Ещё один советский фантаст, о котором ничего не знаю и не помню, - читал ли что-то его авторства или нет.
"...Сгорбилась впереди лесная чаща. Куда ведёт затерявшаяся в траве и колючих кустарниках тропа. Кто знает... Видит это коршун, распростерший в бездонной синеве черные крылья. Видит, да не скажет" - Сулейман Стальский стайл.
Будущее и балагурящие по видеосвязи жизнерадостные интернациональные супермены, космос освоен и возможны путешествия во времени.
"А мы трое - вроде бы совсем недавно мальчишки-одноклассники, а ныне серьёзные мужи отправились на рекогнисцировку, а проще говоря - знакомиться с замком".
Средневековые декорации, загадочное убийство, паранормальное явление и путешествие в десятый век, ведун Славомир и его руководитель, как это ни смешно, Коэн.
Антихристианства немножко: "Но приговор уже произнесен, запасаются дрова для будущих костров, на которых сгорит многое, естественное в эти дни, но ожидающее дьявольское клеймо в ближайшем будущем".
Не то говардовские, не то лавкрафтианские мотивы о дочеловеческом зле, а в целом шаблонное фэнтези, собравшее всю эзотерическую мишуру современного дате издания 1991, но живо написанное.
Главный герой в итоге обретает паранормальные способности: "Пальцы пробегали по вязи рун, и их смысл открывался мне, они звали меня в дорогу через незнакомые земли, страны, сквозь бездну времён".
Следующая повесть (1988) начинается с воспоминаний травмированного космонавта, реабилитирующегося на землеподобной планете (дубликате Земли, как оказалось).
"Эта каменная осыпь очень похожа... Опять из подсознания выбирается Крим! Там остались Толик Утехин и Гена Бражко... Эх, ребята, ребята...".
Экологическая проповедь, автор, похоже, футбольный болельщик, иначе объяснить наличие в обеих повестях персонажа не фамилии Линекер не могу (ещё Борручага будет и главный злодей тоже с известной футбольной фамилией).
Профессии будущего - егерь, косморазведчик и педагог, победивший коммунизм опять же: "...почти все предприниматели или добровольно передали свои капиталы народам, или были вынуждены сделать это...".
Сама история с аномалиями поверх уже имеющихся, сплошным неподчинением приказам, загадочными злобными инопланетянами, и атлантами.
Коммунары смущенно смотрят на оргию, спокойно понаблюдав жертвоприношение.
Похоже, это что-то дебютное совсем у автора, может быть даже школьное, настолько выглядит кондовыми советскими 60-ми, а то и 50-ми.
Несколько рассказов, первый романтический о решении проблемы болезненных воспоминаний.
"Над космодромом имени Ивана Ефремова всегда дует ветер".
Следующий - философский, о возможности переиграть жизнь; дальше позднесоветская новогодняя эклектика, потом изобретатель и снова футбол, пришелец и издёвка над охотой, интерпретация сказки о колобке (будет напоследок ещё одна), несколько новелл в стиле Шекли, но гораздо хуже.
Бодро, по-советски олдскульно, но и только