Первая премьера 96-го сезона на большой сцене – музыкальный спектакль для всей семьи «Тим Талер, или Проданный смех» по мотивам повести Джеймса Крюса в постановке главного режиссера театра «Глобус» Сергея Захарина. Композиторы Сергей Васильев и Марина Ланда, хореограф Анна Панюшкина.
Есть такие люди, которые умеют радоваться жизни, какой бы стороной она ни поворачивалась, и наделяют этой радостью окружающих. Таков Тим Талер, 14-летний подросток из бедного переулка, где всегда тесно, но дружно. Стоит ему появиться, как у всех повышается градус настроения и уровень эмпатии. Серебристые переливы его смеха – бальзам на душу и пушинка на сердце, любые неприятности он оборачивает в остроумную шутку. «Долг размером с городскую ратушу» стал у них с Анной поговоркой, и при этих словах колокол начинает отбивать удары. И так каждый раз! Чем не повод для смеха?
Тим дает камертон всему переулку, и по его сигналу вступают инструменты импровизированного оркестра. Дети гремят колотушками, Анна стучит кулачком в алюминиевый тазик, Кассир обивает ритм костяшками больших деревянных счетов, Полицмейстер артистично шуршит газетой, фройляйн Элла выдувает в трубу позывные «Тим-Тим-Тим», и все вместе пускаются в пляс. Крендельки и булочки фрау Бебер подмигивают гостям кондитерской, гормоны дофамина обгоняют друг друга, смешинки скачут по сцене и взлетают к колосникам. Счастье разливается вокруг и заполняет все уголки и закутки. Но оно не бывает долгим.
В момент прощания Тима с родным переулком за его спиной на поворотном круге проплывают идиллические картинки прошлой жизни. Полицмейстер с букетом встает на колено перед фройлян Эллой. Бургомистр угощает попугая самой сладкой булочкой. Влюбленный юноша надевает на ножку своей подружки туфельку, только не хрустальную, как Принц Золушке, – они обойдутся обычной, с простым бантиком, как у всех девушек в переулке.
Мачеха со своим упитанным сынишкой, как будто последовавшая сюда прямиком из «Золушки», – это так, ерунда, мелкотравчатая злыдня. Тим уже научился давать ей отпор, но перехитрить более изысканное зло только предстоит. Он испытывает щенячий восторг при виде купюр, что посыпались на него с неба, но скоро станет мрачным, как и его новый друг Крешемир, у которого одна цель – вернуть утраченное и наказать преступников.
Без булгаковщины здесь не обходится, а это фокусы, трюки, заклинания, провокации. Бегемот, Астарот и Фуркас, названные так в честь древних демонов ада, – не мультяшные крыски из фильма Андреаса Дрезена, хотя на раз-два меняют свой облик, как и положено нечистой силе. Харизматичная троица появляется в ненужный момент в ненужном месте, вышагивает друг за другом особой танцующей походкой, расцвечивая свой выход ужимками и прыжками, ласковым коварством и сатанинскими улыбками, и под их гипнотическим взглядом любой абсурд становится реальностью.
Их предводитель барон Трёч вездесущ и всемогущ. Пресыщенный богатством, он, подобно Воланду, специализируется на сеансах черной магии с последующим разоблачением. Наслаждаясь превосходством над миром, приобретает то, что невозможно купить за деньги: «Людишки отдавали всё самое ценное для исполнения своих мелких желаний. Кто-то продает свой талант, кто-то молодость, кто-то достоинство». У Тима он забирает его главное сокровище – смех, а вместе со смехом стержень его личности – обаяние, оптимизм, душевность, сердечность. Вслед за этим и жители посёлка синхронно утрачивают свои отличительные особенности. Так ошибка одного человека влечет за собой последствия, кажущиеся необратимыми.
Сольный номер Трёча «Всё покупается, всё продается», с которым он возносится чуть ли не к небесам, – кульминация вседозволенности и апогей чертовщины. И все же Трёч оказывается уязвимее, чем Воланд. Ведь Воланд ничего не возвращал, только одаривал. Трёч устраивает обмен, выгодный только ему, но попадает в хитрую ловушку, которую не сумел предусмотреть.
В повести Джеймса Крюса совершенно иной финал, да и приходят к нему герои куда более сложными и запутанными маршрутами, которые, при захватывающем сюжете, не поддаются переносу на экран и сцену. Поэтому постановщики создают на основе первоисточника облегченные версии «Тима». В «Глобусе» тоже сочинили свою собственную инсценировку, ужав ее до простой и внятной истории, универсальной для любого времени и любой точки на карте. Из нее можно извлечь бизнес-уроки, подобно «Незнайке на Луне», но и понять, что счастье приходит не оттуда.
Режиссер вплел сюда тему первой любви, которая не сразу себя осознает, распускается постепенно, как нежный цветок. Девочка Анна, подружка Тима, персонаж, которого нет в книге, ведет лирическую ноту так проникновенно, что зрители вытирают глаза. С возвращением Тима всё удивительным образом становится на свои места. Тим и Анна неразлучны, светлый день закручивается вихрем красок, эмоций, чувств, снова стремительно взлетает мяч, трезвонит колокольчиком самокат, оживают игры, Полицмейстер женится на фройляйн Элле, что можно разглядеть за пересечением многочисленных траекторий…
Многоплановое действие, в котором прописаны характер каждого персонажа и взаимоотношения между ними, подпитывается музыкальным материалом уровня бродвейского мюзикла. В спектакле шесть танцевально-вокальных композиций, и каждая – бесспорный хит. Они тонизируют и бодрят, запоминаются и звучат в голове. «Тим-Тим-Тим, мы смеяться так хотим», – напевают дети, выходя из зала. И смеются, как маленькие.
Яна Колесинская
19 сентября 2025 г.