Осень потеплела. Ненадолго. Темно. Пятницы вечер. Вот много жизней, вот разные люди.
Вот сидят двое на лавке. Друзья старые. Во многом очень и очень похожи. Но во многом уж такие, чуть не совсем разные. Сидят, обсуждают что-то. И всегда почти не согласны. За сорок недавно обоим. с пелёнок почитай друзья. И всю жизнь незнакомы.
И вот кризис среднего возраста у обоих. У одного на излёте кризис, и путь дальше виден уже, а у другого словно мрачнее всё и мрачнее.
Первый, почти ничего не имеет. Не был счастливым. Молодым словно не был. Мало любил, мало дружил. Жить не хотел часто. И пил. Конечно же, много пил.
Его кризис начался раньше. Хватило и ума и смелости во многом себе и признаться, и разочарование принять, пережить.
Чуть адаптировался. Научился даже беды свои монетизировать. Общество вокруг собрал небольшое через это всё, через беды, обиды, через пустоту. Был доволен, пока не дошло, тут все этими чувствами и питаются. И он вместе с ними остаётся таким же.
Отказался от нового общества. Он не знал, будет ли что-то получше. Будут ли люди другие. Просто понял, иначе всё только хуже. Это очередной застой. Словно очередной запой.
Было трудно? Да. Он даже страдал. Ну а как ты хотел, дурачок, повзрослеть по иному?
Научился он и заполнять пустоту. А там где не получается, что-ж, это просто нужно перетерпеть. Все эмоции проходят, проходит и пустота.
А потом приходит нормально.
Двоих обдувает ветром. Людей вокруг меньше, почти никого. Но кто-то вон вышел с собакой. Кто-то с ребёнком домой возвращается. Смотрят оба на это и им сразу уютнее. Не одни они в темноте. И лавка лишь часть мира большого.
Второй немало успел сделать, добился немалого. Вокруг много людей. Есть любящие. Есть и соперники. Хорошая, полная жизнь. И сам вроде здоров, не пил не увлекался привычками гадкими. Дыши - не нарадуйся.
Но кризис. Оно ничего особо уже не впечатляет.
Даже не так - всё меньше есть ценного в жизни. А что есть, то часто и не твоё.
Какие-то ценности достались легко. Что-то вообще незаметно. Другие, как оказалось, не радуют в долгую. Цели достигнутые, поставив на полку уже не нужны и былое.
Старость подкрадывается, думает здоровый, сорокалетний мужчина.
Нет, это другое. Называется это - разочарование.
Юность была на подъёме. Осознанное возмужание. Пути очень ясные, точные. Но вот это всё в прошлом. А в будущем нет ничего. Так ему кажется.
Город утихает. Ветер холоднее заметно. Уюта всё меньше и меньше. Не греют свет в окнах чужих. Скоро пора уходить с этой лавки, уже опостылевшей. Но ещё посидят двое. Куда им торопиться?
Первый определяет свой будущий путь. У него есть желание. Есть то, чему радуется он лично, сам. Оно не уйдёт, не пропадёт. Его личное, любимое дело. То, через что он повзрослев, может себя сделать, выразить, то, во что может смотреться. Смотреться легко и с улыбкой.
Второму дорога домой не очень сладка. Там он был. Там его как-будто и нет. Да, он молодец. Да ценят. Но сам себе он зачем? Сам, как дорогой себе человек он что видит? Мало. И всё меньше и меньше. А людей собирать вокруг, болью и пустотой объединяя - не вариант. Опыт друга есть, очень понятный. И сам слишком силён для такой ерунды. Не хочет спешить потому-что как будто и незачем больше.
Вот лавка пуста. Вдали, под фонарями идут два друга. Смеются, по доброму и легко. Они хорошие люди. Оба не глупы очень. Обоим за сорок чуть. У обоих опыт немалый и разный. И оба недавно почувствовали, поняли шкурой одно важное, часто главное в жизни. Она, зараза, конечна.
Что будет завтра? А что потом? Кто-то собирает осенние листья. Кто-то вдыхает свой будущий прах.
Они оба знают одного человека. Очень творческого. Он создаёт очень много. Уже лет как десять без остановки творит. Есть много людей вокруг. Есть и почёт есть поддержка. Но не для себя он творит. Чтобы накормить пустоту. А пустота бесконечна. И всей поддержки, и всей массы созданного не хватает. Ему всё хуже и хуже.
Он не ведёт с друзьями бесед. Он только жалуется. Он не радуется творенью, он призывает тоску.
Он ждёт, что когда-то станет всё легче и лучше. Он ждёт, что вот-вот переменится всё. Ему нужно чудо. Разочарований, терпений много ему не нужны. Взросления он не желает. Глухой к себе и другим.
Что-же, страдай. Выбор твой, дурачок.
