— Лиз, убери коробку. Поедем со мной.
Девочка прижала к себе картонную коробку с чашками.
— Нет! Мама рассердится!
Вера присела на корточки перед одиннадцатилетней племянницей. Растянутая футболка, джинсы с дырками, грязный хвост. Лицо бледное, под глазами тени.
— Соберём всё и пойдём. Я тебя покормлю.
Лиза облегчённо выдохнула и начала складывать посуду в коробку. Заворачивала каждую чашку в газету, аккуратно, словно хрустальную.
У киоска Вера взяла две шаурмы и сок. Лиза села за столик, не отпуская коробку ни на секунду.
Когда перед ней поставили тарелку, девочка набросилась на еду. Откусывала огромными кусками, соус размазывался по подбородку. Ела так, словно боялась, что отнимут.
Вера смотрела и чувствовала холод внутри.
Десять минут назад она шла к фонтану на встречу с подругой Женей. Воскресенье, выходной после недели с капризными заказчиками. Увидела девочку у скамейки — худую, с коробкой посуды. Узнала сразу.
Лиза. Дочь Натальи, золовки.
Три года назад Наталья звонила в слезах: «Верочка, выручи! Подруге срочно операция, через месяц верну!» Вера сняла двести тысяч со счёта. На ремонт откладывали с Игорем. Отдала. Наталья исчезла. Не брала трубку, на сообщения не отвечала.
Игорь тогда сказал: «Это урок. Родственникам деньги не давай».
Вера обиделась не на деньги. На вранье.
А сейчас дочь этой Натальи стояла перед ней и просила еды.
— Лиз, расскажи, что случилось. Почему тут одна?
Девочка вытерла рот салфеткой.
— Мама велела продавать чашки. Иначе денег не будет.
— А где мама?
— Дома. Голова болит.
— Давно ты так работаешь?
Лиза пожала плечами:
— Не знаю. Давно.
— В школу ходишь?
— Нет.
— Почему?
— Мама говорит, надо зарабатывать. В школе этому не учат.
— Давно не учишься?
— Месяца три, наверное.
У Веры похолодело внутри. Три месяца ребёнок не ходит в школу. Голодает. Торгует на улице.
— А чем мама занимается, пока ты работаешь?
— Не знаю. Когда прихожу, спит. Иногда дядя Серёжа приходит. Он тоже спит.
Вера обняла девочку за плечи:
— Поедем ко мне. К дяде Игорю и Полине. Помнишь сестрёнку?
Лиза испуганно замотала головой:
— Нет! Мама рассердится! Скажет, что я ленивая и... — запнулась, — что лучше бы меня не рождала.
У Веры перехватило дыхание.
— Лиз, послушай. Больше никто не будет на тебя кричать.
Что-то в её голосе успокоило девочку. Она кивнула.
По дороге Вера быстро набрала Жене: «Прости, срочные дела. Вечером у меня?»
«Отлично! Буду в семь».
Лиза села на заднее сиденье и начала рассматривать салон. Гладила обивку, трогала кнопки.
— Тётя Вера, у тебя красивая машина.
— Спасибо.
Вера решила: отвезёт Лизу домой, Игорь приведёт её в порядок, а сама поедет к Наталье. Надо своими глазами увидеть.
Игорь открыл дверь, увидел Лизу и замер:
— Лизонька? Ты так выросла!
Девочка застенчиво улыбнулась. Игорь подхватил её на руки, закружил. Лиза засмеялась — звонко, радостно.
— Дядя Игорь, я тебя помню! Ты мне мишку дарил!
— И ещё подарю!
Вера наклонилась к девочке:
— Лиз, скажи тихонечко, где вы с мамой живёте?
Девочка прошептала адрес.
— Игорь, проследи, чтобы помылась. Дай что-нибудь из Полининых вещей.
Муж кивнул.
Вера ехала по адресу и чувствовала тревогу. Типичная девятиэтажка времён Брежнева. Облупившаяся штукатурка, трещины в асфальте. Третий этаж.
Дверь приоткрыта.
Вера толкнула её.
Первое — запах. Затхлость, табак, что-то кислое. В прихожей валялись вещи, грязные тарелки, пакеты с мусором.
Из кухни донёсся женский голос.
Наталья сидела за столом — опухшая, с красными глазами, растрёпанная. Халат в пятнах, лицо одутловатое. Рядом дремал мужчина в грязной футболке.
На столе — бутылка водки, стаканы, пластиковая бутылка с водой.
Наталья налила рюмку, с трудом донесла до рта, опрокинула.
— Кто это? — протянул мужчина.
Наталья не обернулась.
Вера развернулась и вышла.
Разговаривать не о чем.
Дома она застала Игоря на четвереньках посреди гостиной. На его спине сидела чистенькая Лиза в Полинином платье.
— Дядя Игорь, ты самый смешной слон!
Игорь издавал трубные звуки и топал, а Лиза держалась за плечи и хохотала.
— Теперь жираф!
— Хорошо, но жираф должен попить водички.
Лиза выглядела другим ребёнком — чистая, в красивом платье, с блестящими глазами.
— Тётя Вера! Мы в зоопарк играли!
— Вижу. Покушала?
— Да! Дядя Игорь сделал пельмени! И показывал фотографии Полины!
Игорь поднялся и подошёл к жене:
— Ну что?
Вера покачала головой.
— Соня, давай мультики посмотрим?
Девочка радостно закивала и побежала к телевизору.
Вера и Игорь остались на кухне.
— Дим, мы справимся?
Он взял её за руку:
— А выбора нет.
На следующий день Вера позвонила в опеку. Объяснила ситуацию. Через два дня приехала сотрудница — строгая женщина лет пятидесяти.
— Вера Сергеевна, вы готовы взять ответственность?
— Да.
— Понимаете, что это не быстро? Суды, проверки.
— Понимаю.
Сотрудница кивнула и достала блокнот.
Наталья объявилась через неделю. Позвонила в дверь вечером. Игорь открыл.
— Где Лиза?
— Здесь.
— Отдай мне ребёнка.
— Нет.
— Как это нет?! Она моя дочь!
— Твоя дочь торговала на улице, пока ты пила.
— Не твоё дело!
Игорь молча закрыл дверь.
Наталья звонила ещё три дня. Кричала в трубку, угрожала. Потом пропала.
Вера сидела на балконе с Женей.
— Страшно?
— Сначала было. А теперь нет.
— И что дальше?
— Дальше оформляем опеку. Лиза пойдёт в школу в сентябре.
— А Наталья?
— Наталья сделала выбор. Теперь я делаю свой.
Женя кивнула и налила чай.
Лиза выглянула из комнаты:
— Тётя Вера, можно я ещё почитаю?
— Конечно.
Девочка улыбнулась и скрылась за дверью.
Вера допила чай и посмотрела в окно. Июльский вечер, тёплый ветер.
Всё правильно.