Буллинг — слово, от которого у многих родителей холодеет внутри. Одни уверены, что «все это просто детские разборки», другие вспоминают собственное детство и понимают: нет, это не шутки. За насмешками, подколами и «шутками» часто прячется боль, страх и одиночество.
Недавний случай из Хабаровска показал, что замалчивать такие истории больше нельзя. Мама восьмиклассницы три года пыталась добиться от школы хоть какой-то реакции на травлю дочери. Три года жалоб, разговоров, отписок. И только суд поставил точку — постановил, что школа обязана компенсировать моральный вред и ребенку, и матери. Это первый подобный случай в России, но, к сожалению, далеко не единственный пример того, как долго в нашей системе образования игнорируют детскую боль.
Три года ада
Из материалов дела стало известно, что девочку систематически унижали одноклассники. Обзывания, издевки, мокрые портфели, мука в волосах, мандариновые корки за шиворот. Сначала — шепот за спиной, потом открытые насмешки.
Мама писала заявления директору школы — семь раз. Обращалась в городское управление образования — дважды. Но вместо реальной помощи получала формальные ответы. Никто не захотел вмешиваться: «Пусть дети сами разберутся», «Не стоит раздувать конфликт», «Все наладится».
Не наладилось. Девочка замкнулась, перестала разговаривать, избегала школы. И только когда мама обратилась в суд, ситуация сдвинулась с мертвой точки.
Суд услышал то, что не захотели услышать взрослые
Хабаровский суд признал: школа виновата. Образовательное учреждение обязано следить за безопасностью учеников и предотвращать ситуации, которые могут причинить вред. А если травля происходит систематически, ответственность лежит именно на школе.
Решение суда стало прецедентом: теперь есть документ, который прямо говорит — бездействие педагогов в случаях буллинга может стоить дорого.
Компенсация составила 200 тысяч рублей — ребенку и 70 тысяч — матери, которая пережила годы тревоги и бессилия. И дело тут не в деньгах, а в признании того, что боль ребенка — не «пустяки».
Почему буллинг часто не замечают
Учителя и родители нередко видят только вершину айсберга. Один подкол на перемене, случайная перепалка — и кажется, ничего страшного. Но травля редко начинается громко. Она растет из мелочей: из молчаливого одобрения, из безразличия, из того самого «пусть сами разберутся».
Ребенок, которого систематически унижают, не всегда жалуется. Он боится, что станет еще хуже. Или просто не верит, что взрослые смогут его защитить.
Иногда и учителя боятся признать, что в их классе есть буллинг. Это удар по репутации школы, а значит — проще закрыть глаза. Но пока взрослые молчат, страдает конкретный человек.
Что может сделать школа
Буллинг нельзя искоренить приказами сверху, но можно научиться его предотвращать. Настоящая профилактика — это не лекции о доброте, а вовремя замеченное молчание, перемена, где кто-то сидит в одиночестве, или класс, где один всегда виноват.
Учитель, который не отмахивается, а говорит с детьми открыто, способен изменить ситуацию. Иногда достаточно просто встать на сторону слабого — не на словах, а действием.
В некоторых школах уже внедряют специальные программы по раннему выявлению травли, обучают педагогов и школьных психологов. Но таких мест пока мало.
Государство начинает действовать
История из Хабаровска заставила многих задуматься: что делать, если школа не защищает? На федеральном уровне уже обсуждаются инициативы по созданию системной защиты детей от травли.
Речь идет не о наказаниях, а о механизмах поддержки — чтобы у родителей и учеников был понятный путь действий: кому жаловаться, кто обязан вмешаться, как школа должна реагировать. Ведь до сих пор многое держится на личной инициативе отдельных педагогов и родителей.
Главное — не молчать
Буллинг — не просто конфликт, это разрушение личности. И чем дольше длится травля, тем тяжелее последствия: тревожность, проблемы с учебой, замкнутость, потеря доверия к взрослым.
Да, школа — не суд и не полиция, но она — место, где ребёнок должен чувствовать себя в безопасности. И если взрослые не смогут этого обеспечить, то кому ещё он поверит?
А как вы считаете — кто в первую очередь должен вмешиваться, когда ребёнка травят: школа, родители или общество в целом?
Подписывайтесь на «ЭврикаХаб».
Читайте также: