Виктор Павлович ремонтировал старый радиоприемник в своей мастерской, когда раздался звонок в дверь. Декабрьский вечер, половина седьмого — кто это может быть? Соседи знают, что он не любит гостей.
На пороге стояла молодая женщина в деловом костюме и подросток с большим спортивным рюкзаком. Парень уткнулся в телефон, делал вид, что происходящее его не касается.
— Виктор Павлович Семенов?
— Да.
— Марина Олеговна, органы опеки Центрального района. Это касается вашего сына Андрея.
Отвертка выскользнула из рук, покатилась по полу.
— Андрея? Что случилось?
— Можно войти?
В квартире пахло канифолью и старыми книгами. Женщина огляделась — две комнаты в сталинке, высокие потолки, лепнина облупилась местами. На стенах — полки с радиодеталями, старые схемы, фотографии в рамках.
— Ваш сын погиб четыре года назад. Автокатастрофа.
Виктор сел на стул. Андрей мертв четыре года, а он не знал.
— Мать Дениса, Татьяна Сергеевна, умерла месяц назад. Онкология. Других родственников нет. По документам отец мальчика — Андрей Викторович Семенов.
— Не может быть. Андрей уехал пятнадцать лет назад. Ни разу не позвонил.
Женщина протянула папку. Свидетельство о рождении, установление отцовства, справки. Виктор читал, буквы прыгали перед глазами.
— Почему я должен верить? Может, однофамилец?
Парень оторвался от телефона, полез в рюкзак. Достал планшет, открыл фотографию.
— Это мой отец.
Андрей. Облысевший, с брюшком, но это точно он. Стоит у какой-то машины, улыбается криво.
— Откуда это?
— Мама сохранила в телефоне. С какой-то встречи выпускников его школы, кто-то выложил.
Значит, был жив. Фотографировался на встречах. Сына имел. А отцу не написал ни строчки.
— У вас есть условия для проживания подростка?
— Есть комната. Андрея бывшая.
— Отлично. Неделя — испытательный срок. Потом решим окончательно. Денис, веди себя хорошо.
Она ушла быстро, деловито. Остались вдвоем. Парень стоял у двери, явно готовый сбежать при первой возможности.
— Проходи. Комната там, — Виктор показал на дверь в конце коридора.
— Мне все равно где. Через три года школу закончу, свалю отсюда.
— Твое дело.
Комната Андрея осталась как была — письменный стол, книжные полки, на стене постер с формулами. Пыль, конечно, но Виктор иногда протирал — по привычке.
— Вайфай есть?
— Пароль на холодильнике написан.
Парень ушел в комнату, закрыл дверь. Виктор вернулся к радиоприемнику, но руки не слушались. Андрей мертв. Четыре года как мертв.
Они тогда разругались в пух и прах. Андрей бросил университет на последнем курсе — влюбился в какую-то художницу, решил, что будет музыкантом. Виктор — инженер-электронщик, всю жизнь в НИИ проработал — не мог этого понять. Наговорили друг другу такого... Андрей хлопнул дверью, крикнул: "Ты мне больше не отец!"
Утром Виктор встал в шесть, как всегда. На кухне обнаружил Дениса — тот сидел за столом, ел бутерброд всухомятку.
— Чай поставь хоть.
— Не умею. Дома кофемашина была.
— Научу. Воды в чайник, на плиту, огонь включить — вот эта ручка.
— Зачем? Я через неделю уеду.
— За неделю пить захочешь не раз.
Молча позавтракали. Денис смотрел в телефон, Виктор — в окно. Третий этаж, вид на двор. Детская площадка внизу засыпана снегом, никто не играет.
— В школу надо?
— Завтра начинаются занятия. Каникулы до восьмого были.
— Точно. Забыл. Что делать будешь?
— Не знаю. Посижу в комнате.
— Можешь по району погулять. Только ключи возьми.
— Зачем? Все равно идти некуда.
Прошло три дня. Вечером Виктор готовил ужин — макароны с сосисками. Денис вышел из комнаты, встал в дверях.
— А почему вы с отцом не общались?
Виктор помешивал макароны, думал, что ответить.
— Поругались. Он музыкантом хотел стать, я был против. Оба гордые оказались.
— Он играл в клубах. Недолго. Потом в автосервисе работал.
— Откуда знаешь?
— Мама рассказывала. Они не жили вместе. Он приходил иногда, когда трезвый был.
Виктор поставил тарелки на стол. Ели молча. Денис опять уткнулся в телефон.
— Что читаешь?
— Ничего. Ленту листаю.
— У меня книги есть. Можешь брать.
— Я не читаю книги.
На третий день позвонила соседка, Нина Ивановна.
— Виктор Павлович, это что за мальчик у вас? Видела — во дворе курит.
— Внук. Временно живет.
— Внук? Первый раз слышу.
— И я первый раз вижу.
К концу недели выработался ритм. Денис вставал поздно, завтракал, уходил бродить по району. Возвращался к вечеру, ужинали вместе, потом расходились по комнатам. Разговаривали мало.
В субботу приехала женщина из опеки.
— Ну как, ладите?
— Нормально, — Виктор пожал плечами.
— Денис, хочешь остаться?
— А варианты какие? Детдом? Лучше уж тут.
— Значит, оформляем опеку.
***
После ее отъезда Денис вышел на кухню. Виктор паял плату от старого телевизора.
— Что делаете?
— Ремонтирую. Хобби у меня такое.
— А зачем? Новый купить проще.
— Не в этом дело. Интересно разобраться, найти поломку, починить.
— Как в игре квест пройти?
— Типа того. Хочешь попробовать?
— Я не умею.
— Покажу. Держи паяльник. Вот так. Видишь, контакт отошел? Аккуратно прижимаем...
Работали час. У Дениса оказались способные руки — схватывал быстро. Когда телевизор включился, парень улыбнулся.
— Прикольно. А еще что можно починить?
— Да много чего. Вон, радио стоит, магнитофон. Соседи иногда приносят.
— Научите?
— Научу, если хочешь.
Вечерами стали сидеть в мастерской — комнатка маленькая, Виктор из кладовки ее сделал. Денис оказался сообразительным, с техникой на "ты". Пока паяли, разговаривали — о технике, о физике, о том, как устроены вещи.
Перед Новым годом Денис спросил:
— Дед, а елку будем ставить?
— Не ставил давно. Смысла не было.
— Давайте поставим. Я никогда живую елку не наряжал. Мама искусственную маленькую покупала.
Купили елку на базаре у метро. Игрушки нашли в антресоли — старые, советские еще, жена покупала когда-то. Жена умерла десять лет назад, Андрей на похороны не приехал.
— Смотри, — Денис вытащил игрушку — стеклянный космонавт. — Винтаж же!
— Андрею нравилась эта игрушка. Всегда ее первой вешал.
Помолчали. Денис повесил космонавта на самое видное место.
Тридцать первого готовили вместе — Виктор учил делать оливье, Денис гуглил рецепт селедки под шубой. Получилось криво, но съедобно.
— Дед, а можно я друга позову? Он тоже один встречает, родители уехали.
— Зови.
Пришел Влад — одноклассник Дениса. Оказалось, живет в соседнем доме. Сидели втроем, смотрели "Иронию судьбы" — Виктор по традиции включал, парни смеялись над старым кино, но досмотрели.
В полночь чокнулись — Виктор коньяком, парни — колой.
— С Новым годом, дед.
— С Новым годом.
После двенадцати мальчишки ушли во двор — запускать петарды. Виктор смотрел из окна — Денис и Влад носились по двору, смеялись, кидались снежками.
Позвонила Нина Ивановна:
— С Новым годом, Виктор Павлович! Смотрю, внук-то прижился.
— Похоже на то.
— И правильно. Нечего одному в четырех стенах сидеть.
***
В январе Денис пошел в школу — перевели в ближайшую, пять минут пешком. Виктор оформил все документы, записался как официальный представитель.
— Дед, не ходи на собрания. Стремно.
— Почему стремно?
— Ну... ты старый.
— А у других родители молодые?
— Не настолько.
Но на собрание Виктор пошел. Учительница, молодая девушка, удивилась:
— Вы дедушка? Обычно родители приходят.
— Я опекун. И дед.
После собрания Денис ждал во дворе школы.
— Ну что сказали?
— Сказали, способный, но ленивый. По физике и математике можешь лучше.
— Я гуманитарий.
— Чушь. Ты платы паяешь как профессионал, а физику не можешь? Давай позанимаемся.
Стали заниматься по вечерам. Виктор объяснял через примеры из электроники — так Денису было понятнее. К концу четверти подтянул и физику, и математику.
В феврале сломался компьютер — старенький ноутбук Дениса. Парень чуть не плакал — там вся его жизнь была.
— Давай посмотрим, — Виктор открыл корпус.
— Вы в компах разбираетесь?
— Электроника она и есть электроника. О, видишь — конденсатор вздулся. Заменим.
Починили вместе. Денис смотрел на деда с уважением.
— Круто. Может, мне тоже в технический пойти? После школы?
— Решай сам. Но подумай — тебе действительно интересно или просто так говоришь?
— Интересно. Когда чиним что-то — прямо кайф, когда получается.
В марте позвонили из школы — Денис подрался. Виктор пришел к директору.
— Ваш внук сломал нос однокласснику.
— За что?
— Говорит, тот оскорбил его отца.
Дома Виктор спросил:
— Что он сказал про отца?
— Что батя мой алкаш был и правильно, что сдох. Я не стерпел.
— Драться нельзя.
— А что можно? Молчать?
Виктор думал. Сам бы в молодости тоже врезал.
— В следующий раз словами ответь. Умными словами. Чтоб он почувствовал себя дураком, а не ты — хулиганом.
— Не умею я словами.
— Научишься. Книги читай больше.
Стали читать вместе. Виктор доставал с полок старые книги — Стругацких, Лема, Азимова. Денис сначала морщился, потом втянулся.
— Дед, а отец читал?
— Читал. Любил фантастику. Мечтал в космос полететь, когда маленький был.
— А почему не полетел?
— Жизнь по-другому сложилась.
В апреле пришла проверка из опеки. Денис был в школе, Виктор принимал инспектора один.
— Как мальчик?
— Нормально. Учится, друзья появились.
— При достижении совершеннолетия опека прекращается автоматически. Но есть возможность оформить все официально, чтобы наследственные права были защищены.
— В моем возрасте? Мне семьдесят.
— Возраст не помеха. Подумайте.
Вечером Виктор решился:
— Денис, из опеки предлагают оформить все официально. Чтобы ты был полноправным наследником. По документам.
Денис молчал, ковырял вилкой котлету.
— А вы хотите?
— Я не знаю. Ты как?
— Можно подумать?
— Конечно.
Через неделю Денис сам подошел:
— Дед, насчет того оформления... Давайте. Все равно мне больше некуда идти. И вам, наверное, тоже.
— Не из жалости?
— Нет. Мне нормально тут. Правда.
Оформляли документы два месяца. Когда получили все бумаги, Денис сказал:
— Спасибо. Теперь я точно не временный.
Летом поехали на дачу к знакомым Виктора. Денис никогда не жил за городом — восторгался речкой, лесом, даже комарами.
— Дед, а у нас дачи нет?
— Нет. Не любитель я огородов.
— И не надо огород. Просто домик, чтоб на выходные ездить. И мастерскую там сделать.
— Помечтать не вредно.
Но Виктор уже прикидывал — пенсия плюс накопления, может, хватит на что-то скромное. Для парня стараться стоит.
Осенью Денис пошел в десятый класс. На первом сентября Виктор стоял среди других родителей, Денис махал ему из строя.
— Ваш внук? — спросила какая-то мамаша.
— Мой.
— Похож на вас.
Виктор присмотрелся. И правда — Денис за лето вытянулся, похудел, и стало заметно: нос с горбинкой, как у всех Семеновых, и глаза серые, и привычка морщить лоб, когда думает.
Вечером сидели в мастерской, собирали радиоуправляемую машинку — Денис на конкурс в техническом кружке готовился.
— Дед, а если я в универ поступлю, вы не выгоните?
— С чего бы?
— Ну, восемнадцать же будет.
— И что? Живи сколько надо. Места хватает.
— А если девушку приведу?
— Приводи. Только предупреждай заранее, я в другую комнату уйду.
Денис засмеялся.
— Дед, вы прикольный.
— Сам такой.
За окном темнело рано — октябрь. В квартире тепло, пахнет канифолью и чаем. На стене — фотографии: жена Виктора, Андрей в детстве, новая — Денис с грамотой за конкурс.
Виктор подумал: жизнь странная. Забирает самое дорогое, а потом присылает утешение. Не замену — нет. Но возможность жить дальше, не в пустоте.
— Дед, смотрите, заработало! — Денис поднял машинку, включил пульт.
Машинка поехала по столу, аккуратно объехала паяльник, остановилась у края.
— Молодец. Теперь скорость отрегулируй.
— Сейчас. Дед, а можно я Влада позову? Покажу.
— Зови.
Денис побежал звонить. Виктор слышал, как он взахлеб рассказывает: "Мы с дедом сделали! Сами! С нуля!"
С дедом. Хорошие слова.
---
Автор: Татьяна Томилова