близкого человека, знайте: вы не сошли с ума, и вы не монстр. Ваша психика пытается вам что-то сказать. Что-то очень важное, но на языке, который вы пока не понимаете. Этот язык – язык метафоры. И ключ к шифру этого языка спрятан в, как ни парадоксально это прозвучит, самой запретной и подавленной эмоции – в гневе.
Давайте вместе попробуем разобраться в этом запутанном клубке страха, отвращения к себе и мысленных кошмаров. Мы попробуем найти ту самую глубинную причину, которая заставляет ваше сознание превращаться в поле битвы с самим собой, и наметим путь к тому, как с этим можно справиться.
Анатомия внутренней гражданской войны. Гнев, которому не дали места.
Глава 1. Невроз как криптограмма: что пытается сказать ваша психика?
Если отбросить сухую академическую терминологию и взглянуть на невроз, в частности на ОКР, не как на болезнь, а как на сообщение, то он предстает перед нами в виде сложной, закодированной криптограммы. Через сюжеты пугающих мыслей, через эти душераздирающие фантазии, которые проигрываются в голове, психика указывает на какую-то внутреннюю, часто очень глубоко запрятанную проблему. Это похоже на то, как если бы ваш внутренний ребенок, который не умеет говорить словами, вдруг начал рисовать ужасные, пугающие картинки, чтобы привлечь ваше внимание к своей боли.
Анализируя истории людей, которые приходили ко мне на консультации с подобными контрастными страхами, я с изумлением обнаружил одну и ту же, словно отпечатанную на кальке, закономерность. Практически в каждой биографии, если копнуть поглубже, обнаруживался некий судьбоносный, часто неосознаваемый выбор, решение, которое человек принял еще в детстве относительно эмоции гнева.
Давайте рассмотрим несколько клинических случаев.
- Случай А., назовем ее Анной.Анна панически боялась, что причинит вред своему новорожденному сыну. Мысль «вот возьму и швырну его об стену» доводила ее до истерики. Она прятала все острые предметы, не могла оставаться с ребенком одна, постоянно просила мужа проверить, «все ли с ней в порядке». В детстве Анечка часто становилась свидетелем, как ее отец-алкоголик нападает на ее мать. Маленькая Анечка видела, что такое гнев в его самой уродливой, разрушительной форме. И ее детский мозг сделал простой и, в общем-то, логичный вывод: «Гнев – это абсолютное зло. Гнев = боль, разрушение, опасность. Чтобы выжить и никогда не стать такой, как отец, я должна полностью искоренить в себе такие чувства. Никогда, ни при каких обстоятельствах нельзя злиться». Но родив своего ребенка, она нередко уставала и могла испытывать раздражение, что и приводило ее к мыслям об ужасности своего отношения к ребенку.
- Случай Б., Михаил.Михаила преследовали навязчивые образы сексуального и агрессивного характера по отношению к детям. Он перестал ходить в гости, где были дети, избегала любых контактов с ними, обходил стороной детские площадки, считал себя мерзким и развратным. Его детство прошло в семье «идеальных» снаружи, но холодных внутри родителей. Любое проявление эмоций, особенно негативных – слез, обиды, раздражения – встречалось ледяным отчуждением и фразами: «Не реви, сейчас же прекрати», «Ноешь как баба, нормальные мальчики так себя не ведут», «Что это за истерика?». Миша усвоил: «Проявлять свои настоящие чувства – плохо. Это ведет к потере любви и отвержению. Чтобы меня любили, я должен быть всегда «хорошим», тихим, удобным. Гнев – это табу». Дети же, которые встречались ему на пути, бесконтрольно проявляли любые свои эмоции, что действовало на него как своеобразный триггер, активизируя его внутренний конфликт: «почему им можно, а мне нельзя?».
- Случай В., Дмитрий.Дмитрия мучил страх, что он ударит свою пожилую, хрупкую мать, которую он искренне любил и о которой заботился. Он избегал находиться с ней в одной комнате, постоянно мысленно проверял себя: «А я ее люблю? А я не хочу ей сделать больно?». В его детстве любая попытка сопротивления, отстаивания своего мнения, протеста против несправедливого наказания жестко пресекалась. «Не смей со мной спорить!», «Я сказал!», «Будешь возмущаться – получишь вдвое!». Вывод Димы был прагматичным: «Гнев выражать – себе дороже. За это больно наказывают. Это небезопасно. Лучше проглотить обиду и сделать вид, что все в порядке». Но так как от раздражения в обычной жизни полностью избавиться невозможно, то у него и начали возникать переживания: «А вдруг эта эмоция вырвется из-под контроля и навредит самому близкому для него человеку?»
Видите общий знаменатель? Во всех трех, абсолютно разных, историях была поставлена мощнейшая, глубинная блокировка на естественную человеческую эмоцию – гнев. Была создана установка, аксиома, не требующая доказательств: «ГНЕВ – НЕДОПУСТИМ. ОН ОПАСЕН. Я НЕ ДОЛЖЕН ЕГО ИСПЫТЫВАТЬ».
Глава 2. Жизнь в футляре «хорошего парня»: цена, которую платит взрослый.
Что же происходит с человеком, который с таким багажом вступает во взрослую жизнь? Он строит свою личность, свои отношения с миром вокруг этого запрета. Он становится тем, кого в быту называют «безотказным», «золотым человеком». Его жизненная стратегия – угождать, получать одобрение, не создавать проблем, не мешать своим «неудобным» присутствием, чувствами или потребностями.
Казалось бы, что в этом плохого? Быть хорошим – ну разве не идеал? Но проблема здесь в том, что эта «хорошесть» построена на фундаменте самоотречения. Такой человек, образно говоря, постоянно предает сам себя. Он жертвует своими интересами, своими границами, своим временем, своими ресурсами, кладя их на алтарь одобрения окружающих.
А теперь давайте зададимся простым вопросом. Какова естественная, биологически обусловленная функция гнева? Это – защита. Это – энергия отстаивания своих границ, своих интересов, своей территории, своего достоинства. Это психический иммунитет, который включается, когда на нас «нападают»: требуют сверхурочной работы, садятся на шею, используют нашу доброту, нарушают данные обещания.
Когда человек раз за разом блокирует этот защитный механизм, он, по сути, разоружает себя перед миром. Он позволяет другим тратить свои жизненные силы. И гнев при этом никуда не девается. Его нельзя просто взять и стереть, как файл с компьютера. Эта защитная энергия накапливается. Она копится в глубине, как вода в заблокированном геотермальном источнике, создавая чудовищное давление.
И вот в какой-то момент этот человек замечает в себе искорки того самого, запретного. Мимолетное, но яростное раздражение на плачущего ребенка, который не дает спать третью ночь. Вспышку ярости на начальника-самодура. Глухое негодование на партнера, который снова не выполнил свое обещание.
И что же происходит дальше? Его мир рушится. Для его внутренней, детской модели мышления, это – катастрофа. «Я чувствую гнев! Значит, я – монстр, как мой отец! Значит, я – плохая, и меня разлюбят! Значит, меня накажут!». Ужас. Паника. Чувство вины, разъедающее изнутри.
Глава 3. Рождение монстра: как подавленный гнев превращается в навязчивую мысль.
Что делает человек, столкнувшийся с внутренней угрозой? Он пытается ее контролировать. Он объявляет гнев врагом номер один и начинает с ним тотальную войну. Он взращивает в себе внутреннего надзирателя, который бдит за малейшим признаком раздражения, досады, недовольства. Он начинает отслеживать, предвидеть, избегать.
Он избегает конфликтов, даже самых здоровых. Он избегает ситуаций, где может потребоваться сказать «нет». Он подавляет в себе малейшие чувства, похожие на гнев. Он изнуряет себя самоконтролем.
И тут начинает действовать классический закон психики: чем больше мы что-то подавляем, тем больше оно усиливается. Чем пристальнее вы всматриваетесь в темноту в поисках монстра, тем более реальным и страшным он становится. Вы начинаете замечать гнев везде. «Я разозлился на коллегу? Я почувствовал досаду в пробке? Я был недоволен женой? О Боже, я полон этого гнева! Он повсюду! Я не могу его контролировать!»
И вот здесь мозг, наш верный, но иногда слишком прямолинейный слуга, совершает фатальную подмену. Он получает от хозяина сверхзадачу: «Обезвредить гнев! Не допустить его проявления! Предотвратить катастрофу!». И мозг начинает работать на опережение. Он пытается предугадать самые страшные, самые ужасные сценарии, где этот вырвавшийся на свободу гнев может натворить дел. Он, по сути, кричит вам: «Смотри! Вот самый кошмарный вариант! Вот что может случиться, если ты потеряешь контроль! Держись! Будь начеку!»
Так рождается контрастная навязчивость.
- Ваш подавленный, невыраженный гнев на мужа, который не помогает с ребенком, мозг трансформирует в страх: «А вдруг я зарежу мужа?»
- Ваше накопленное раздражение от постоянных требований матери и невозможности ей отказать превращается в ужас перед образом: «Я могу ударить маму».
- Ваша ярость от собственного бессилия, от того, что вашу жизнь контролируют другие, ваша злость на весь мир находит свой самый немыслимый, самый запретный выход в образе насилия над самым невинным – чужим ребенком.
Это – извращенная, искаженная форма протеста вашей собственной души. Это тихий бунт той части вас, которую вы годами заставляли молчать, угождать и улыбаться через силу. Ваша психика, не находя здорового выхода для гнева, начинает атаковать вас же самих, используя самые болезненные, самые уязвимые точки – вашу любовь к близким, ваши моральные принципы.
Этот механизм настолько хитросплетен и так мастерски замаскирован, что человек редко видит связь. Во-первых, потому что он формировался десятилетиями, начиная с детства. Во-вторых, и это главное, потому что человек искренне верит, что его установка «не злиться никогда» – это и есть единственно верный, «правильный» способ жить. Он не осознает, что сама эта установка – и есть корень зла.
Практическая часть: От войны к диалогу. Как вернуть себе право чувствовать.
Итак, мы подошли к самому главному. Что же делать? Как разорвать этот порочный круг? Как превратить внутреннюю гражданскую войну в мирный диалог с самим собой? Работа эта тонкая, многоуровневая, и, откровенно говоря, пройти ее самостоятельно, без опытного проводника, практически невозможно. Слишком велик риск запутаться еще больше. Опытный психолог, специализирующийся именно на работе с тревогой и ОКР, выступает в роли того самого переводчика, который помогает расшифровать язык вашей психики и навести мосты между враждующими лагерями внутри вас.
Вот основные направления этой работы, которые много раз показывали свою эффективность в моей практике.
1. Психообразование: Давайте познакомимся с вашим гневом.
Первый и самый важный шаг – это тотальное изменение отношения к гневу. Нужно перестать видеть в нем демона-разрушителя и начать воспринимать его как важную часть себя, как союзника, а не врага.
- Гнев – это не зло. Гнев – это энергия.Это топливо, которое дает нам силы сказать «нет», когда наши границы нарушают. Это мотор, который помогает достигать целей, преодолевать препятствия, бороться за свои интересы. Без гнева человек становится пассивным объектом, которым все пользуются. Гнев – это голос вашего самоуважения.
- Гнев действует с добрым намерением.Его первоначальная, здоровая цель – защитить вас, ваши ценности, ваше психологическое и физическое пространство. Он как сторожевой пес, который лает, когда к вашей территории подходит чужак. Проблема не в собаке, а в том, что вы годами держали ее на цепи в темном подвале, и теперь вам кажется, что она озлобилась и готова покусать кого угодно, включая вас самих.
- Испытывать гнев – нормально.Это такая же естественная эмоция, как радость, грусть или удивление. Ненормально – подавлять его годами и доводить до точки кипения, когда он вырывается в виде неконтролируемых вспышек или, что случается при ОКР, в виде извращенных навязчивых мыслей.
На сеансах мы подробно разбираем эти идеи. Мы говорим о функциях эмоций, о механизме их действия и о том, по каким принципам они работают. Мы делаем гнев легитимным, даем ему право на существование.
2. Практики безопасного выражения: Дадим голос вашему сторожевому псу.
Запрет на гнев в детстве означал, что вас не научили, как его ПРАВИЛЬНО выражать. Задача терапии – научиться этому во взрослом возрасте.
- Вербализация.Самый безопасный и эффективный способ – называть свои чувства словами. Не действие («я хочу вас всех убить!»), а чувство («Я сейчас в ярости!», «Я чувствую бешенство из-за этой ситуации!», «Меня злит, когда со мной так обращаются!»). Проговаривание, даже просто вслух самому себе, снимает колоссальное внутреннее напряжение.
- Физическая разрядка.Поскольку гнев – это энергия, ей нужно дать физический выход. Но не через насилие, а через спорт: бить боксерскую грушу, бегать, отжиматься, колоть дрова, рвать старые журналы. Это позволяет «сбросить пар» без риска для окружающих.
- Метод «Письма гнева».Вы берете лист бумаги и пишете письмо человеку или ситуации, которая вас бесит. Пишете все, что приходит в голову, не цензурируя себя, с самыми грубыми и нелицеприятными выражениями. А потом это письмо сжигаете или рвете. Это мощнейший ритуал символического освобождения.
Мы вместе с клиентом подбираем те методы, которые ему подходят, и начинаем применять их в безопасной обстановке, сначала на сеансах, потом в жизни.
3. Ревизия детских установок: Переписываем сценарий.
Нужно добраться до корня – до той детской установки о недопустимости гнева, и сознательно ее пересмотреть, своей взрослой частью личности.
- Работа с внутренним ребенком.Мы в терапевтическом процессе находим того самого маленького Алексея, Машу или Дмитрия, который когда-то принял это судьбоносное решение. И мы, взрослые, даем ему то, что он не получил тогда: понимание, поддержку и разрешение быть собой. Мы говорим ему: «Ты имел право злиться на отца-тирана. Ты имел право злиться на холодных родителей. Ты имел право протестовать против несправедливости. Ты был прав. Твой гнев был нормален и даже необходим». Это – исцеляющий акт, который разряжает напряжение, накопленное за десятилетия.
- Когнитивная переоценка.Мы вместе исследуем и оспариваем иррациональные убеждения: «Если я разозлюсь, я стану монстром», «Если я проявлю гнев, меня отвергнут». Мы ищем более реалистичные и справедливые формулировки: «Гнев – это временная эмоция, она не определяет всю мою личность», «Я могу злиться и при этом оставаться хорошим человеком», «Здоровые отношения выдерживают проявление честных чувств, включая гнев».
4. Выстраивание новых сценариев: Гнев занимает свое законное место.
Самое главное – перенести эти инсайта (озарения) в реальную жизнь. Поэтому мы выстраиваем вместе с человеком и новый сценарий его поведения.
- Тренировка ассертивности.Учимся мягко, но уверенно отстаивать свои границы. Говорить «нет», не испытывая чувства вины. Выражать свои потребности и просьбы. Просить о помощи.
- Новые модели отношений.Человек начинает постепенно менять формат своих отношений с окружающими. Он разрешает себе быть не только удобным, но и настоящим – иногда уставшим, иногда раздраженным, иногда нуждающимся в покое. Он обнаруживает, что мир от этого не рушится, а отношения, наоборот, становятся глубже и честнее.
5. Работа со страхом: Разжалование внутреннего надзирателя.
Параллельно с работой над гневом, мы обязательно работаем со страхом. Ведь именно страх – это та сила, которая держит всю эту конструкцию на плаву.
- Экспозиция и предотвращение реакции (ЭПР).Это золотой стандарт в терапии ОКР. Под руководством психолога человек учится не избегать своих пугающих мыслей, а встречать их лицом к лицу, без попыток нейтрализовать (сделать компульсию – например, мысленно повторять мантру «я хороший»). Когда вы перестаете бороться с мыслью, когда вы соглашаетесь с ее возможностью («Да, возможно, у меня есть мысль, что я могу причинить вред. И что?»), она теряет над вами власть. Вы перестаете ее бояться. А то, чего мы не боимся, не может нами управлять.
- Принятие неопределенности.Мы помогаем человеку смириться с тем, что он никогда не сможет получить 100% гарантию, что он «не монстр». Но ему эта гарантия и не нужна. Его истинная сущность, его поступки, его любовь к близким – и есть лучшее доказательство. И нужно просто научиться доверять себе.
Когда психологическая работа строится именно таким целостным образом, когда мы бьем не по симптомам (навязчивым мыслям), а воздействуем на причины (подавленный гнев и детские травмы), то шансы на полное и окончательное исцеление от ОКР возрастают многократно. Вы не просто учитесь жить с мыслями, вы убираете саму почву, на которой они произрастают.
Заключение: От вражды к интеграции.
Итак, давайте резюмируем наш непростой, но, надеюсь, понятный разговор. Контрастные навязчивости при ОКР – это не знак того, что вы сходите с ума или становитесь маньяком. Это – крик о помощи вашей собственной души. Это искаженное, зашифрованное послание о том, что внутри вас годами тлеет конфликт между потребностью в одобрении (быть хорошим) и потребностью в самоуважении (защищать свои интересы).
Подавленный, непризнанный гнев, которому вы когда-то в детстве объявили войну, находит себе лазейку в виде этих чудовищных, но абсолютно безопасных для окружающих мыслей. Ваша психика, образно говоря, выбирает такой извращенный способ сказать вам: «Эй, посмотри на меня! Мне больно! Мне нужно, чтобы меня наконец-то услышали и признали!»
Путь к исцелению лежит не через усиление контроля и самобичевание. Он лежит через понимание, принятие и интеграцию. Через то, чтобы перестать видеть в гневе врага и начать видеть в нем заблудившегося, озлобленного союзника, которого нужно приручить и научить говорить правильным языком.
Этот путь требует смелости. Смелости посмотреть в глаза своим детским страхам. Смелости признать, что вы имеете право на всю палитру человеческих чувств. Смелости изменить себя и свои отношения с миром.
И проходить этот путь лучше не в одиночку. Опытный психолог, который понимает механизмы ОКР и работу с травмой, станет для вас тем самым надежным проводником, который не даст заблудиться в лабиринтах вашего сознания, поддержит в трудные минуты и поможет собрать пазл вашей личности в новую, целостную и гармоничную картину.
Вы не монстр. Вы – человек, который очень старался быть хорошим для всех, забыв, что в первую очередь нужно быть хорошим для самого себя. Ваши навязчивые мысли – это не предсказание будущего, а эхо прошлых ран. И эти раны можно исцелить. Вы можете вернуть себе спокойствие, радость жизни и право быть собой цельным, настоящим, чувствующим. Вы заслуживаете этого.
Если вы столкнулись с проблемой ОКР и Навязчивых мыслей, напишите мне в любой Мессенджер по номеру +79153030855 (WhatsApp / Telegram / Max) (психолог Александр Петухов), и мы вместе найдем решение вашей ситуации.
Узнать о моих методах работы и записаться ко мне на консультацию можно по этой ссылке, чтобы не мучиться от ОКР годами, а справиться с ним раз и навсегда.