Как Ёжик Сережик телефон чинил.

Жил-был на свете Ёжик Сережик. Был у него самый лучший друг на свете — Пчелка Галя. Она улетела в другой лес собирать особый, липовый мед. А чтобы не скучать, они каждый день писали друг другу письма.

Сережик писал: «Дорогая Галя! У нас сегодня три груздя выросло и радуга над рекой стояла. Очень жду тебя. Твой Ёжик».

А Галя ему отвечала:«Милый Сережик! Липа цветет, пахнет волшебно. Скоро вернусь с полной баночкой меда. Твоя Пчелка».

И все эти письма приходили к ним по волшебному телефону-цветочку. Он был похож на большую ромашку: на зеленом стебельке сиял белый экран, а лепестки были разноцветные кнопочки.

Но однажды утром случилась беда. Ёжик, как обычно, захотел написать Галеньке «Доброе утро», а экран у ромашки был темный-темный и не зажигался.

«Наверное, села радужная батарейка», — подумал Ёжик.

Он побежал к Муравью, который был большим мастером на все руки.

— Муравей, Муравей, помоги! Мой телефон-цветочек не работает, а я не могу написать Пчелке Гале!

Муравей взял лупу, посмотрел на ромашку со всех сторон и говорит:

— Ничего не сломалось, Сережик. Просто ему нужно зарядиться солнечным светом. Поставь его на пенек, пусть солнышко погреет.

Обрадовался Ёжик, вынес телефон на самый солнечный пенек и стал ждать. Пролетел шмель, пробежала ящерица, а ромашка все не зажигалась.

«Солнца мало!» — решил Ёжик.

Он полез на самую высокую сосну и положил телефон на самую макушку, где солнце припекает сильнее всего. Пролежал телефон там до самого вечера, даже лепестки немного подвяли, но экран так и не засветился.

Расстроился Ёжик. Спустился с сосны, сел на травку и чуть не заплакал. Тут мимо прыгал Кузнечик.

— Что ты такой грустный, Сережик?

— Да вот, телефон мой сломался. Не могу ни писем написать, ни прочитать, что Галя мне написала.

— Дай-ка я посмотрю! — сказал Кузнечик. Он был известный музыкант и понимал кое-что в мелодиях. Он постучал лапкой по экрану. — Ага! Ясно! Внутри заело песенку. Надо его хорошенько встряхнуть!

Кузнечик взял телефон и давай его трясти. Тряс-тряс, а потом не удержал — ромашка выскользнула, упала и покатилась с горки прямиком в лужу!

«Ой!» — закричали Ёжик и Кузнечик.

Вытащили они телефон из лужи. Он был мокрый и печальный.

— Теперь-то уж все пропало! — вздохнул Ёжик. — Он намок, и письма все промокли!

Он унес телефон домой, зажег лампу и сел рядом, такой несчастный. Целый день он пытался его починить, и ничего у него не получилось. Теперь он не узнает, как там Пчелка Галя, и не сможет ей написать. От этой мысли у Ёжика в носике защекотало, и на колючки упала одна колючая слезинка.

Вдруг... кто-то постучал в окошко. Тук-тук-тук!

Ёжик поднял голову. За стеклом, в свете луны, мелькало знакомое полосатое пузико.

— ГАЛЯ! — закричал он и распахнул окошко.

Пчелка Галя, вся перепачканная пыльцой, влетела в комнату.

— Сережик! Я тебе сто писем написала, а ты не отвечаешь! Я так заволновалась, что бросила все и полетела назад! С тобой все в порядке?

— Со мной-то все в порядке, — прошептал Ёжик, — а вот наш телефон... сломался. Я его и на солнышке грел, и Кузнечик его тряс, и в лужу он упал... Прости, я не получил твои письма.

Галя посмотрела на мокрую, печальную ромашку, потом на грустного Ёжика и звонко засмеялась.

— Ах ты, мой глупенький Ёжик! Зачем нам телефон, если я уже прилетела?

Она достала из-за спинки маленькую, липкую баночку.

— Это тебе. Самый первый мед с липы. Давай пить чай, и ты мне расскажешь все, что хотел написать в письме.

И они сели пить чай с медом. Ёжик рассказал Галеньке про три груздя и про радугу над рекой. А Галя рассказала, как пахнет цветущая липа.

И оказалось, что настоящие письма не пишутся на экране. Они живут в теплом голосе друга, в душистом чае и в липовом меде на дне чашки. А сломанный телефон-ромашка так и остался лежать на столе, напоминая о том, что иногда самое лучшее средство связи — это просто прилететь в гости.