Признавайтесь, вы прогуливали школу? Хоть разок? А я в этом деле была асом, гроссмейстером и теневой повелительницей сачков... пока меня не разоблачили со скандалом!
Дело было в 6-м или 7-м классе — не суть. В школе было невыносимо скучно, а у подруги Ленки — просто рай земной! Она была моим единственным подельником — белокурый ангел с невинными голубыми глазами, который, как выяснилось, имел душу опытного мафиози.
План был гениален в своей простоте: у неё первая смена, у меня — вторая. Значит, я вместо уроков — прямиком к ней! Мы проводили эти часы как настоящие королевы тайной жизни: дома никого, видеомагнитофон (для молодых: этакий древний YouTube в виде коробки с кассетами), мультики, которые по ТВ не показывали, и главное — сокровищница косметики её мамы!
О, этот макияж! Мы красились так, что напоминали то ли Мэрилин Монро, то ли клоунов после ДТП. А ещё у нас была музыка! Меладзе с божественным тембром, Овсиенко с «Электричкой», Иванушки с «Тучами»... В общем, весь звуковой ряд эпохи.
И да, мы делали уроки! Я честно писала и за себя, и за Ленку, старательно подделывая её почерк. Это я называла «отрабатывать приют». Литература, физика... Кому всё это надо, когда по телевизору идут «Черепашки-ниндзя»?!
Так пролетели две недели. Целых 14 дней! Я благополучно забыла, как выглядит школа. И всё бы хорошо, но...
В разгар наших танцев под «Колечко» раздался звонок в дверь. Мы замерли. Ленка подскочила к глазку... и её лицо стало таким же белым, как моя шея после слоя пудры. За дверью стоял мой папа.
А надо вам знать, что папа у меня был военным. И для него пропуск учёбы был сродни дезертирству. Его девиз: «Не явиться можно только при температуре тела, равной нулю, или если с неба падают метеориты! И то — нужно позвонить и доложить!»
Момент открытия двери я помню смутно. Помню только, как на ватных ногах и с лицом, разукрашенным всеми цветами радуги, я брела до нашей квартиры. Какое наказание последовало — память стёрла (видимо, в целях самосохранения). Но вселенский стыд и осознание, что тебя поймали с поличным, остались со мной навсегда.
P.S. А песни Меладзе я до сих пор обожаю. Но теперь, когда их слышу, у меня рефлекторно чешутся уши — видимо, память о родительском «воспитании».