Начало этой главы
Николай добрался до своего хутора уже за полночь. Сбиться с пути было трудно. Ночь лунная, звезды яркие. Всего три поворота и все направо. Дотопал. Теперь куда? Ключей связка. Что от чего? Ему бы рухнуть поскорей хоть куда-нибудь и спать, спать, спать... Устал, сил нет. И не столько оттого, что пешком шел, а сколько от общего напряжения последних дней.
Дорогой водитель Сергей ввел Николая в курс дела. Ну хуторе, что он выбрал после беседы с Рудалевым, ни одного целого строения. Но всё можно отремонтировать и даже нужно. Часть материалов уже завезли. Николаю предлагалось сначала заняться своим жильем.
Есть там останки кошары, где когда-то держали овец. Стены толстые, крепкие. А крыши, считай, нет. С одного конца лишь сохранился закуток, над которым несколько листов шифера уцелела. Одинокому мужчине на первое время можно там обустроиться. Утеплиться, перезимовать. А весной уж закладывать свой дом, коли не пропадет желание остаться, укрепиться. Но за зиму хорошо бы привести в надлежащий вид сараи, амбар, погребицу. Обустроить жилье для помощников. Весной развернется строительство.
Николай выбрал хутор Нижний, который по замыслу Рудалева отведен под выращивание бычков. Выпасы вокруг имеются. У других хуторов будет своя специализация - пасека, козы, питомник плодовых культур и прочее. Много чего насочинял Рудалев в своем проекте.
Николай решил, что пока будет заниматься тем, что умеет - строительством, ремонтом. А там видно будет. Может, и освоит специальность животновода. Во всяком случае, крупный рогатый скот ему больше подходит, чем крольчатник или нутриевая ферма. Так он себя ощущает.
Пока Николая все устраивает. Даже то, что в первые месяцы зарплаты как таковой не предвидится. Но обещаны небольшие авансы на самое необходимое.
В закутке под шифером Николай обнаружил топчан, железную бочку, прикрытую листом ржавого железа. Заглянул внутрь. Продукты! Спасибочки, Рудалев! Все у тебя по уму.
Там же нашел Николай складную треногу с запасами сухого спирта, канистру с водой, закопченный котелок. Вскипятил воду, заварил пакет с лапшой, чтоб пожиже вышло, и чай в кружке. Жизнь налаживается! Поест сейчас и в спальник можно залазить. Все остальное - утром.
...А утро встретило новосела мелким дождичком. Вот тебе и на! Одна польза - на потолке в его каморке обозначилось большущее влажное пятно.
- И то хорошо - залатаю сразу,- сказал сам себе Николай, подставляя шаткую лестницу с редкими перекладинами и гремя ржавым железом, прикрывавшим бочку. Лист, правда не пригодился. Николай просто по иному перестелил шифер, ликвидировав брешь.
Малая высота, а обзор совсем иной! Весь хутор как на ладони. А виды какие! Лес желтеет вдали. Луг изумрудится. Дальний косогор манит загадкой - а дальше что там?
Николай нехотя спустился. Наладил горелку. Запах кофе развеял аскетику его скромного жилища. Полотняный мешочек с домашними сухарями - позаботилась же о нем добрая душа!- скрасил первое утро новосела на его "личном" хуторе.
В недалеком будущем Николай так и видел себя одиноким волком на этом хуторе. Никаких соседей. Только приглашенные гости изредка и, главная из них, частая и желанная, дочка Иришка!
До полудня мужчина работал, не прерываясь. Обнаружив груду старой черепицы возле погребицы, подлатал ею крышу избушки неизвестного назначения. Выгреб изнутри решительно все. И тут же, благо небо перестало посылать влагу, устроил кострище, обложив овал камнем. Спалил все, что могло гореть. Перетаскал и разложил вдоль стен избушки припасенные для него стройматериалы, укрытые полиэтиленом на улице. Пусть лежат на сухом. Недолго им ждать своего часа.
На огне подсушился пень, который Николай нашел неподалеку, и тоже, вроде, стал заниматься. Николай надеялся, что в углях сумеет запечь картошку. Обедал он всухомятку всё из той же припасенной для него сумки. Поужинать захотелось с романтикой. У костра, неторопливо, отдыхая от трудов праведных. Он довольно много успел за день. И верно заработал распечатать единственную банку с тушенкой. Впрочем, половину можно оставить на суп.
Наверное, разумно начал дело Рудалев, размышлял Николай. Берет всех, кто хочет трудиться. Помогает на первых порах даже с едой. Но всё учитывается, все входит в будущую зарплату. Об этом Николая предупредили. Он на всё согласен. Тем более, что Рудалев пообещался через месяц погасить его долги по микрозаймам.
-Мне будешь должен! Беспроцентно. Но все до копейки выплатишь. Учет у нас строгий.
На все согласен Николай, некуда ему деваться. Оговорил только лучшие условия для Валентины. Чтобы была у нее зарплата в денежном выражении сразу, а не потом. Мало ли что может понадобиться ребенку!
-Разберемся, - неопределенно ответил Рудалев.- За дочку не беспокойся, ей здесь точно понравится!
Еще бы! Детей в школе кормят бесплатно. И качественно. Первый завтрак- перед началом уроков. Легкий, чтоб не заснули. Второй - на большой перемене. Стакан молока и пончик. Обед в продленке, комплексный из трех блюд. Покончив с уроками, дети отрабатывают обязательный час на пришкольном участке. В первый же день Иринка принесла матери свой "трудодень", как она выразилась - кулёк с ядреными зубчиками чеснока.
-"Жеребец" называется, - горделиво сказала девочка.
Валентину уже известили, что полоска земли напротив окна, закрепляется за жильцами. Три в ширину, пять в длину - сажай, что хочешь! Главное, на соседскую делянку не залезай и сорняки не разводи.
-Завтра мальчишки цветник будут перекапывать, а девочки луковицы тюльпанов сортировать, - доложила Иринка с деловым видом.- Наверное, и домой дадут.
Валя с удовольствием вечером покопалась в земле. Выложила из чеснока разделительные полосы для тюльпанов.
Налаживается жизнь. Явно налаживается. Лишь бы Гурген не вздумал их искать, да не заявился сюда. С него станется...
Должность коменданта общежития Валентину устраивала. Дело привычное для нее. Но ей хотелось уже большего. Она так и видела себя хозяйкой маленькой уютной гостиницы. С небольшим ресторанчиком, зимним и летним садиками...
А что? Вон озера чистить собираются и рыбу в них выращивать! Можно ведь и зону отдыха устроить. Если все сделать удобно и красиво, горожане точно потянутся!
Наводя порядок в бельевой, Валентина погружалась в мечты... Думала и о хозяине окружных земельных богатств Рудалеве. Надо же, сколько хуторов вокруг скупил! Или в аренду взял? Да ей, Валентине, без разницы! Просто удивительно.
Молодой, говорят , человек, а с таким размахом живет! Бросовые земли возродить - не шутка. Вернуть жизнь в эту сельскую глубинку, наладить многочисленные производства. Смелый какой, этот Рудалев. Пусть у него получится! А я, как могу, помогать буду. Скольким людям работу дал! Да что там работу! Надежду подарил. На новую, светлую жизнь. Сытную и осмысленную. Это дорогого стоит.
-Ничего, справимся!- уже вслух убеждала себя Валентина.- Говорят, земля -матушка дает силы тем, кто с любовью на ней трудится. Вот и я стала селянкой. Буду учиться, буду стараться...