Тишина в комнате стала густой и звенящей после его слов.
— Выходит, мы ставим точку? — голос Марины дрогнул, выдавая её смятение.
— Скорее, открываем новую главу, — парировал Дмитрий, избегая её взгляда.
Она стояла у окна, спиной к нему, глядя на темнеющий город, и слушала, как он методично раскладывает папки по своему кожаному портфелю. Семь лет общего пути привели их к этой развилке, где две параллельные линии их жизни наконец-то разошлись.
Их встреча могла бы стать сюжетом для романтической комедии. Молодой архитектор Дмитрий и художница-оформитель Марина столкнулись буквально лбами в переполненном лифте офисного центра, рассыпав по всему полу кипы важных бумаг и эскизов. Вместо взаимных претензий они разразились смехом, а через час уже пили кофе в ближайшей кофейне, вытирая со стола пролитый капучино.
Это было время стремительного падения друг в друга. Они говорили без умолку, дополняли фразы, мечтали о совместных проектах — Дмитрий видел в ней музу, а Марина в нем — надежную опору. Через полгода Дмитрий переехал в ее уютную, заставленную мольбертами квартиру-студию.
Им было хорошо. Они отказались от формальностей, считая штамп в паспорте пережитком. «Главное — чувства, а не бумажка», — были уверены они. Семь лет пролетели как один миг, наполненные совместными путешествиями, ночными разговорами и уверенностью, что так будет всегда.
Первой тревогу забила Марина. Однажды, глядя на Дмитрия, читающего на кухне новости с планшета, она с ужасом осознала, что не чувствует ничего, кроме теплой, привычной привязанности. Огромное, всепоглощающее чувство куда-то испарилось, оставив после себя лишь тихую, уютную гавань, больше похожую на дружеские отношения.
— Лена, ты не представляешь, — поделилась она с подругой. — Я его ценю, уважаю, мне с ним комфортно. Но это… это как с братом. Где страсть? Где эта безумная тоска, когда его нет рядом?
— Это называется быт, дорогая, — отмахнулась подруга. — У всех так. Не драматизируй. Вы же идеальная пара.
Марина послушалась и сделала вид, что все в порядке. Но внутри что-то надломилось. Скоро она заметила, что и Дмитрий отдалился. Он чаще задерживался на работе, их разговоры стали функциональными: «что купить», «когда заплатить за квартиру». Они оба чувствовали пропасть, но ни у кого не хватало духу сделать первый шаг к краю.
Инициативу проявил Дмитрий.
— Марина, как думаешь, у нас всё в порядке? — спросил он как-то вечером.
Она отложила книгу и внимательно на него посмотрела.
— А ты как считаешь? — переспросила она.
Дмитрий горько усмехнулся.
— Еще пару лет назад я бы, не задумываясь, ответил «да». А сейчас вынужден сказать «нет».
В комнате повисла тягостная пауза.
— Значит, это конец? — тихо произнесла Марина.
— Почему же конец? — возразил Дмитрий. — Скорее, точка отсчета для новой жизни. Нам было прекрасно, но мы исчерпали этот этап.
Расстались они на удивление спокойно, без сцен и упреков, будто давно репетировали этот финал. Дмитрий съехал, когда Марина была на выездной выставке.
Новая жизнь поначалу захватила Марину. Свобода! Отсутствие необходимости оглядываться на другого, полная независимость. Она с головой ушла в работу, и ее усилия оценили — предложили место арт-директора в крупном проекте.
В тот день она летела домой на крыльях. Ей не терпелось поделиться триумфом! Но, распахнув дверь, она столкнулась с оглушающей тишиной пустой студии. Радость растворилась, словно ее и не было. Телефонные звонки родителям и подруге лишь подчеркнули одиночество — их поздравления были эхом в вакууме.
«Ничего, съем чего-нибудь вкусного, и все пройдет», — решила она, направляясь в кондитерскую. Вернувшись с любимым эклером, она устроилась в кресле. Первый кусок показался безвкусным, второй — горьким. А на третьем она вдруг поняла, что плачет. Слезы капали на десерт, но она продолжала механически его есть, пока рыдания не затрясли ее.
Раньше в такие минуты Дмитрий молча приносил ей кружку горячего шоколада. «От нервов лучше всего глюкоза», — говорил он, и она всегда смеялась над этим. Теперь шоколад пришлось греть самой. Он оказался горьким и не помог.
Дрожащими пальцами она набрала его номер.
— Привет, — прошептала она. — Как ты?
— Что случилось? — его голос мгновенно стал тревожным.
Она не смогла сдержать рыданий.
— Ты дома? Одна? — резко спросил он.
— Да.
— Держись, я уже еду.
Он стоял на пороге без чемодана, без цветов, как и тогда, семь лет назад, после их столкновения в лифте. Только в глазах была не веселая искорка, а паника и надежда.
— Прости, — выдохнула она, бросаясь ему на шею. — Я была слепа. Ты — моя опора, мой дом. Мне без тебя пусто и холодно.
— Тише, всё, тише, — он прижал ее к себе, целуя волосы. — Я никуда не уйду. Больше никогда.
Через три месяца они расписались в загсе в узком кругу самых близких, а ровно через год у них родилась дочь. Они поняли, что их история была не ошибкой, а лишь первой главой, которую нужно было пережить, чтобы по-настоящему оценить счастье второй.
Если наш труд был для вас полезен и вы хотите отблагодарить, вы можете сделать это прямо сейчас.
Мы вкладываем душу в каждый наш материал. Если он нашел отклик у вас, будем рады лайку или комментарию. Ваша поддержка — лучший мотиватор для нас!