Начало истории читайте здесь.
Расходы посчитал на среднем обороте производства в 12,5 млн ₽.
Накладные расходы (аренда 1000 кв.м, начальник производства, вода, бухгалтерия и т.п) – 1,25 млн ₽
Аренда – это самый накладной из всех накладных расходов. Арендодатель возьмет с вас денег при любых обстоятельствах (да, в ковид тоже). Но мы нашли метод снизить стоимость аренды на единицу произведенного изделия.
Когда мы начинали, площадь швейного цеха была 40 метров. При нормах в 5 кв. м. на одну швею (учитывая швейную машинку, стул и проходы), получалось, что у нас может работать максимум 8 швей в одну смену.
Стоимость аренды этих 40 метров составляет 40 000 ₽. Эти 40 000 ₽ аренды в месяц в виде накладных расходов добавляются к каждому изделию. При выпуске в 500 единиц в месяц, у вас выходит по 80 ₽ аренды в себестоимости в каждом изделии.
Если вы на ту же площадь посадите ещё 8 швей, которые будут работать ночью, то у вас в месяц будет выпуск не 500 единиц, а в 2 раза больше — 16 швей будут шить 1000 единиц. А стоимость аренды не изменится. Получится, что стоимость аренды в каждом изделии стала не 80, а 40 ₽.
На практике, конечно, улучшение себестоимости меньше чем в 2 раза, так как при введении ночной смены, у вас увеличиваются – коммунальные услуги, стоимость обслуживания оборудования, но все же.
Зарплата – 1,875 млн ₽
На швейном производстве работают раскройщики, упаковщики, менеджеры, но главная пчела – это, конечно, швея.
Профессиональный заводчик по тому, как человек садится на лошадь, все скажет о квалификации наездника. Так и опытный владелец швейного производства понимает, кто сможет работать швеей в первый рабочий день.
Что швея скажет по телефону совершенно неважно, знает, не знает название машинок или ткани, где и что шила.
Средняя опытная швея у нас шила 20 изделий в смену (получала 150 ₽ за штуку). То есть если за первый день новая швея шьет 8 изделий, то это эффект первого дня, стресс, новая ткань, новая машинка, дальше она справится. А вот если за первый день шьет 2-3 изделия, дальше даже пробовать не стоит.
Кадровые проблемы швейников приводят к необходимости работать с сидевшими сотрудниками. Люди в тюрьмах часто шьют. Если по вакансии звонит мужчина, то вероятность наличия у него уголовного срока – 99%. У нас был один швей, который не сидел, а именно решил шить для себя. Не прижился в женском коллективе.
Со временем мы поняли, что такие люди не подходят нам по квалификации, так как в СИЗО делают простые операции — шьют инкассаторские мешки или спецодежду.
Наши первые изделия — кофты-игрушки, оказались сложными. Ткань тянется, у игрушки мелкие детали, мех при раскрое и пошиве летит во все стороны. Швеи даже с пятилетним опытом у нас долго не задерживались — не тянут качество. В среднем опыт наших швей был 15-20 лет.
С пьянством проблем почти не было, но в погоне за рублем швеи могли шить по 12 часов, а спать по 6 часов. Сонных мы отправляли домой, сонная швея – это кривые строчки.
Чтобы за каждый оплаченный рубль приносил бизнесу как можно больше прибыли, у нас, конечно, было разделение труда.
Многие слышали про Стаханова. Стаханов перевыполнил норму по выработке угля. Норма за смену 7 тонн, а Стаханов сделал 102 тонны. Превышение нормы в 14 раз.
Не очень известный факт, но Стаханов был не один. Добывание угля состоит из вырубки угля и последующего укрепления шахты, чтобы она не обвалилась. Стаханову дали не очень умелых помощников, которым Стаханов сказал не вырубать уголь, а только укреплять шахту. Благодаря разделению труда, вместо того, чтобы 2 минуты рубить уголь, потом полчаса укреплять шахту вместе со всеми и дальше рубить уголь, Стаханов все 6 часов только и делал, что стоял с отбойным молотком и рубил уголь. А всю «непрофильную» работу делали другие.
Мы переняли лучшие советские практики. У нас есть разные коммуникации с клиентами: телефон, мессенджеры, почта. Наши операторы круто общаются с клиентами по телефону, но иногда им приходится отвлекаться на «укрепление шахты»: на то, чтобы ответить по статусу заказа, который уже день, как не пришёл клиенту, на то, чтобы ответить клиенту, который может только в What’sApp* общаться, так как ребёнок спит, на то, чтобы внести изменения в заказ.
Мы наняли человека на то, чтобы разгрузить операторов и дать им заниматься тем, что у них получается лучше всего. Их производительность вряд ли выросла в 14 раз, но все же выросла.
На производстве, конечно, процесс тоже разделен: один кроит, один сшивает.
Когда закладываете зарплаты, важно не забывать, что у людей всегда есть бытовые обстоятельства: болезнь, нужно в МФЦ, заболели дети, родительское собрание. То есть когда у вас 12 швей по факту их 11, одна постоянно в среднем в отпуске или отгуле.
Сырье – 2,5 млн ₽
Примерно 20% от цены изделия – это ткани, фурнитура, замочки и пр. Мы всегда искали решения, чтобы снижать себестоимость.
Когда мы запускали бренд детской одежды, у нас не было детей, мы не разбирались в детской одежде и многое делали по аналогии со взрослой одеждой. Например, так у нас появился шнурок в худи.
Потом мы поняли, что детский шнурок нефункционален и можно его убрать. В итоге, просто убрав шнурок, мы избавились от:
— материала шнурка,
— времени на пошив шнурка,
— времени на пошив «отстрочки», где расположен шнурок,
— люверсов,
— времени на установку люверсов,
— времени на вдевание шнурка.
А всего расходы нашего швейного производства при обороте в 12,5 млн ₽ в месяц составляли 10,25 млн ₽.
Продолжение этой истории читайте здесь.
Если вам понравилась эта история, вы можете прочитать и другие истории про бизнес на канале «Упал, поднялся»:
– Научился делать миллионы на маркетплейсах и теперь работаю с 7 до 21 без выходных
– Как я делаю 70 млн в год на футболках с принтами и почти без маркетплейсов
– Кто убивает мое производство одежды?
Уже больше года я раз в неделю беру интервью у предпринимателей про реальный бизнес, а не этот ваш успешный успех.
Может показаться, что «Упал, поднялся» – это весёлые истории о том, как пожарить косточки, насушить листья, склеить картон, чтобы заработать миллионы на маркетплейсах. Но на самом деле в блоге уже больше 50 статей из разных ниш с подробными выкладками по цифрам.
Подписывайтесь на блог «Упал, поднялся – интервью про бизнес».
*Компания Meta Platforms признана в России экстремистской организацией и запрещена.