Предыдущая история:
Как только Галина покинула её дом, Ольга Чуприкова, как окаменела. Села на кровать и смотрит в одну точку: вот оно как оказывается! Оказывается, мужчина, что так сильно ей понравился женился на сожительнице её теперешнего мужа! Ничего себе! Бывают же в жизни такие хитросплетения. Или другими словами если сказать - как тесен мир!
Поднялась Ольга дела делать (их ведь никто другой за нее не сделает и сами они себя не сделают), а у нее всё из рук валится - слова, сказанные соседкой из головы не идут, как ни старается женщина не думать про них...
***
- Я, Галюнь, у Кузьмича ночевал! - врёт Саныч, а сам на Писькаеву смотрит и подмигивает ей. И скалится ещё:
- Помнишь, Галюнь, такого чудака на букву «м»?
Тут Татьяну Иванну прям зло взяло! Чего это полюбовник от сестры скрывает, что с ней ночь провел? Ладно бы от жены. А тут.. Прям самолюбие в ней взыграло и она каак крикнет громко:
- Привет, Галь! - и захохотала ещё вдобавок, чтоб Гальку позлить - знала, что женщина эта её недолюбливает.
Саныч испугался. Даже и сам наверное не понял, чего. Телефон к груди прижал, а на Писькаеву глаза страшно выкатил и пальцем возле виска крутит. А та знай хохочет и внимания никакого на любовника не обращает.
Галина слух имела хороший и тут же Писькаевский тембр голоса признала и спрашивает так настороженно:
- А хтой-то там у тя, Шурка смеётся и со мной здоровкается? А-а? Уж не она ли снова? Уж не твоя ли простимея опять нарисоваласи?
Саныч быстренько с сеструхой распрощался, так и не объяснив ей толком где и с кем провёл эту ночь и устроил Татьяне Иванне пропиз скандал:
- Ты чё??? Зачем так делать?? Кто тя просил рот разевать? Совсем, штоль дура?!
Писькаева обиделась тут же и губищи надула свои покусанные:
- А что тут такого? Не жена же звонила, а сестра!
- Вот ещё б не хватало, чтоб ты при жене так сделала! Я б тебя тогда придушил!
- Чего-чего?!!!!! - глаза у женщины кровью налились тотчас, а на лице пятна пошли белые какие-то. И желваки ходуном ходят за щеками:
- Ишь ты! Душитель какой нашелся!!
Санычу страшно стало и он давай быстрее ситуацию исправлять:
- Тань, ну ты не права. Не права, ведь? - и голос Саныч поменял на вежливый. Даже больше ласковый:
- Танюш, ну признай свою ошибку.
Вот это другое дело! Такой тон Татьяну Иванну гораздо больше устроил. Она сменила гнев на милость. И даже, немного подумав, согласилась, что действительно, погорячилась и неудачно пошутила.. Вернее, сморозила глупость небольшую.
- Ну ладно...- примирительно произнесла она и губы поджала свои покусанные (губы Татьяна Иванна всё ещё так и продолжала кусать, чтобы они были привлекательными для мужского полу и пол бы этот завсегда, при виде их страстно желал бы целовать их бесконечно):
- Так уж и быть.. Извини.. Но Галина твоя больно много на себя берёт! Это твоя жизнь и тебе решать, как её жить, а не ей..Она пусть вон лучше за Толиком своим следит!
И ведь, была Писькаева права в этом..
***
Продолжение:
Начало тут: