Актриса Ирина Камынина за 35 лет в театре «Глобус» сыграла 80 ролей. «Триумфальная арка» по роману Эриха Марии Ремарка – ее третья режиссерская работа. Премьера состоялась 16 апреля 2025 года.
Актеры «Глобуса» склонны к режиссерским экспериментам. Постановка репертуарного спектакля требует совсем иных усилий, чем ситуационные проекты. Юбилейный 95-й сезон можно считать уникальным еще и потому, что состоялись целых три актерских премьеры. Это «Кошкин дом» Светланы Потемкиной, «Мастер-класс» Ильи Панькова и «Триумфальная арка» Ирины Камыниной.
Каждый из них шел к режиссуре своим путем. У Ирины Камыниной он начинался не вдруг. В год десятилетия окончания театрального училища и работы в «Глобусе», а именно в 2001 году, в театре появилась «Третья сцена» – предвестник многих открывшихся в «Глобусе» сценических площадок для воплощения актерских замыслов. Ирина первая показала в новом пространстве полностью авторскую постановку – моноспектакль «Повесть о Сонечке» по книге Марины Цветаевой. Изысканная внешность актрисы при режиссерском складе ума сотворили чудо – спектакль собирал аншлаги целое десятилетие. Попутно Ирина осуществляла компактные режиссерские акции, но в этих рамках ей становилось тесно. После 30 лет на сцене «Глобуса» она ощутила в себе готовность оформить в профессию свою неминуемую тягу к построению миров.
Творческой личности необходима свобода выбора. Ирина выбрала вторую профессию, не оставляя первой. Выбрала педагога в новосибирском театральном институте и поступила на курс к Алексею Крикливому, с которым связывали многие годы творческих исканий, начиная с авангардного мюзикла «НЭП». Выбрала пьесу для дипломной работы – «Варшавскую мелодию» Леонида Зорина. Выбрала актеров, которым могла доверить тему Любви и Времени.
Одна из граней ее таланта – точное распределение ролей. Когда коллеги уже как родственники, на подсознательном уровне слышишь в них созвучия с персонажами. В этой парадигме она по-новому раскрывает актера, соединяет его с героем вплотную, спаивает наживо, даже иголочки вставить некуда. Выуживает из его нутра потаенные мелодии, создает из отдельных звуков оркестровую сюиту. Поднимает его на новую высоту.
Директор театра Татьяна Людмилина, едва отгремели аплодисменты «Варшавки» (как ее любовно называют в театре), спросила не откладывая:
– Что еще хочешь поставить, Ира?
Ответ сложился мгновенно:
– «Триумфальную арку».
И не только поставить, но и сделать инсценировку, вложить туда свое понимание любимого романа. Большой писатель прячет для своего читателя между букв только ему предназначенные намеки, оставляет простор для поиска личных смыслов. Присваивая себе самое сокровенное, режиссер получает право перевода литературы на театральный язык. Об успехе не думаешь, как-то не до этого.
Способ сочинительства Ирина тоже выбрала из многих возможных. На ее рабочем столе – тетрадь, ручки, цветные карандаши, книги в различных переводах. Никакого компьютера на начальном этапе – с самых первых своих опытов сохранилась привычка переносить слова из воображения на бумагу. Рука, напрямую соединяясь с мозгом, подключает фантазию, фантазия разворачивается в живые картины. Планировала посвятить этой работе летний отпуск, но вдохновение пришло только осенью, когда время года за окном совпало с началом романа, и по карнизу забарабанил дождь, такой же, как у Ремарка.
И сразу стало ясно, что Равик – это Макс Гуралевич, а Кэт – Катя Аникина, а Жоан Маду будет первой главной ролью Эли Зябловой. Париж, многоликий, бурлящий, развратный, жаждущий удовольствий и не желающий признавать, что катастрофа неминуема, «мировой опыт нового человечества, очаг великих начинаний и дерзновенных экспериментов», соединился в один образ. Гремучую смесь погибающего города сыграет один артист – Александр Липовской, понимающий задачу с полуслова и подвижный, как ртуть.
Париж заменил фигуру рассказчика, благодаря чему текст избежал повествовательности, свойственной инсценировкам больших романов. Получилась полноценная пьеса, которую, правда, в процессе репетиций пришлось сокращать, иначе бы спектакль вылился в многочасовую эпопею. Задача усложнилась необходимостью уложить действие в три часа сценического времени, сохранив при этом основу сюжета.
Идея «рождения героя, который совершил подвиг», прозвучала рефреном. А финальная фраза стала очищающей, как живая вода: «Меня зовут Людвиг Фрезенбург». Коробочка наполнилась живыми фигурами и засияла театральным светом.
Еще одна грань режиссерского таланта Ирины Камыниной – встать в боевую готовность в организации творческого процесса, вдохновить команду и вести ее за собой. И чтобы у каждого из команды рождалось что-то личное. Это личное отзовется после премьерного показа: актерам впервые будет безразлично, что кажут зрители, – таким захватывающим получился процесс, так хотелось попасть на одну волну с Ремарком.
Жаль, прошло время, когда за полкилометра до театра спрашивали лишний билетик, а то была бы картина маслом. Билеты на «Триумфальную арку» раскуплены на два месяца вперед. Еще до премьеры она стала легендой. Расспрашивают очевидцев, правда ли, что Гуралевич переиграл самоё себя, ничего вроде бы при этом не делая, а Аникина прекрасна, как роза. Интересуются, неужели там показывают черно-белое кино. Удивляются, почему так редко идет, ведь такой ажиотаж.
Может быть, театралам повезло, что не удалось попасть на премьеру. Спектакль нужно смотреть потом, когда он развернется, как холст, и режиссер наконец-то выдохнет: ну вот и воплотилось то, чем он жил всё это время. Жизнь спектакля только начинается; путь режиссера продолжается, и впереди больше, чем позади.
Яна Колесинская
29 апреля 2025 г.